...

The Palmer Legacy / Наследие Палмеров. Глава 9

Пан находит своего нового почитателя.

— Черт, черт, черт — Джессика вздрогнула и выключила холодную воду — я в порядке, Хейли. Просто пою в душе — она поджала губы и вышла из душа, по ее коже побежали мурашки. Ее тело двигалось неуклюже, но она старательно игнорировала странные ощущения, пока тянулась за полотенцем.

— Странное пение, мама. Очень странное — Хейли пожала плечами по другую сторону двери – как бы то ни было… я собираюсь пойти к Мелани домой на какое-то время. Вернусь к ужину.

— Конечно… веселись, дорогая — мысли Джессики неслись вскачь. Теперь дом был в ее распоряжении. Может быть, когда она вернется к картине, Палмеры будут там. По-настоящему там — по эту сторону холста.

— Пока, мама — Хейли вернулась в свою комнату, засунула бульбулятор и часть своей заначки в рюкзак и вышла из дома.

Джессика медленно высыхала. Потребовалась минута, чтобы ее сознание сосредоточилось на том, что было не так. Она неуверенно потрогала одну из своих грудей. Нащупав другую, она уронила полотенце и закричала.

— Что за черт… что за черт? — она уставилась на себя широко раскрытыми глазами. У нее всегда была грудь больше, чем у других. Она считала их обузой, пока Эндрю не сказал, как ему нравится их размер. После этого она носила их с чувством гордости. Но теперь… теперь… теперь ее грудь явно снова станет для нее бременем. Они были огромными — что… случилось? — она подумала о жаре в теле. Он был в ее груди, бедрах и влагалище. Она осторожно подошла к зеркалу и в ужасе уставилась в него — это какая-то неудачная шутка. Безумие… такого не может быть…

Более широкие бедра сочетались с неизменной талией, и пропорции были просто. .. не реальными. Джессика слегка повернулась и издала еще один вопль.

— Моя задница! — у нее всегда была круглая попа, но теперь она выгибалась гораздо сильнее — как это вообще… возможно? Это… это не возможно. Я сплю — по ее позвоночнику пробежал холодок. Она знала, что не спит.

Сделка. Она согласилась с этой абракадаброй… контракт, узы и что-то там еще. Почему она была такой глупой? Дьявол всегда заключал чудовищные сделки. Она позволила своим гормонам говорить за нее.

Бросившись к шкафу, она натянула пару трусиков и попыталась влезть в свои любимые джинсы. Она не смогла их застегнуть. Ни на йоту. Ее новые груди дико подпрыгивали, когда она старалась. Она отказалась от джинсов и пошла надевать лифчик. Потом еще один… и еще… После пятого лифчика она поняла, что большая часть ее гардероба потеряла актуальность. Дрожащая тревога пробежала по ее нервам. Она почувствовала вкус желчи в горле.

— Как же мне это скрыть? — она надела платье свободного покроя и посмотрела на себя в зеркало. Было ясно, что она стала другой женщиной — забудь об этом. Сделайте всё как было — она выбежала из шкафа — верните меня прежнюю.

Когда она вошла в кабинет, там было темно и пусто. Картина держала своих героев в привычных позах. Хотя, глядя на нее, она подумала, что Фредерик, возможно, еще больше отдалился от своей семьи, чем раньше. Она подошла к картине и встала перед ней со сжатыми кулаками.

— Немедленно выйдите сюда — Джессика топнула ногой — верните всё как было! Алло? Я знаю, что вы меня слышите — мышцы на ее плечах напряглись — я выгляжу и чувствую себя нелепо. Моя одежда вся – теперь просто мусор. Верните… всё… как было!

Картина ничего не изменила. Элоиза не изменила позы на стуле, ее лицо застыло в загадочной улыбке. Томас стоял рядом с матерью, защищая ее, с безмятежной улыбкой на лице.

— Пожалуйста… вы не можете… я не могу… — Джессика разрыдалась — мой муж… задастся вопросом, что случилось… со мной — она отвернулась от картины и поплелась обратно в спальню. Она опустилась на кровать, глядя в потолок. Непомерная тяжесть ее сисек давила на грудь и смещалась в стороны. Она проклинала разыгранный с ней фокус и собственную глупость, что поддалась на него.

