Ночная гостья

Раскинув в стороны руки, я парила над темными бескрайними просторами ночного леса, подставив свою довольную мордашку серебристому сиянию Луны. Жадно впитывая обнаженным телом прохладу ночного воздуха, призывая сон.

Мне не спалось. И не спалось не потому, что меня мучила бессонница, а потому, что один гадкий Гаденыш под названием муж, разгулял меня. Проделав перед сном все необходимые водные процедуры, я нырнула голенькой в свою кроватку, свернулась клубочком, и пожелав супругу спокойной ночи, начала засыпать. Ага, как же! Гаденышу не спалось и он, просто так, от нечего делать, наинаглейшим образом, почему-то решил изнасиловать меня спящую.

Тихонько подкравшись к кроватке, на которой я уже тихо мирно начинала посапывать, оккупант решительно нырнул под мое одеяльце и, не дав мне опомниться, решительно раздвинул мои бедра и вломился языком в мою половую щель. Не скажу, что мне это было неприятно, но не сейчас же!

Недолго повозмущавшись для приличия, но при этом не мешая ему лизать меня, скинув с себя одеялко, я пошире раскинула ножки устраиваясь поудобнее. Вы не подумайте, я не для себя старалась, это все для него негодника, чтобы ему удобнее лизать меня было.

Ах, как же я люблю такие вот полизунчики! Я уже почти было взлетела, и в преддверии оргазма томно задышала, когда этот Гаденыш видите ли насытился, и урча довольным котом, оторвался от моей миски. Облизнулся и потрясая в воздухе своим разбухшим хвостом, предложил мне, нет, вы только представьте, мне, своей жене, не просто взять его в свой ротик, но ещё и пососать. Ну и кто же он после этого?

Конечно, я вполне допускаю, что возможно он этим самым хотел меня смутить, напугать или даже надеялся, что я заупрямлюсь и откажусь, но скажу сразу, ни первое, ни второе, а тем более уж третье ему не удалось. Я была, конечно, девушкой скромной, а иногда даже и нерешительной трусишкой, но только не в такие вот моменты.

Развернувшись, я натянула свои губки на эту чудесную мужскую соску и как младенец, причмокивая, начала пытаться высосать из неё сладенькое молочко. Но до чего же непостоянны эти мужчины! То им хочется одно, то сразу другое, а то и третье. Мой, не был исключением. Видите ли, он передумал, перехотел Гаденыш.

Он, видите ли, внезапно захотел ебаться. Да, да именно ебаться. Он так прямо мне и сказал, — «Давай ебаться!». Да, вот именно так, а не как-то там сношаться, трахаться, или «давай я тебе вставлю». И что главное, мой ответ или мое желание его совершенно не интересовало.

Не дожидаясь моего решения, он, самым наглым образом взял меня за бедра и поставил раком перед собой. Затем раздвинул мои набухшие губки и резким, грубым толчком воткнул в меня свой набухший хер. «О, о, о…» -только и смогла я из себя выдавить. Усердно подвигав во мне членом, и разгладив складки моей вагины головкой своего утюжка, насильник вскоре тяжело задышал, выдохнул и спустил в мой хрустальный фужер изрядную порцию своих взбитых сливок.

Я даже растерялась. Как, и это все? И ради этого стоило будить свою спящую жену? Гаденыш же с чувством выполненного супружеского долга перебрался на свою кровать, плюхнулся и довольно быстро захрапел, оставив меня возбужденную и истекающую спермой, одиноко лежать на поле боя.

Вот же Гад и маленький Гаденыш! И что мне оставалось после этого делать? Только опять пойти в ванную комнату и вымыть из себя остатки сражения. Ну и о каком сне после это могла быть речь? Я лежала, я крутилась, я вертелась на кровати. Я даже помастурбировала, закончив начатое захватчиком дело.

Я даже кончила! Но оргазм под храп мужа не принёс мне долгожданный покой и сон. И вот тогда-то я и решила выйти на балкон, где сейчас и пребываю, впитывая всем своим обнажённым тельцем ночную прохладу и умиротворение.

Я не знаю светлая голова какого проектировщика спроектировала здание пансионата, в котором в настоящее время мы были. Это же сколько нужно ума и сообразительности, чтобы соединить между собой одним балконом два разных номера, или как мы их называли «камеры». Хорошо, что ещё нашими соседями оказалась тихая, взрослая, семейная пара откуда-то с Украины, которая устав от отдыха в пансионатах Чёрного моря решила наведаться к нам в среднюю полосу.

Николай и Елена, или как они сами представились — Мыкола и Алёна. Возможно, мы бы даже с ними и подружились, если бы не слишком большая разница в возрасте и моя природная скромность.

Нам тогда было ещё далеко до тридцати, а им было уже за пятьдесят, что казалось нам тогда возрастом на грани пенсии. К нашему невольному соседству я довольно быстро привыкла, и совсем скоро перестала смущаться откровенных мужских взглядов на ложбинку между моих сисечек или на мои голые ноги.

Особенно в момент, когда мне приходилось дотягиваться до бельевых верёвочек, развешивая на них свои постирушки. Вскоре я уже даже начала получать удовольствие от его не скромных взглядов. Иногда позволяя себе выходить на балкон в своём коротком халатике, наброшенном на голое тельце.

Меня это начало развлекать, чего нельзя сказать о моем муже. У него появилась проблема в лице Алены. Взрослая аппетитная женщина ему нравилась, нравилась настолько, что каждый раз после встречи с Алёной он, смущенный как школьник, возвращался с выпирающим бугром между ног.

Елена не была красавицей в прямом понимании этого слова, но обладала женским магнетизмом, от которого у каждого встреченного ею мужчины вставал на неё. Поведение мужа меня веселило, и я откровенно издевалась над ним, дразня и возбуждая его.

Мужа это бесило, но со своей эрекцией он ничего не мог поделать. Женская фигурка, лукавый взгляд и шикарные ноги с острыми коленками делали свое дело. Мужа мучил постоянный стояк на эту женщину, он её хотел. Хотел сильно и постоянно, даже после секса со мной, даже во время секса со мной. В чем он не стесняясь признавался мне. Я не ревновала, а наоборот с пониманием относилась к его проблеме. Постоянно позволяя ему снимать свое напряжение в моём теле.

В любое время дня и ночи и в любом месте, и даже любым способом. Вы не поверите, но я действительно не ревновала. Боже упаси. Ревность это страшная глупость убивающая нас. Если бы у меня только была бы возможность, то я бы собственноручно ввела его член в Алёну. Увы, но такой возможности у меня не было. В результате бедному мужу приходилось заряжаться от одной женщины и разряжается в другой. Собственно я нисколечко об этом не жалела. Но мой рассказ не об этом.