***

— Я ударила его коленом по яйцам и свалила оттуда — Саманта сидела на ветхой скамейке между разросшимися кустами за спортзалом. Шел третий урок. Она почти никогда не прогуливала уроки, но обстоятельства, казалось, требовали этого — и я… я… — она хотела сказать Ною, что хотела поцеловать своего брата. Или часть ее хотела. Но она не могла признаться в такой ужасной вещи.

— Это прозвучит безумно… — руки Ноя дрожали. Он сел на другой конец скамейки и уставился на своего друга.

— Безумнее, чем если бы мой брат поцеловал меня? Или твоя мама поцеловала бы тебя? Идеальная миссис Ридер делает что-то такое… брр — она с отвращением скривила лицо.

— Я не думаю, что это вина моей мамы. Это из-за картины. И картина показала мне, что ты поцелуешь Эдди. И что Кэти будет бегать прошлой ночью. И… что-то очень странное с Полом Ботти — Ной глубоко вздохнул. Он говорил так быстро, что забыл дышать.

— Картина тебе это показала? – спросила Саманта.

— Это было во сне. Элоиза Палмер, женщина на картине, пришла в мой сон и спасла меня от… чего-то зловещего. Потом мы проходили мимо кучи окон, и я увидел всё это, Сэм — он наблюдал за своим другом, ожидая, что она скажет ему, что ему просто приснилось. Или что он по-настоящему сошел с ума.

— Что ж, Эдди поцеловал меня. Расскажи мне все из сна. Может быть, это нам пригодится — Саманта сидела и слушала.

Единственное, что Ной опустил в своем рассказе, это грудь, которую он прижимал к себе после того, как она поймала его падающего. Он рассказал ей все остальное. Даже о том, как он мельком взглянул на огромный, извивающийся член Пола.

— Охренеееееть — Саманта уставилась на него – ладно… ладно… мы должны проверить, не был ли Эдди простым совпадением. Если два других случая тоже верны… хммм… может мы могли бы использовать это. Леди с картины возможно сможет рассказать нам, что на самом деле происходит.

— Точно – Ной не подумал об этом. В основном потому, что Элоиза не производила впечатления, что она будет рада помочь им остановить все происходящее.

— Сейчас я напишу Кэти — Саманта достала свой телефон из рюкзака и принялась печатать.

Ной молча наблюдал за ней. Она выглядела как-то по-другому. Дело было не в ее одежде. Он видел, как она надевала их раньше, но что-то в ее верхней части казалось ему не таким.

— Кэти пишет, что вчера вечером она лунатила на улице, пришла в разорванной пижаме, и теперь родители думают, что она принимает наркотики — Саманта посмотрела вверх с беспокойством в глазах — это похоже на то, что ты видел во сне?

— Бедная Кэти. С ней все в порядке? — кровь Ноя застыла. Он видел, как она бежала на четвереньках. Так вот что она делала? Неужели она превратилась в животное? Сможет ли он узнать от нее правду? Он был уверен только в одном: Кэти не станет рассказывать им ничего подобного.

— Ты же ее знаешь, она решила отшутиться — Саманта убрала телефон — но это не смешно. Мы должны разобраться и остановить это, пока не случилось что-то действительно плохое — при воспоминании о возбуждении, которое сопровождало агрессивный язык ее брата, ее охватила неконтролируемая дрожь. Она подумала о том, как странно ведет себя ее мама, и задалась вопросом, не слишком ли уже поздно.

Увидев, как она дрожит, Ной понял, что изменилось в его подруге. У нее была грудь. Ну, у нее всегда были груди, но те, что обтягивали ее майку, были больше, чем он помнил. Он чуть было не спросил ее об этом, но передумал. Все вокруг было безумием, но еще не достигло той степени безумия, чтобы спрашивать женщину о ее груди.

Вдалеке зазвенел звонок. Саманта оглянулась через плечо и вернулась к Ною.

— Я не хочу идти домой сегодня вечером. Можно я останусь у тебя?

— Что? — Ной посмотрел на нее — ты хочешь переночевать у меня?

— Я уже спросила Эллу. Она сказала, что ее родители не разрешат этого в учебный вечер — Саманта пожала плечами.

— А как насчет Кэти?

— Честно говоря. У меня от нее какое-то странное чувство. Я не хотела спрашивать ее до того, как случился лунатизм. А теперь… — Саманта снова задрожала — я бы предпочла иметь дело с твоей целующейся матерью, чем с… тем, что происходит в ее доме. Ты видела ее картину. Это просто жуть — она поймала выражение его лица — прости за то, что я сказала о твоей маме. Я знаю, что это не ее вина. Кэти тоже не виновата, но… — она пожала плечами более обстоятельно — ты же понимаешь, что я имела в виду.

Настала очередь Ноя дрожать.

— Да, я знаю. Но она все еще наш друг.

— Конечно. Ничто и никогда этого не изменит. Просто я бы предпочел спать у тебя.

— Хорошо, я спрошу у мамы — он встал и повесил свою сумку на плечи — я лучше пойду на занятия.

— Конечно. Но вот еще что — Саманта встала и прижала рюкзак к груди — мы должны подтвердить то, что касается Пола. Чтобы. .. убедиться, что твой сон не был просто совпадением. И еще, чтобы знать, что происходит.

— Я боялся, что ты это скажешь — Ной нервно облизнул губы – но, как?

— Вряд ли он нам скажет, если мы его спросим. Он вообще сегодня в школе? — Саманта крепче обняла свой рюкзак. Она видела, как Ной покачал головой в ответ на ее вопрос — тогда, наверное, нам нужно зайти к нему домой и заглянуть в окно или что-то в этом роде.

— Я боялся, что ты и это скажешь — Ной медленно кивнул головой.

***

— Ну вот, теперь ты довольна? — Джессика опустила пакеты с покупками на пол перед картиной — бюстгальтеры с высокой степенью воздействия, контролирующие отскок — гарантированно помогут вашей груди выглядеть меньше — так сказала продавщица. И несколько платьев, в которых я выгляжу… почти нормально — она подошла ближе к картине и осмотрела ее.

Никаких изменений. Движений — ноль

— Я деловая женщина, а не та, кто собирается жалеть себя и плакаться. Поэтому я пошла по магазинам. Теперь я буду выглядеть презентабельно, пока ты не вернешь меня обратно!

Ощущение того, что проблема решена, придало ей сил. Джессика сложила руки и почти улыбнулась.

— Хорошо, можете не говорить. Но я не уверена, сколько у нас будет времени, пока все не вернутся домой — она оглядела кабинет — ты там, Томас? Если ты хочешь… ну… то что я собиралась сделать в душе, сейчас самое время. Я прощаю тебе сделку с дьяволом. Я знаю, что ты не хотел этого. Мы можем продолжить наши занятия.

Ничего. Тишина. Картина просто продолжала оставаться картиной.

— Отлично. Твоя потеря. Я пойду разложу свою новую одежду — Джессика подхватила сумки, повернулась и вышла из офиса с гордо поднятой головой.

***

— Ого, госпожа Кейтаро. Я не знала, что вы курите — Хейли смотрела, как мама ее подруги глубоко вдыхает с бульбулятора и затягивается — средняя школа была бы совсем другой, если бы я знала, что вы такая крутая.

— Я тогда не курила — слова Лорен прозвучали с трудом — тоненько и сдавленно. Она еще не выдохнула — я не умела веселиться… аааааааааааааа — выдох был чистой радостью -. ..пока мы не купили картину — ее слова прозвучали уже нормально. Она кивнула на портрет над камином, где женщина смотрит на свое отражение в зеркале.

— Моя мама сильно изменилась — Мелани засмеялась и забрала у матери трубочку – я даже бросила своего парня ради нее — она зажгла мини-кальянчик и вдохнула.

— Что? – картина миссис Кейтаро научила ее веселиться? Мелани бросила своего парня ради мамы? – я, наверное, под кайфом. Я понятия не имею, о чем вы двое говорите.

Лорен хихикнула вместе с девушкой. Хейли была привлекательной и наслаждалась, и упивалась опьянением. Она бы отлично вписалась в компанию. Мелани правильно сделала, что пригласила ее к себе. Она открыла крышку еще одной банки пива и передала ее Хейли. Та откупорила одну для себя и с грохотом соединила банки.