Вернемся к началу моего рассказа. Я стояла на балконе, раскинув руки в стороны, предоставив возможность ночному ветерку обдувать завитушки курчавых волос на моем лобке, просушивая капельки воды, застрявшие в них после душа. Гаденыш! Нет, ну какой же он все-таки Гаденыш! Сон упорно не хотел возвращаться.

Я стояла, совершенно не опасаясь быть застигнутой. Ведь весь мир окружающий меня был уже давно погружен в покой и сон. Спал лес, спала живность, населяющая этот лес. Похрапывая, спал мой муж. Утихомирились уже даже самые отъявленные гуляки, спали наши соседи… Или мне только так казалось, что соседи спали?

Внезапная вспышка яркого света озарила балкон, заставив меня встрепенуться и отпрянуть от перил вглубь балкона, к стене. В соседской камере зажегся свет. Ну надо же, им тоже не спиться. Почему? Прогоняя сонливость, любопытство пронзило меня острой иглой. Стараясь не шуршать тапочками по выложенному плиткой полу балкона, я подкралась к окну и заглянула в номер соседей.

«Ба… Да они ещё и не ложились и у них гости!?» — удивленно и заинтересованно выдохнула я.

На пороге комнаты, явно сильно смущаясь, мялась Татьяна Ивановна, крашеная блондинка лет сорока. Крупненькая, но красивая, с довольно выпуклыми формами женщина. Администраторша, которая ведала расселением по камерам в этом корпусе пансионата. На тумбочке, разместившейся между двумя, стоявшими параллельно окну, кроватями, стояла бутылка водки.

Мыкола расставлял стаканы и нехитрую закуску, а его супруга как-то возбуждено и нервно смеясь, активно жестикулируя, в чем-то убеждала или уговаривала администраторшу. Наглухо закрытые балконные окна и дверь не давали мне возможности подслушивать о чем они говорили. Я могла только подсматривать.

Закончив сервировку и разлив водку по стаканам, мужчина жестом пригласил женщин к импровизированному столу. Алёна, мягко взяв Татьяну под локоток, как ходячую куклу потянула за собой. Троица, чокнулась. Выпили. Закусили. Мужчина тут же разлил по второй. Чокнулась. Мыкола залпом выпил. Женщины только пригубили и присели на край кровати. Алена приобняв ночную гостью за плечи, вновь горячо принялась ее в чем-то убеждать.

Наконец, видимо поддавшись уговорам, Татьяна Ивановна, что-то ответила, утвердительно закивав при этом. Алёна сладко заулыбалась, наклонилась и чмокнула женщину в щеку. Затем женщины чокнулись, сглотнули остатки налитого и передали мужчине освободившуюся тару.

Теперь супруга, слащаво улыбаясь, переключилась на мужа. Она что–то повелительно приказывала ему, при этом настойчиво тыкая своим пальчиком в выпирающей бугорок ширинки мужа. Мужчина словно этого и дожидался. Он шустро расстегнул брюки и ловким, явно заученным движением спустил их вместе с трусами до колен, выставив свое вялое хозяйство на осмотр женщинам.

Алёна возбуждено хихикнула, а щёчки Татьяны покрылись нежным розовым румянцем. Супруга что-то вновь приказала, и мужчина, обхватив пальцами свою варёную сардельку, принялся перед женскими взорами ее активно надрачивать. Новая команда заставила мужчину остановиться.

По-хозяйски обхватив член ладошкой, жена притянула мужа к себе, начав демонстрацию возбудившегося члена перед носом ночной гостьи. Щеки Татьяны превратились из нежно розовых в пунцово красные.

Разошедшаяся хозяйка, не удовлетворившись простым показом, наклонилась и, заглотнув в рот добрую половину мужской колбаски, принялась на глазах очумевшей администраторши ее сосать. Сосать она умела. Даже не сосать, а играть с членом своим ротиком.

Ее блестящий змеиный язычок резво скользил по упругому, разбухшему стволу члена. Жалил головку, подбрасывал ее вверх, и ротик тут же ловил ее, заглатывая глубоко в горло. Было видно, что Алене доставляет удовольствие демонстрировать свое умение перед мало знакомой женщиной.

Наконец она выпустила член изо рта и обхватив его пальцами принялась, крутить им перед губами Татьяны. Не знаю, возможно, предлагая гостье закусить выпитое. На сей раз долгие уговоры не потребовались. Администраторша уже созрела. Быстро наклонившись, она обхватила своими губами блестящую головку и всосала добрую половину члена в рот.

Алёна довольно заулыбалась, и положив ладошку на белокурую головку гостьи подтолкнула ее навстречу пылающему мужскому органу, глубже насадив её на упругий кол. Администраторша сосала с чувством, с толком, с расстановкой.

Чувствовалось, что женщина изголодалась по мужскому органу и теперь пытается наверстать упущенное. Она поедала член так жадно и аппетитно, что Алена, в конце концов, не выдержала и присоединилась к блондинке. Теперь женщины развлекались, по очереди предлагая, друг дружке блестящий, слюнявый мужской леденец.

Наконец хозяйка поднялась с кровати и томно потянулась. Потискав мужнины причиндалы, она почему то погрозила ему пальчиком и увлекая за собой Татьяну скрылась в коридорчике.

«Пошли в душ» — решила я про себя.

Мыкола остался один. Почесав яйца, он полностью стащил с себя брюки, оставшись в одной голубой футболке. Взял с тумбочки бутылку и из горлышка глотнул водки. Поморщился, но закусывать не стал. Сдернул с обеих кроватей покрывала, забросив их на стоявший в углу комнаты стул. Осмотрелся. Уставился на окно и направился в мою сторону.

У меня екнуло сердечко и я едва успела скрыться, молнией метнувшись к своей балконной двери. Но оказалось напрасно. Мужчина не собирался выходить на балкон, до меня долетел металлический звук задергиваемых штор.

«Блииин!» — я даже расстроилась, уж очень мне хотелось увидеть продолжение сего эротического спектакля, а тут, нате вам – ЗАНАВЕС!

Подкравшись, я вернулась на свое наблюдательное место. «Фу! — я облегчённо выдохнула. Спасибо огромное администрации этого пансионата, решившей сэкономить на шторах. Вместо двух полноценных штор, над окном висело только одно полотно. Шторина была сдвинута в середине окна, оставляя по бокам свободное пространство. Теперь даже стало удобнее наблюдать.

Мыкола между тем времени даром не терял. Он, проходя мимо тумбочки, опять подцепил бутылку. Затем стянул с себя футболку, скомкал ее и бросил на стул к покрывалам. Почесал яйца. Зачем-то пару раз залупил головку. Внимательно осмотрел ее. По-видимому, нашел на ней чей-то волосок. Сдернул его с головки, и ловко щелкнув пальцами отправив невидимку в полет на пол. Головку оставил открытой.