— За то, чтобы хорошо провести время и жить на полную катушку.

— За нас — Хейли сделала глоток пива и улыбнулась – итак, вы двое хотите посмотреть фильм или ещё что-нибудь? — Лорен разразилась смехом. Мелани присоединилась, дым из ее легких вырвался в комнату.

— Что? Я сказала что-то смешное? — Хейли нахмурилась. Ей казалось, что она пропустила какую-то скрытую [среди своих] шутку — я люблю смотреть фильмы, когда я под кайфом.

— Прости… прости… Хейли — Лорен положила руку на плечо женщины, наслаждаясь тем, насколько нежной она была — просто мы больше не смотрим на экраны. Мы слишком заняты жизнью. Если ты хочешь что-то посмотреть, обратите свое внимание на картину.

— На картину? — Хейли ссутулила брови в замешательстве, но ее глаза проследили за указующим перстом Лорен. Женщина на картине. .. двигалась. Она оглянулась через плечо и подмигнула Хейли. И ее отражение не было зеркальным. На самом деле, это было уже не ее отражение. Это была дикая женщина с короной из живых ветвей и черными волосами, развевающимися на ветру. Она была грязная, голая и с самым большим членом, который Хейли когда-либо видела — сейчас я реально под кайфом — пробормотала Хейли. На члене отражались какие-то странные письмена, которые светились и пульсировали, как сердце.

— Ты видишь ее? Ты видишь верховную жрицу Пана? — Лорен захлопала в ладоши, предвкушая, что будет дальше.

— Что вы сказали, миссис Кейтаро? — Хейли не могла оторвать взгляд от картины, даже когда жрица начала поглаживать свой уродливый член.

— Это Верховная жрица Эрато. Она связала свою сущность с могучим дубом, и люди срубили его, чтобы сделать это зеркало — Мелани даже не понимала, что говорит. Она чувствовала себя марионеткой, но ничуть не возражала против этого. Ей очень нравилось, когда ее использовали.

— Хорошо… но ведь это просто картина с изображением зеркала — Хейли привыкла к обкуренной философии. Медленное шевеление ее извилин было знакомо — так… эм… зачем картине ее сущность или что там еще? Видимо, поэтому она перемещается, да? Это своего рода сущность. Рама картины также сделана из того дуба или… — была целая вереница странных вариантов — я пипец как накурилась.

— Я — полутень, отбрасываемая тенью — зрачки Эрато превратились в вертикальные щели, и она уставилась на Хейли со всей серьезностью человека, преданного богу. Ее руки быстрее задвигались на члене — я отражаюсь в зеркале другой Эрато. Но кого волнуют мелочи? Ты пришла, чтобы наслаждаться. И теперь ты будешь наслаждаться, пока не кончишь.

— Эээ… что? — Хейли стояла на шатких ногах — может, мне стоит уйти. Походу эта партия тети Мэри не удалась — она посмотрела на картину. Эрато все еще яростно мастурбировала. Хейли несколько раз видела, как ее парень делает это, но он выглядел робким по сравнению с дикой женщиной на картине.

— Не говори ерунды — Лорен встала и стянула с себя платье. Трусики не могли сдержать светящийся член между ее ног. Он торчал наполовину под странным углом. Она быстро спустила трусы, чтобы освободить его. Он был направлен прямо на нового кутилу Эрато.

— Ни хрена себе… миссис Кейтаро — Хейли уставилась на огромный член между ног взрослой женщины. Лорен была маленькой, бледной женщиной, и от этого покрытый рунами фаллос казался еще больше – кааапец у меня глюки поехали… — Мелани подошла к подруге сзади. Она хихикнула, спуская шорты Хейли, а затем подняла ее майку над головой.

— Тебе это понравится — голос Мелани был мурлыкающим шепотом над ушком ее подруги.

— Меня накрыло… — Хейли не оказала никакого сопротивления, когда Мелани расстегнула бюстгальтер и стянула его с плеч — не может такого быть. Это же совсем…

— Такая красивая — Мелани сжала ягодицу, а затем украдкой заглянула через плечо Хейли – у нее встали! Посмотри на ее соски, мам!

— Они пухлые. Как восхитительно — Лорен сократила расстояние между ними, пока головка ее члена не уперлась в бедро Хейли. Она взяла груди молодой девушки и подержала их в руках — полные. Такие полные жизни. Просто идеально — Лорен наклонилась вперед и взяла мясистый сосок в рот.

— Оооохххххх…, оже… что вы…? — Хейли откинула голову назад, положив ее на плечо подруги. Синие волосы упали ей на лицо, заслоняя обзор. Она стонала и дрожала – вот это я приход… словила… — ее тело забилось в конвульсиях, когда рука нашла ее киску. Наркотики отключили те части ее мозга, которые могли бы спасти ее. Когда губы Мелани коснулись ее губ, Хейли позволила вихрю удовольствия подхватить ее и унести. Через несколько минут она уже целовалась со своей школьной подругой, а мать подруги заставляла ее кончать проворными пальцами.

Лорен оторвалась от сисек Хейли.

— Она течет… Мелани. Она готова.

— Ммммпппппппппхххххх — Мелани не разрывала поцелуй. Она хотела наслаждаться этим ощущением вечно.

— Хорошо… хорошо… тогда мы будем развлекаться стоя — Лорен спустила трусики Хейли и раздвинула ее ноги. Девушка откинулась назад в объятия Мелани, продолжая целоваться. Лорен немного выдвинула ее бедра вперед, чтобы у нее было больше пространства для работы — ты всего лишь вторая женщина, приглашенная на нашу Вакханалию. Только вторая женщина… в которую я… угх… вхожу — Лорен ввела свой член во влагалище Хейли.

Слова Хейли были затерялись в поцелуе, но все, что она хотела сказать, звучало так, словно это было что-то очень срочное. Ее подруга не вынимала язык изо рта.

— Ох как плотненько… ты такая… узенькая — Лорен неуклонно исследовала внутренности Хейли — у твоего парня не… угх… не очень… с размером. Или, может быть… он им не пользуется. В любом случае… уууууугхххххх… я знала, что он… лузер — балласт, тянущий тебя на дно скучной жизни — С удовлетворением она погрузилась самого конца, немного подождала, пока Хейли привыкнет к ее размеру, и начала входить и выходить из новой почитательницы Пана.

Хейли забилась в конвульсиях. Она перестала целовать Мелани в ответ. Она позволила Лорен поднять ее с пола, и та сцепила ноги за попкой женщины. Теперь мать и дочь держали ее в воздухе, и первая всерьез начала трахать ее. Приход быстро превратился из плохой в хорошую и феноменальную. Когда ее оргазм достиг своего пика, она молилась, чтобы все это не было галлюцинацией. Если у мамы ее подруги действительно был потрясающий, волшебный член, она могла бы снова ее трахнуть. Если же все это было только в ее голове, то она может больше никогда не испытать такого удовольствия. Вскоре она перестала волноваться. Она перестала думать о чем-либо и отдалась экстазу. Отдалась Вакханалии.

***

— Ты все еще трогаешь его, Пол? — Шеннон прислонилась к закрытой двери сына и погладила крестик на шее.

— Да… мама — голос ее сына звучал странно. Он был приглушен дверью, но в то же время напряжен его усилиями.

— Когда я согласилась позволить тебе пропустить школу, ты пообещал, что сможешь сделать ее снова меньше — она постукивала ногой и пыталась игнорировать бабочек в животе. Как его член оставался твердым после стольких часов? Неужели он все еще продолжает неестественно двигаться? — я сказала твоему отцу, чтобы он пошел сегодня погулять с друзьями, но рано или поздно он вернется домой. Мне позвонить доктору? — это был блеф, она не хотела, чтобы врач или кто-либо другой знал, что случилось с ее милым Полом. Она прислушалась у двери, но единственным его ответом был долгий, мучительный стон — всё, я вхожу.

— Нет… мама… не надо — Пол смотрел, как открывается дверь. Он не перестал мастурбировать. Он не мог. Даже когда их глаза встретились, он продолжал дрочить себя обеими руками.