Осмотрелся, и от нечего делать опять потянулся к бутылке. Ответил пробку, потянул горлышко ко рту, но в последний момент замер, остановленный раздавшимся женским окриком. Мужчина что-то неразборчиво ответил, задумался, но тяга к прекрасному за явным преимуществом победила. Его рука возобновила движение горлышка ко рту. Глотнул, закрутил пробку и бодренько вышел из комнаты. Я перевела дух. Расслабилась. Я не сомневалась, что он отправился к женщинам в душ, но, сколько они там пробудут, я не знала.

На удивление троица вернулась из душа довольно быстро. Первой, вприпрыжку прискакала сияющая Татьяна Ивановна. Подскочив к кровати, она рухнула на спину. Услужливо, широко распахивая согнутые в коленях ноги. От былого стеснения у нее не осталась и следа. Следующим, бодренько, в номере появился Николай.

С торчащим сучком, одеревеневшим хуем. Он как шёл, так и упал как подкошенный на лежащую пред ним голую женщину. Одним резким движением вгоняя набухшую залупу в её лоно. Татьяна дернулась, её загоревшие ноги взмыли к потолку, обхватывая долгожданного мужчину за бедра. Схватка началась. Последней в комнату, мягко виляя бедрами, вплыла Алёна. Давая мне возможность рассмотреть ее уже не молодое, но все ещё аппетитное женское тело.

Стройные, слегка полные бедра. Выпирающий набухшими, гладко выбритыми губами лобок, разделённый ярко выраженной щелью. Женственный округлый животик. Полные, наливные груди, торчащие в разные стороны крупными коричневыми сосками. Администраторша проигрывал ей по всем показателям, хотя и была моложе. Алёна была королевой, Татьяна же гордилась только на роль служанки. Но, как известно, именно служанок чаще всего и ебут.

Королева подошла к кровати и уставилась на жарко совокупляющуюся пару. Видимо оставшись довольной увиденным, она хлопнула ладошкой по ритмично вздымающимся ягодицам мужа и опустилась на соседнюю кровать. Подвернув под себя согнутые в коленях ноги, Алена выпятила низ живота и, запустив пальчики себе в щель, принялась теребить свои губки.

Пара же не обратила на появление жены никакого внимания. Мужчина, сграбастав и подмяв под себя податливое женское тело, жёсткими, я бы даже сказала жестокими движениями ебал его. Ее тело трепыхалось как птица, упавшая на землю, забавно взмахивая поочередно то ногами, то руками.

Внезапно администраторша издала, какой-то вой на уровне ультразвука, проникающий даже сквозь оконные рамы. Ее тело конвульсивно задрожало. Взмахнув рукой, она кулачком попыталась заглушить рвущиеся наружу стоны. Получилось, но плохо.

Попыталась прогнуться под навалившимся на нее мужским телом, но тоже не получилось. И тогда она затихла, растекаясь лужицей под продолжавшим ебать её Николаем. На оргазм женщины он обратил столько же внимания, сколько и на мастурбирующую по соседству жену. Никакого! Блондинка зашевелилась, и попыталась выкарабкаться из под тяжёлого мужского тела.

Сильные мужские толчки перестали быть ей приятными, а возможно ей стало даже больно, но все её попытки оказались тщетны. Женщину продолжали ебать. Она уперлась слабыми кулачками в мужскую грудь и закричала. Внезапный удар подушки в ухо потряс Николая.

Он вскочил и очумело уставился на распятую, на кровати женщину, переводя непонимающий взгляд на выговаривающую ему что-то жену. Весь его растерянный вид говорил, что он не понимает, чем так недовольны обе женщины. Он же ведь так старался. Он стоял и нервно мял свой разбухший член, как нашкодивший школьник у доски.

Женщины, сменив злость на милость, расхохотались. Отсмеявшись, жена перекатилась на спину и закидывая коленки себе на плечи помнила ладошкой мужа к себе. Дважды звать не пришлось. Пытаясь скрасить свою неловкость, муж как бык ринулся в атаку. Жена встретила напор противника своей выставленной навстречу раскрытой амбразурой. Копье пронзило податливую нежную броню, и по самые яйца увязло в ней. Энергия мужчины поистине, была неистощима. Теперь он с таким же остервенением ебал свою собственную жену.

Тем временем Татьяна полностью оклемалась. Она раскорячилась на кровати, пытаясь заглянуть себе между ног. Потрогала свою промежность, разглядела блеснувшие в свете лампы пальцы, и видимо оставшись довольной, отхлебнула из бутылки. Села на край кровати, уставившись на сношающуюся перед ней семейную парочку. Задумалась. Затем стекла на пол встав на колени, оказавшись перед сплетенными половыми органами и резким движением впилась коготками в болтающиеся мужские яйца, одновременно оттягивая и задирая их наверх.

Атаки с тыла муж не ожидал. Он дернулся, выгнулся и со всей силы впился бёдрами в тело жены, расплющивая ее лобок. Удар был настолько мощный и глубокий, что оборона жены не выдержала и капитулировала. Алёна взвыла и кончила. Администраторша, захохотав от своей проделки, довольная поднялась с пола. Николай, с недовольной миной вытащил член из лона жены. И попытался сесть. Он опять не доебался.

Однако Алена не позволила ему это сделать. Она ловко, обхватив тело мужа ногами, вывернулась, валя его на спину, оседлав его сверху. Потом она что-то сказала Татьяне и та подала ей ополовиненную бутылку. Затем запрыгнув, уселась своей промежностью на лицо чужого мужа. Обе бравые наездницы сияли озорством и лукавством. Плавно покачиваясь на мужчине они, передавая бутылку друг другу. По очереди, отхлебывая из неё мелкими глотками дурманящую жидкость, они медленно пьянели от алкоголя и похоти.

Первой сдалась Алёна. Её тело содрогнулось, упав на грудь мужчины, забилось в конвульсиях повторного оргазма. Татьяна, же оставшись в гордом одиночестве, запрокинула голову, интенсивнее задвигав бёдрами. Успокоившись, Алёна недовольно сползла с члена мужа, встала с кровати и, отобрав бутылку у более везучей наездницы и удалилась куда-то туда, в сторону санузла.

Администраторша это мгновенно оценила и сверкнув попой, натянула свои бедра на освободившейся семейный трон. Скачка возобновились. Татьяна Ивановна, бросилась догонять догонять подругу. Королева тем временем вернулась в комнату с полотенцем в руках и уставилась на парочку. Не знаю, что с ней произошло, но вид у неё был крайне недовольный. Не иначе как алкоголь ударил не туда. Насмотревшись на скачущую женскую задницу, Алена со злостью хлопнула по ней полотенцем, надеясь согнать её со своего мужа. Однако хлопок возымел обратное действие.

Он только подзадорил наездницу, заставив ее увеличить темп скачки. Ветер засвистел у нее в попе. Но королева тоже была не намерена так легко уступить свой узурпированный трон. Полотенце засверкало в воздухе. Раскрашивая белую задницу наездницы в розово багряные тона.