— Боже милостивый — Шеннон прижала руку ко рту, ее глаза расширились от шока. Ее рассудок был потрясен, когда дверь распахнулась. Вся кровать была залита спермой, а от резкого, перезрелого запаха у нее ослабли колени. От вида ее худого восемнадцатилетнего сына, схватившего этот чудовищный, извивающийся орган, у нее перехватило дыхание. Хлюпающий звук, издаваемый его руками, заставлял ее сердце учащенно биться. Это должно было быть ужасно. Это и было ужасно. Но она не хотела ничего, кроме как быть частью этого. Она сделала несколько шагов в комнату, крепко сжимая одной рукой свой крест — не дай нам впасть во искушение и от злого духа нас избавь [от Матфея 6:13]

— Я уже говорил… что… ничего не помогает — голос Пола повысился, когда он увидел приближающуюся мать — я даже сказал: «я дал вам власть давить ногами змей и скорпионов, а также и власть над всеми врагами вашими, и ничто не повредит вам» [от Луки 10:19] — но это не помогло.

— Вместо того чтобы ступать по нему, ты схватил змею — Шеннон невольно поймала себя на том, что ее глаза притягиваются к этой штуке. Головка была настолько широкой, что она подумала, сможет ли женщина вместить ее в себя. Затем она задумалась, зачем ей такая ужасная вещь. Она была так увлечена, что споткнулась о футбольный мяч, оставленный на полу.

— В твоих глазах… я вижу… угх… вижу это, мама — Пол наблюдал, как она смотрит на его член – у тебя такой же взгляд, как у тех… женщин… на картине… когда они… показывают мне свои… сиськи.

Шеннон едва расслышала, что он сказал. Что-то о демонстрации сисек.

— Если тебе нужно их видеть. Если это действительно поможет — она отпустила крестик и стянула с себя свитер, небрежно бросив его позади себя. Она медленно расстегнула пуговицы на платье. Ее взгляд переместился с пениса сына, чтобы посмотреть, что скажет ей его лицо. У него практически текли слюни. У него текли слюни — это тебе поможет?

Пол медленно кивнул. Он внимательно отмечал каждое покачивание и изгиб, когда она расстегнула платье и расстегнула лифчик. Он и раньше видел сиськи на картине. Но это было другое. Это была его реальность, это была грудь его матери, и она была великолепна. Ее кожа была бледной, с извилистыми голубыми венами чуть ниже поверхности. Ее ареолы были широкими, соски розовыми и крупными.

— Ооогх, боже…. ооох… боже — пенис Пола извергся в пятый раз за этот день, покрыв кровать, ногу матери и даже ее тяжелые груди.

***

Мало того, что ее сеанс мастурбации был удручающе разочаровывающим, так еще и грудь Джессики неловко билась о ее руку, когда она занималась собой. Это было постоянным напоминанием о ее изменениях, и она яростно теребила свой клитор, пытаясь забыть об этом.

— Ооооххххх… Томас — вспоминая его холодные пальцы внутри себя, она закрыла глаза. Она сидела на крышке унитаза в своей ванной комнате, на ней не было ничего, кроме одного из ее новых, поддерживающих бюстгальтеров. Когда Джессика открыла глаза, по ее лицу расплылась широкая улыбка. Огромный фаллоимитатор стоял прямо на тумбе в ванной.

— Я пришла с подарками — Элоиза опиралась на стену, облаченная в пышное платье и тепло улыбалась.

— Томас здесь? — она быстро оглядела ванную комнату, но не увидела его. Она отдернула шторку, но там никого не было.

— Мой сын продолжит твои уроки позже — Элоиза шагнула вперед, взяла фаллоимитатор со стойки и передала его Джессике, как будто это был священный предмет. Она сделала небольшой реверанс, когда Джессика взяла его у нее — сейчас я хочу помочь тебе научиться получать удовлетворение, когда рядом нет Палмеров, чтобы помочь тебе. Мы не можем всегда быть рядом с тобой.

— Почему нет? — Джессика ласкала фаллоимитатор, ощущая кончиками пальцев его вены — когда бы ты мне ни понадобилась, я могла бы просто прийти сюда и запереть дверь — она жестом указала на ванную.

— Мы здесь не для того, чтобы выполнять твои приказы, миссис Ридер — В голосе Элоизы прозвучала резкая нотка.

— Разумеется — Джессика посмотрела вниз, но вспомнив о своих сиськах и подняла глаза с мольбой в глазах — я не знала, на что соглашаюсь. Ты превратила меня в корову. Все заметят, что что-то не так. Измени меня обратно.

— Может, продолжим твои уроки? — голос Элоизы похолодел еще больше.

— Умоляю! Я выполню свою часть сделки. Просто верни мне мое тело — Джессике пришла в голову мысль — что еще было в сделке?

— Уроки, дорогуша. Мы должны сосредоточиться на твоих уроках — Элоиза опустилась на колени перед Джессикой, раздвинула ноги Джессики и забрала у нее фаллоимитатор — мы должны продолжать.

— А мое тело? — Джессика посмотрела вниз на Элоизу, пока веснушчатая женщина осматривала ее влагалище.

— Если тебе будет приятно, я подумаю о том, чтобы изменить тебя обратно — Элоиза провела пальцем между пухлыми губками Джессики.

— Как муссон. Как прекрасно — она слизнула влагу с пальца и поднесла фаллос.

— Спасибо. О, спасибо, миссис Палмер — Она прикусила губу, наблюдая, как широкая силиконовая головка приближается к ее влагалищу — ты собираешься попытаться вставить это внутрь, да? Он слишком большой.

— Не думай об этом — Элоиза взглянула на лицо Джессики, не обращая внимания на нелепое нижнее белье, удерживающее ее грудь. Материал напрягся, как плотина в борьбе с могучей рекой — в тебе уже давно крутится мысль, но ты еще не осознала ее: ты создана для этого — она потерла головку игрушки о влагалище Джессики — твой цветочек был создан для большего и лучшего, чего он еще не знал. Твои шары с рубиновыми кончиками должны были укрощать всех, кто с ними сталкивался. Особенно сильных и мужественных.

— Я сомневаюсь… я не уверена, что я… — Джессика застонала, когда головка фаллоимитатора вошла в нее. В течение нескольких секунд, показавшихся вечностью, она встречала сопротивление. А затем, с хлопком, головка оказалась внутри нее.

— Положи руку на него. Держи его у основания — Элоиза взяла левую руку жены и положила ее на основание фаллоимитатора. Она улыбнулась, глядя на сверкающий бриллиант и бледные пальцы Джессики, которые так резко выделялись на черном фоне — вот так. Вместе мы доставим тебе такое удовольствие, какого не доставлял ни один мужчина — она взяла Джессику за руку, и они вместе ввели в нее массивный прибор — ты научишься делать это сама. Это будет почти так же хорошо, как настоящее.

— Иииииииияяяяяаааах — Джессика уставилась на женщину. Леденящие пальцы взяли контроль над ней, помогая Джессике впервые взять что-то огромное.

***

— Если бы это был не Пол, я бы не согласилась на это. Но он единственный мужчина в Кловер Фоллс, за которым мы можем шпионить с нулевой вероятностью, что увидим что-то грязное. Спорим, он даже не прикасается к своим причиндалам, кроме как пописать — Элла шла по темному тротуару вместе со своими друзьями. Вдалеке ухала сова.

— Надеюсь, мы не застанем его за… чем-нибудь — Кэти улыбнулась про себя, представив, как будет выглядеть его застывшее в напряжении лицо на вершине наслаждения. Она усмехнулась про себя.

— Я тоже — Саманта заметила дом Пола в тени спереди — ты знаешь, какая комната его? — она посмотрела на Ноя.

— Да, она сзади. Мы несколько раз тусили там несколько лет назад — Ной достал свой бинокль. У них была одна пара на четверых. Но если смотреть было не на что, это не имело большого значения. Он не знал, хочет ли он подтверждения своего сна или нет. Страх образовал яму в его желудке. Скоро он получит ответы на свои вопросы – сюда — он повел своих друзей на задний двор.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Серафинит - АкселераторОптимизировано Серафинит - Акселератор
Включает высокую скорость сайта, чтобы быть привлекательным для людей и поисковых систем.