Внезапно женщина дернулась, взмахнула руками и на полном скаку свалилась намертво сраженным бойцом. Трон был освобожден. На раскрасневшемся лице королевы засияла злорадная ухмылка. Она подала рукой знак своему отраханному мужу, тот кивнул и подсев сзади сраженной наездницы, ловко ухватил ее под коленями, и сложил, безвольное женское тело пополам, выпячивая натертую, красную щель. Тело, попыталось сопротивляться, но как-то неуверенно. Скачка лишила его сил. Алёна довольно заулыбалась ласковой хищницей.

Опустившись коленями на кровать рядом со своей жертвой, она положила ладошки на внутренние стороны раскоряченных бёдер женщины, и резко раскрыла блеснувшие губы ее устрицы. Татьяна Ивановна вздрогнула. Видимо к тому, что её будет лапать другая женщина, она была не готова.

Администраторша забилась, начав активно сопротивляться и пытаясь вырваться из цепких лап семейной пары. Но силы были явно не равны. Осознав, что с семейной парой ей не совладать, тело сдалось и затихло. Хищница ликовала! Сопротивление было сломлено, и теперь она праздновал победу над телом беззащитной администраторши. Алена, что-то тихо зашептала и успокаивающе погладила Татьяну Ивановну по ее растрёпанной головке.

Её жадные пальцы забегали по женскому телу. Сжали набухшие сосочки. Оттянули их и потрепали сисечки. Погладили вывернутые бедра ночной гостьи и притянулись к ее вновь, наполняющейся желанием пизде. Алена, что-то сказала мужу и тот приторно, довольно заулыбался. Королева медленно, но сильно начала разводить пальцы в стороны, раскрывая и буквально выворачивая наружу багровый вход женского влагалища. Оно было огромным. Даже мне, через стекло хорошо стала видна темная пропасть ее влажной пещеры.

Королева мягко наклонилась и нежно, но страстно присосалась к этому растянутому чуду. Я вытянула голову, чтобы получше рассмотреть происходящее, но спина Алены, к моему великому сожалению, загородила мне зрелище. Не знаю что там творила королева, но бедра администраторши начали ритмично двигаться. Алена выпрямилась. Мне стало лучше видно. Я напряглась, присмотрелась и…

Несмотря на свежую ночь из меня повалил пар. Бурлящая смазка в моем котле достигла точки кипения, брызнув кипящей смазкой мне на ляжки. Мой перевозбужденный мозг отказывался воспринимать происходящее на кровати. Я почувствовала, как мои вылезшие из орбит глаза полезли на лоб. Женщины на кровати творили невероятные чудеса. Согнутая в локте рука Алёны, ритмично погружалась в развороченную вагину Татьяны Ивановны.

Словно механический поршень, она отточенными жёсткими движениями драла женский цилиндр. Полным шоком конечно такие развлечения для меня уже не были, я такое много раз видела на видео, но моему изумление не было предела. Смотреть на экране телевизора это одно, а подсматривать в окно соседей это совсем другое.

Выпученными глазами я наслаждалась зрелищем. Мне казалось, что в один прекрасный момент пизда не выдержит и лопнет как воздушный шарик под остервенелым натиском руки. Стенки влагалища выворачивались, вслед за кулачком Алены, губы растягивались, натягивались, но не рвались.

И мало того, судя по беснующимся движения тела администраторши, её пизда сейчас получала колоссальное наслаждение. В отличие от моей, которая не выдержала зрелища и от легчайшего движения своих собственных же бёдер лопнула обжигающими струйками сладкого оргазма. Мне даже не пришлось теребить свой клитор. Я сползла под окно и лишилась чувств.

Сколько продлилось моё беспамятство, я не знаю. Лёгкий ветерок привёл меня в чувство. Где-то далеко, на задворках леса начинало светать. Я приподнялась и осторожно заглянула в комнату. Оргия продолжалась. Татьяна продолжала лежать на спине, но семейная пара поменялась местами.

Теперь жена, виляя бёдрами сидела на лице Татьяны Ивановны держа руками её задранные вверх ноги, а муж попивая водку из горла размашисто драл её пизду. Поистине, они были неутомимы! Я уж не знаю, кончила она или нет, но первой сладко потянувшись отвалилась Алёна.

Довольной кошкой спрыгнув с лица блондинки она отобрала бутылку у мужа, вернув ее на тумбочку. О чем-то переговорила с мужем, и, присев на кровать рядом, положила руку на лобок Татьяны Ивановны, начав массировать её клитор. По телу администраторши пробежали судорожные волны. Она как-то нелепо задрожала и замерла, перестав реагировать на действия семейной пары.

В очередной раз утолив женщину, Николай отлип от женского тела. Утомленно переведя дух, он ладонью протёр вспотевший лоб. Взял с тумбочки пачку сигарет и не обращая внимание на бесчувственно валяющее женское тело, вместе с женой направился в сторону балкона. Я, тенью метнулась в свой номер, уже не успевая закрыть за собой дверь.

Парочка, взяв вышла на балкон. Закурили.

— Ну, ты как? Так ещё и не кончил? — участливо поинтересовалась жена.

— Да пиздец, какой-то, не могу и все. Как-будто что выключилось. Стоит и не кончает.

— Ну да, ну да… это же хорошо и сам наебешься на дорожку и нас заебал.

— Ага, как же заебешь вас. Вас ебешь, а вам все мало. Вон она, сил уже нет, а все к хую тянется.

— Так её ж понять можно, одиночка. Когда еще до такого членика дорвется, — хихикнула жена. Послышался шум возни.

— Алён, ну хватит, хватит… Щекотно же…

— Щекотно ему, елдак сейчас лопнет, а ему щекотно! Нравится ебать Таньку, нравиться… Ну, скажи нравиться тебе, а?- Алёна привязалась к мужу.

— Ну, Алён, ну хватит… Прекрати щипаться… Ну нравиться, нравиться… Прекрати… Алёна прекрати, блять! — не выдержал муж.

— Я не блять, а честная жена! – игривым голоском, обиженно произнесла Алена, — Ну, и чья дырка лучше? Ну, скажи, скажи, чья лучше?

— Вы обе хороши, но у нее просто пиздень безразмерная! Я просто охуеваю.

— Нет, так не считается. Я про дырищу сама знаю. Ты скажи кого ебать лучше? Ну скажи не бойся…

— А я и не боюсь, — запнулся муж, — Чего мне боятся то. Ты своя. Я твою уже всю вдоль и поперек изучил.

— Ну да, конечно, малина у соседки всегда слаще… У, кобель!

— Ага, слаще, — согласился и тут же спохватился муж, — Алён прекращай, а? Ты же сама хотела?

— Да, хотела, а ты бы взял меня, да и отговорил бы, и не хер в каждую дырку совать. Только и ждёшь, когда я тебе подружку притащу. Кобелина!- недовольно вспылила жена. Теперь она уже не играла.

— Алён не начинай, а?

— Не начинай ему. Как будто я не вижу, как ты Натаху глазами поедаешь. Хочешь её?

— Какую ещё Натаху?

— Какую, какую, да такую, соседку нашу. Наташку!

Я встрепенулась. Ну, ни фига себе, это же они обо мне.

— А эту, — протянул муж, — тоже нашла кого. Она же маленькая.

— А, что ж ты тогда на её титьки таращишься, как кот на крынку со сметаной? Какая же она маленькая? Девка с мужем уже. Он ее каждую ночь жарит. Я через стенку все слышу. Время даром не теряют. Это у тебя только на моих подружек стоит. Переебал уж всех. Кобеляка.

— Да ладно, прям так и всех. Твоих подружек всех переебать, хуй алмазный надо. А Натаха действительно хороша, подрастет знатный бабец будет. Я бы ей засадил, — мечтательно произнёс муж.

— Засадил бы он… Засаживатель тоже мне нашёлся! А вот её бы муженьку бы я дала. Он так краснеет смешно, когда меня видит и у него встает на меня. У него такой сладенький членик. Проглотила бы. Меня это так заводит… Теку, прям, — мечтательно закончила жена.

— То-то ты на балкон голышом выскакиваешь покурить с соседом.

— Ой, да ладно, прям и покурить выйти нельзя. Жалко, что ли тебе. Да и было то это несколько раз.

— Ага, несколько раз. Да каждый вечер. Натаха в душ, ты на балкон.

Интересненнько, я напряглась. Муж мне про свои перекуры с Аленой ничего не говорил. Ладно, я не против. Главное только не за моей спиной, пусть курит или что там у них, при мне.

— А ты что следишь за мной? — недовольно фыркнула жена.

— Не слежу, а наблюдаю. Ладно, давай заканчивать. Вон… Светает уже., — почувствовав, что жена начинает заводиться, решил муж, — Да и Танька там одна. Пойдём, посмотрим как она там, а то ещё заебем ненароком.

— Ну да, ну да, такую заебешь ненароком, такую специально заебать заебешься. Сколько раз она спустила то?

— Не знаю, не считал. Вас же баб хер поймешь, когда вы стонете, а когда спускаете. Ну, раз пять- шесть наверное спустила, а там не знаю.

— Охуеть! И я троечку… Итого девять раз, а сам ни разу. Ну, ты и гигант у меня милый. Не стыдно подружкам показать, — сладострастно пропела Алёна, — Вернемся домой, всех подружек соберу и тебя им подарю. На ночь, нет сутки. Но смотри не больше. Ты мне самой еще нужен! — хихикнула супруга.

Послышался смачный поцелуй.

— Дорогой, ладно пойдём, а на посошочек ты нас ещё по разочку отъебешь? Сдюжишь? А там мы тебе поможем спустить. Ох, какие яйки у тебя горячие и тяжёлые. Ты куда хочешь кончить? Хочешь в ротик или в попу?

Перед раскрывшимся выбором мужчина задумался.

— А хочешь… Хочешь Таньке в рот спустить? — за мужа предложила Алена.

— Ага, так она и дала.

— А кто её спрашивать-то будет. Ну, так решил?

— Таньке хочу.

— Ну конечно. Можно было и не спрашивать, — Алена с шумом выпустила дым и щёлкнула пальцами, отправляя мелькнувший красный огонек лететь во влажный предутренний лес — Таньке так к Таньке… Пойдём горе моё, будет тебе сучка, Кобель.

Послышался смачный шлепок по голой женской попе, — Фу, дурёха!

Алена довольно хихикнула. Пара удалилась.

Когда я вернулась на свой наблюдательный пост женщины уже сидели на кровати. Дверь они оставили слегка приоткрытой, но шторы глушили звук. Пришлось прислушиваться. Жизнерадостная, полная энергии Алёна, в очередной раз уговаривала измочаленную Татьяну Ивановну. Измочаленная- это еще мягко говоря. Было ощущение, что её накормили лимонами, затем десять раз постирали в активном режиме, сто раз отжали, бросили и забыли погладить. Одним словом, в гроб краше крадут.

— Ну что Танюх, ещё по разочку и спать? — голос неутомимой супружницы пылал желанием, словно и не было перед этим бессонной ночи и безостановочного секса.

— Не-е, что ты я больше, наверное уже не смогу. У меня такое ощущение, что мне туда мяч засунули, надули, а потом он резко лопнул. Теперь у меня там пустота. Дыра! Я бёдрами пошевелить не могу. А я же на дежурство, мне еще пост сдавать. Устала. Извини, уже наверное все, — Татьяна Ивановна отказывалась, но уверенности в голосе не было.

— Ой, та брось ты, пару раз спустила и устала. Я, вон столько же, и ничего. Бодрячком. Ещё хочу.

— Алён, каких пару раз, я девять раз кончила.

— Да ты шо…? — удивлённо протянула Алёна.

— Вот тебе и шо. Муж твой, ты, а от руки я вообще как автомат. Ты, что не заметила?

— Вот это да! – теперь уже натурально восхитилась Алена, — Везёт тебе, а я так не умею кончать. Я думала ты прикидываешься, а ты… Здорово! Ну, тогда еще разок для ровного счета точно нужно, а потом на пост.

— Нет, ты моей смерти хочешь? Нет, и не уговаривай меня даже, нет, — но нет, прозвучало как да. Женщина уже все решила для себя. Ей просто хотелось поломаться и чтобы ее поуговаривали.

— Не говори глупости. От хорошей ебли ещё никто не умирал. Ты только посмотри, какой красавчик. Он все ещё тебя хочет. Что ему жена, когда тут такая красавица рядом. Правда, милый? Ведь ты хочешь ещё разок Танечку трахнуть? Правда ведь хочешь? — и жена развернулась в сторону мужа, который развалившись на соседней кровати, вялыми движениями подкачивал ослабший член.

— Танечка, нет, ну ты только посмотри на это чудо. Тут две тетки недоебанные лежат, а он дрочит себе. Хам!

Администраторша посмотрела на опухшую сардельку, по которой ползали вверх и вниз жирные складки кожицы. На её щечках заиграл бледный румянец и в в глазах блеснул интерес.

— Ну не знаю, если только ещё раз разочек.

— Вот и умница, а я про что? Ещё один разочек и будешь ты у меня как новенькая. Ты только посмотри, какой хуечек сладенький. Хочет свою Танечку. Правда, Мыкол? Ты же хочешь Танечку? Ты только посмотри, какая она вся хорошенькая. Посмотри, какая красавица ждёт сладенький членик. Смотри, какие сисечки у неё, а какие сосочки! Нравятся? — жена обняла Татьяну Ивановну и ладошкой приподняла ее груди с опухшими сосками и начинающими уже синеть засосами на белой коже.

— Ой! – от прикосновения к соскам женщина дернулась, но Алёна даже не обратила на это внимание, только сильнее сдавила сиську, выдавливая из нее коричневый сосок.

— Нет, нет, ты только посмотри, как у нее сиси. Налились. Ох, какие они проказницы у Танечки! Они же хотят ещё! А какой животик у нашей Танечки, мягонький, гладенький… Нравится? – нахваливая тело администраторши, Алена гладила его своими руками, — А что это у нас тут под животиком спряталось? Тань, ну Танюшь, раздвинь ноги… Шире, ещё шире… Покажи свою красоту! Вот, вот так хорошо. Совсем хорошо, — удивительно, но Татьяна выполняла команды Алены. Поставив ножки на край кровати, она широко развела колени, распахнув горящую алым огнем натертую пизду.

— Ох умница, шире, ещё шире… А теперь раздвинь губы… Откройся, шире… Еще… Ох… Не могу, — игра захватила обеих женщин.

— Танечка… Какая же ты красивая, — голос, раскрасневшийся Алены дрожал. Она пододвинулась вплотную к подруге и её пальчики скатившись по округлому животик нырнули в растянутую женскую нору.

Татьяна сладко застонала. Какое-то мгновение подруги пожирали друг дружку глазами и вдруг, обезумевшими кошками набросились друг, на друга сворачиваясь в клубок.

— Девки, вы совсем ополоумели? — вскочил на ноги дрочивший муж, — а как же я? Алёна… Таня…

Но подруги его не слушали, страстно сосались и пальцами раздирали друг другу вагины. Накал схватки нарастал. Обезумевшие женщины метались по кровати, одновременно нападая и поддаваясь. Стараясь как можно изощреннее ужалить интимные местечки своей противницы и одновременно подставить свое. Постепенно, Татьяна начала побеждать свою более опытную противницу.

Она оседлала Алёну сверху, зажала её голову своими бёдрами и захватив задранные ноги подруги подмышками впилась ртом во вспученную пизду женщины. Но королева не сдавалась. Обхватив руками возвышающийся над ней зад администраторши, она притянула его к своему лицу и вонзила жало языка в её распахнутое влагалище.

Комнату наполнили звуки обжирающихся чавкающих кошек, вперемешку со стонами кончающих женщин. И только бедный муж бегал вокруг свиввшихся женских тел, кудахтал и пытался пристроить свой возбудившийся хуй, хоть в какую-нибудь дырку. Хуй не пристраивался, женщинам сейчас он был не нужен.

Они упивались любовью друг к дружке. Победу уступать никто из них не хотел. Как ни странно, но победительницей из схватки вышла Татьяна. Первой в оргазме забилась Алёна, а уже потом к ней присоединилась администраторша. Женские тела забилась в судорогах, стоны слились в унисон и клубок распался. Откатившись друг от друга в разные концы кровати, женщины затихли.

— Алёна, Алён, ты жива? — первой очухалась Татьяна.

— Угу… Жива… Что со мной станется, — промычала Алёна переворачиваясь на бочок.

— Алёна, спасибо тебе, это было обалденно. У меня никогда с женщинами до тебя не было… Ты первая! Это так обалденно! Ты чудо!

— Да ладно тебе… Это… — но Татьяна Ивановна не дала ей договорить, её губы прижалась в сладком поцелуе к губам королевы.

— Ну бабы вы даёте, охреневаю я от вас. Тут хуй стоит, а они лижутся, — пропыхтел раскрасневшийся Николай, член которого раздулся и торчал палкой.

— А хуй не работа может и постоять, — отрываясь от женских губ, хихикнула Таня.

— Поостри мне тут еще, острячка блин, — окрысился мужчина.

— Да ладно вам, — Алёна села на кровать по турецки сплетя ноги, — не ругайтесь девочки. Раз Таня обещала тебе дать, значит даст. Правда, Тань?

— Ой, ребята, вы меня совсем укатали. Я то согласилась на разок, а тут уже второй будет. Совсем вы меня заебете, — пытаясь сесть и сложить ноги как у подруги тяжело произнесла Таня, — Нет с меня хватит, сдохну.

Ноги не складывались.

— Ну вот, а я что говорил! — запаниковал мужчина.

— Блин, да успокойся, ничего ты не говорил. Не, Танюш, действительно. Так не пойдёт. Мы же обещали дать Коле поебаться? Обещали! Значит надо дать. Зря, что ли он свою елду до медного блеска надрачивал. Ты только посмотри на неё. А потом мы же обещали ему разок поебаться дать? А то, что было, это не счетово. Танюш, ты как хочешь: сверху, снизу, рачком или может в попу?

— Нет, нет, точно не в попу, — женщина не согласилась, но и не отказалась.

— Коль, а ты как хочешь меня. Сверху, снизу, раком?

— Да мне похер. Я ебаться хочу. Давай раком

— Ну, вот и славно. Все стороны пришли к согласию, — довольно защебетала Алёна, — Танька становись раком. Да нет, не так же… Ближе становись к краю. Ну, блин, Танька, тебя, что раком никогда не ебли. Ноги, ноги раставь. Да шире раставь Вот! А теперь поясницу, поясницу прогни и жопу отклячь… Вот… Вот… Блин, ну вот так встать можешь? – Алена не выдержала и, встав раком, продемонстрировала Татьяне Ивановне нужную позу, — Понятно? Ну, наконец-то!

Алёна выставила подругу в нужную позицию, заботливо подкладывая ей подушку под грудь.

— Ну, иди теперь ты сюда, горе ты моё, дай смажу его что ли, а то сотрешь его об Танькину пизду, мне ничего не останется.

Муж послушно подошёл к жене. Обхватив губами, маячащую у неё перед глазами елду, она густо покрыл её своими слюнями.

— Ну, все космонавт к ебле готов! — Алёна осмотрела дело губ своих и осталась довольна, чмокнув головку в самый ее кончик.

— Терем, теремок, кто в высоком живёт? — пропела Алёна, пальцами подтаскивая раскаленный уголек горящего члена к распахнутым, багровым вратам женского тела. Почуяв близость пизды, мужчина дернулся, но руки жены его не пустили.

— Пррр, стоять! Я мышка норушка. А ты кто? А я хуек-мотылек. С пизды на пизду летаю, девок опыляю. Хочешь, и тебя опылю? — Алёна провела горящей головкой по пылающие губам администраторши. Мужчина и женщина уже настроенные на скорую еблю, дернулись навстречу друг другу, но и тут Алёна их остановила.

— Мышка мышка, приподни хвостик и покажи свою пещерку, — жена продолжила сказку.

— Блять, Алён, какой в жопу хвостик, какая пещера? Заканчивай, а? — взмолился муж.

— Ну, правда, Алён дай поебаться-то. Давай, давай, а сама сказки тут устроила. Я ебаться хочу, я же на работе, — томно поддержала мужчину Таня.

— Фи, какие вы скучные. Только и знаете, что ебаться. А поиграть? Все бы вам только ебаться, — пробурчала жена и убрала руку. В тот же момент мужчина охнув, с размаху засадил в Танькину пизду свой хуй. Женщина ойкнула. По комнате поплыли чавкающие звуки, фыркающего брызгами, хлюпающего влагалища. Любовники слились в экстазе.

Алёна, развернувшись к жадно совокупляющейся парочке, свесила ноги на пол, положила свободную подушку себе на колени и подперев подбородок, как школьница на уроке, уставилась на слившиеся в единое половые органы.

— Алён, ну Алён, что ты делаешь? – останавливаясь, взмолился муж.

— Да милый, смотрю, как мой муж ебет нашу знакомую, а что теперь-то не так?

— Смотри, но не так же?

— А как? Я вообще могу не смотреть. Отвернусь и делайте тут все, что хотите. — надулась Алёна, но её глаза горели лукавством. Она демонстративно отвернулась, и даже закопалась головой в скомканное одеяло, приняв при этом позу испугавшегося страуса. Подняв высоко свою попу, она прижалась раздвинутыми бедрами к вибрирующим бёдрам Татьяны Ивановны.

Прогнулась, выпятила свою набухшую щель наружу, и погрузив в неё пальцы принялась смачно демонстративно мастурбировать. Муж задвигал бедрами. Теперь он ебал одну и смотрел на мастурбацию другой женщины. Которая дразня, играючи, выворачивала наружу красные блестящие складки половых губ, маня мужчину сладкой глубиной пизды. Муж не выдержал. Выдернув хуй из пизды Татьяны Ивановны, он резко вошёл в пизду Алены.

— Коля, ну ты где там, — администраторша недовольно подала голосок. Её рука показалось между бедер, ощупывающая пальцами опустевшее, развороченное влагалище.

— Подожди, подожди Танюш… Сейчас еще чуть чуть… Все… Хватит… А то кончу… — жена бурными движениями бёдер накручивалась на буравящий её хуй мужа, — Все, все хватит… Иди теперь к Таньке.

Муж послушался и восстановил статус кво, переместив хуй из одного влагалища в другое.

Я, ошалело сползла горящей попой на холодную плитку пола. Разворачивая и подставляя первым робким солнечным лучам свою кипящую письку. Извращенная похоть этой троицы не знала границ. Двух, стоящих раком и сладострастно мастурбирующих женщин, попеременно ебал муж одной из них. Голова шла кругом, и я под сладкие женские стоны, доносящиеся из номера, запустила в себя пальцы. Три женщины, включая меня, кончили практически одновременно.

— Коля, Коля… Остановись… Я кончила… Я не могу больше, — молящий голос Татьяны Ивановны донесся из камеры. Я приподнялась и заглянула в комнату.

Алёна, вальяжно развалившись сытой кошкой, поглаживала свою промежность, с безразличие наблюдала как её обезумевший муженек, подмяв под себя тело затраханной женщины, продолжает его ебать.

— Ну, Коля, Коленька, прошу тебя не надо, остановись — женщина заревела, но мольбы остались не услышанными. Озверевший Коля пытался удовлетворить свою дикую страсть, могучими толчками, загоняя свой онемевший хуй, в хлюпающую пизду администраторши. Татьяна, видя что на сей раз, ни мольбы, ни стоны не возымели действие, по-мышиному заскулила, отдаваясь насильнику.

Вдруг мужчина, выдернул хуй из женского лона и сел перед зареванным лицом Татьяны Ивановны.

— Соси, — приподнимая за волосы женскую голову, и буквально втыкая в рот беспомощной женщины хуй, приказал Николай.

Сил на сопротивление у администраторши уже не осталось. Натянув губы на горящую головку, она принялась её сосать. Алёна захихикала и, посмотрев на мужа, показала ему большой палец руки. Затем ее взгляд упал на широко разбросанные женские ноги. На широко раскрытый вход в таинство женского тела и королева не удержалась. Ласково погладив натертые кровавые половые губки, она наклонилась и нежно их поцеловала, но едва прикоснувшись губами к губам, она уже не смогла оторваться.

Одиннадцатый финальный оргазм Татьяны Николаевны совпал мощным выбросом спермы Мыколы. Кончал он долго, бурно. Заливая молочными потоками лицо Татьяны Ивановны. Тело женщины выгнулось, и она захлебываясь ловила ртом потоки спермы. И когда показалось что уже все, фонтан иссяк, откуда-то из глубины мужских яиц начал бить новый. Лицо, волосы, шея, сиськи администраторши все было залито белой вязкой жидкостью. Досталось даже и Алене, которая довольной кошкой слизывала молочко с тела администраторши.

Я была в восторге от этих женщин. Я смотрела на них и мечтала оказаться на месте одной из них, чувствуя, как волна неимоверного возбуждения, наполняет низ моего тела. Мечтала, правда, так и не решив на месте какой именно. Возможно даже на месте Татьяны Ивановны.

— Всё я спустил, — изрёк Мыкола и рухнул рядом с женщинами.

— Да уж спустил, так спустил, прям плотину прорвало. Обалденно было, правда Тань? — Алёна, вновь приняла барственную позу довольной кошки, вяло теребя пальчиком верх половых губок.

— Тань, а Тань ты чего молчишь? — кошка забеспокоившись поднялась на лапках, — Тань, ты что плачешь? Да ты шо, что случилось то глупенькая?

Алёна резко развернулась, обняла и прижалась к всхлипывающему телу подруги.

— Ну тише, тише Танечка не плачь, что случилось? — Алёна нежно размазывая блестящую слизь по лицу подруги, осыпала его поцелуями, -Ты можешь сказать, что случилось то? Почему ты ревешь? Тебе не понравилось?

— Понравилось, вы меня заебали, — пуская сопли и надувная белые пузыри, наконец-то выговорила женщина.

— Ну так это же здорово! А то испугалась, что такое случилось с нашей Танечкой. Заебали, так это же хорошо. Хуже когда недоебали. Ведь, правда, правда?

— Правда, — хмыкнув носом и размазывая ладошкой коктейль из спермы и соплей согласилась Татьяна Ивановна.

— Ну, так, а что же ты ревешь? – Алена обняла ладошками лицо администраторши и заглянула ей в глаза, — Зачем плакать, что не так?

— Я…я не хочу, что бы вы уезжали…, а я еще хочу. Хочу так же… еще… еще… — и женщина, уткнувшись лицом в Аленины волосы, еще сильнее разрыдалась.

Алена удивленно посмотрела на мужа, обняла плачущую женщину и что-то начала шептать ей на ушко.

— Правда! Правда? Ты меня не обманываешь? – администраторша внезапно отпрянула от Алены и смотрела на нее глазами ребенка, которому пообещали купить игрушку.

— Правда, правда! Зачем мне тебя обманывать. Ну, иди ко мне, иди, — и Алёна, снова обняла женщину, прижала ее к своей груди, начав укачивать как маленькую девочку.

— Ну, все, все… Успокоилась? Все хорошо, все довольны, тебе хорошо! — и внезапно переключившись на мужа она захохотала, — Нет Тань, нет ты только посмотри на это чудо. Как оно нас с тобой могло ебать? Ты смотри, смотри!

Алёна протянула руку в сторону мужа и подцепив коготками потрясла в воздухе сдувшимся члеником.

— Нет, как это могло нас ебать… Презик сдувшийся! — жена задорно засмеялась, заражая веселостью подругу. Таня Ивановна захихикала, а потом и вовсе рассмеялась, протянув руку потрепала вялый член.

— Ну, что все? Пришла в себя? — Алёна чмокнула в губы администраторшу, — Вот и славненько. Вставай, пойдём в тёплый душик. Умоемся, помоемся. Помогу тебе сперму из волос вымыть, а то некоторые кобели разбросали её по всему номеру. Всё хорошо? — Таня улыбнувшись кивнула головой, — Ну и все, поцелушки и пойдём. А кобели пусть спят.

Алёна сверкнув попой соскочила с кровати и увлекая за собой подругу удалилась в санузел. Николай, встал допил остававшуюся в бутылке прозрачную жидкость и плюхнулся на заскрипевшую под ним кровать. Всё! Шторы или как там, в театре — занавес!

Я вернулась в свой номер и измочаленная и перевозбужденная упала на кровать. Соседкам было даже легче чем мне. Их хотя бы трахнули и они довольны. А мне… Уж кто и чувствовал сейчас себя надутым мячом, так это я. Надуть надули, а спустить не дали. Мне срочно нужно было кончить, что я и сделала. Блаженство! Я мастурбировала и представляла двух невероятно ебливых женщин. Оргазм не заставил себя долго ждать. Но полностью расслабится, не получилось.

— Ну, и на хрена, это нужно было? — я услышала не довольное бормотание Алены на балконе, что-то выговаривающая мужу.

Я подкралась к балконной двери

— Вот скажи на хрена ты её так ебал, да и кончить не мог поаккуратней? У неё все волосы в сперме, еле вымыли. Вот на хрена? Хорошо, что мне удалось истерику погасить, а если бы заистерила? Она же одиночка! А одиночки сам знаешь…

— Знаю Алён, знаю… Но Алён и ты меня пойми, я ночь вас ебу и не кончаю, а тут она ещё со своими подковырками… Ну, меня и понесло… Да и ты…

— А я-то шо? Понесло его, видите ли… Куда бы сейчас только принесло.

— Ну я её ебу, а хуем пизду не чувствую, как крынку со сметаной. Нет щекотно, приятно, но не цепляет. И тут ты раком встаёшь и свою пизду открываешь. А ты же знаешь, как я её люблю, ну у меня крышу и сорвало. Нет, думаю, не выебу так заебу… Вот и получилось.

— Эх, горе ты моё, что бы ты делал без меня. Пойдем, хватит курить. На посошек трахнешь меня ещё разок. Мне нужно расслабиться. Потом поспим, да и собираться надо будет. Во сколько у нас отъезд?

— В четыре Алён, в четыре…

— Успеем. Пойдём быстрее мочи нет.

— Ален, а что ты ей на ушко пошептала?

— Пойдем, пойдем…потом расскажу…я ебаться хочу!

И парочка удалилась в свой номер. Скрипнула кровать и до меня долетел сладкий стон Алены.

Утреннее солнце осветило балкон.

Рассказывать, как мы провели этот и оставшиеся дни с мужем, думаю не стоит. Отдых для него закончился! Начались суровые будни. Я, как обезумевшая давала ему себя на завтрак, обед и ужин. Предлагая ему меня ебать меня во всех местах, где меня тыркнет, а тыркало меня постоянно и везде.

Временами даже заставляя ебать себя насильно. Когда же он, бедный, совсем выбивался из сил, принималась мастурбировать. Мастурбировать жестко, и в разных местах. Совершенно не стесняясь, и мечтая, что меня кто-нибудь увидит за этим. Надеюсь, что видели. Я просто дико хотела секса! Я безумно хотела ебаться!

Татьяну Ивановну, я встретила через два дня после ночного происшествия. Она сидела за своим столом на первом этаже. Красивая, румяная, довольная и помолодевшая лет на десять, с легкой грустью в глазах. Цветастый, легкий шарфик повязанный вокруг шей плохо скрывал, многочисленные, закрашенные пудрой засосы. Передвигалась она мелкими осторожными шажками, как-будто ей между ног засунули все тот же мяч и накачали, а она теперь боится, что он лопнет.

До конца своего отдыха я с уважением и тайной завистью смотрела на эту женщину. Ну вот почему это не мой муж смог ее уговорить и затащить в наш номер? Я ее хотела!

Что же ей пообещала Алена? Я так это никогда и не узнала.

Собираясь выезжать и складывая вещи в сумки, я вдруг обнаружила в кармашке своей сумки, вырванный из блокнота, сложенный пополам листок. Я развернула его. Это оказалось, написанное аккуратным женским почерком адресованное мне письмо.

«Наташа привет!

Когда ты прочтешь это письмо, нас уже не будет. Я видела и знала, что у нас есть зритель. Я знала, что ты подсматриваешь и подслушиваешь. Мне это было приятно. Очень надеюсь, что тебе понравилось. Ты так забавно охаешь когда кончаешь. Очень жалею, что нам не удалось сойтись ближе.

Я знаю, что ты бы была не против, в тебе сидит такой же чертик как и во мне… да и в Тане тоже. У тебя хороший муж, но очень застенчивый. Возможно, вам это поможет, а может и нет. Не ругай и не ревнуй его. Пока ты отсыпалась, я дала ему. Дала прямо на балконе. Я очень надеялась, что ты проснешься, но ты спала как сурок. Мне очень понравился твой мальчик. Береги его. Земля круглая, может быть, когда-нибудь мы встретимся снова.

Целую! Алена.»

р.S.

Письмо Алены я запомнила на всю жизнь. Муж до сих пор не знает, что я знаю что он трахнул тогда Алену. Хотя, скорее всего, это было наоборот. Это она его трахнула. Но как бы там ни было, я очень рада за него! Рада, что его желание исполнилось. Мое сексуальное безумие продолжалось еще месяц. Потом напряжение спало. Начало забываться. Но Алену я помню и знаю, что земля круглая. Алена целую тебя!

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии