Наслаждения Июли…

Глава 1.

Уже прошёл ровно год, как у Июли был секс с родителями, и когда начался учебный год, папа Июли, возможно из ревности, всегда её забирал из школы домой, а возможно, что просто был в отпуске. Вот и сейчас, он сидел в своей машине и услышав громкий школьный звонок, смотрел на двери школы, ожидая свою красавицу дочь и когда двери школы распахнулись настежь, ученики, смеясь и болтая, хлынула наружу,

Июля вышла вместе с двоюродной сестрой Настей, увидела родную машину и весело помахала рукой папе, а когда она побежала к машине, поцеловав Настю, то Виктор сидя в своей машине, наблюдая за дочерью, любуясь её красивыми ногами, Виктор через ткань нейлоновых спортивных штанов, помяв свой член, почувствовал твердеющую пульсацию члена, когда смотрел на свою красивую дочь. Как и раньше, он позвонил Июле и попросил её на переменах поласкать себя в туалете школы до оргазмов, чтобы вся «конча», весь сок оргазма оставался в трусиках. Виктор любил, когда ехали домой, чтобы дочка их сняла и нюхать, слизывать влагалищный сок с трусиков, а так как ещё было тепло, даже жарко и Июля пока что ходила в школьной клетчатой мини юбке и иногда без колготок, то для папы снять трусики было легко.

С длинными чёрными волосами, с лицом, похожим на индийскую актрису Ведхику, такими же пухленькими губами, стройными ножками, которые стали такими потому что Июля занималась гимнастикой, и уже с третьим размером сисек, красивой формы, Виктор, родной папа сходил с ума по красоте своей дочери и его сослуживцы ему говорили, ещё когда дочь была подростком, что будет у него изумительной красавицей и Виктор видел, когда встречал дочку у школы, как её провожали парни, как на её смотрели.

— Привет, папочка! — радостно сказала Июля, запрыгивая в машину, ложа назад рюкзачок и целуя папу. Коротенькая её клетчатая школьная юбка была ногой приподнята, когда Июля садилась и Виктор увидел белые трусики в синий горошек уже с мокрым пятнышком и с выделяющиеся щелочкой её киски.

— Привет, дочка! — сказал Виктор, обнимая дочь и улыбнулся, когда Июля прижалась своим теплым телом к его телу и почувствовал упругость груди и целомудренно поцеловал дочку в щёку, как сделал бы любой папа, ведь вокруг проходили ученики.

— Ты прям вовремя! — сказала Июля, — И что так улыбаешься, я смешная, да? — спросила девушка.

— Да просто увидел пятнышко на трусиках! — честно ответил Виктор.

— У, какой папа у меня глазастый! — сказала весело Июля, и поспешила добавить, — Я, добросовестно исполняла твою просьбу подряд три перемены! — и девушка от такого откровенного признания папе, покраснела.

— Умничка моя! Знаешь папины слабости! — сказал Виктор, завёл машину, и они отправились прочь из их пригородного посёлка. А слабость к ношенным трусикам дочери, Виктор стал питать с тех пор, когда Лидия ему рассказала, что дочка их часто мастурбирует. Лидия сначала стала замечать обилие влагалищных выделений на ластовице её трусиков, когда стирала дочкины трусики, а потом проследила и увидела, как Июля за день ласкала себя три — четыре раза и ещё видимо перед сном точно. Хоть дом у них был частный, ванна и душ были и Виктор всегда заходил в ванну после дочери и всегда брал из бельевой корзины трусики дочери и нюхая их, слизывая выделения, сильно возбуждался. Тогда дочь была совсем ещё юной, а сейчас 18 — летняя красавица дочь становилась всё желаннее и желаннее, и Виктор все эти годы вот такой вот фетиш питал к дочкиным ароматам её киски — прелести. Так про себя Виктор называл дочкину киску. Папа и дочь болтали о прошедшем дне. Каждый раз, когда он смотрел на Июлю, глаза Виктора светились не только отцовской любовью и семь минут спустя он свернул на проселочную дорогу, направляясь в уединённое место в лесопосадке, которое они с дочерью уже так хорошо знали. Как всегда, пока ехали на своё место, Июля прижалась ближе к папе. Её бёдра оголились до самых трусиков, когда она потянулась к папе, прижимаясь к нему, чтобы, как папа любит, пососать мочку его уха. Сквозь штаны, Виктор почувствовал жар ладони, когда дочь положила свою ладонь на член, и упругость девичьей груди, конечно же заставило его возбудиться ещё сильнее, лицо его покраснело и Виктор про себя улыбнулся, от такой инициативы дочери. Бросая мимолётные взгляды на обнажённые колени дочери, Виктор не сдержался, протянул руку и погладил обнажённое бедро и коснулся через трусики выпуклости лобка, и Виктору казалось, что голое бедро прохладным приятным атласом отозвалось под его ладонью.

— Какие мы с тобой нетерпеливые, пап! — тихо, томным голосом сказала Июля, ложа свою руку на выпуклость штанов, — О, так он у тебя уже готовый, а я уже хотела его сосать, чтобы поднять! — сказала Июля и сжала через штаны член.

— И мы как раз приехали! — сказал Виктор и как только остановил машину, Июля сама начала целовать папу в губы, ещё теснее прижимаясь к нему и сжимая член. В страсти они целовались и губами, и языками, и даже зубами. Июля нетерпеливо открыла свои губы для языка папы, и сама сосала его язык, тихо постанывая. Это был момент, которого девушка ждала весь день, с самого утра, успев сильно соскучиться по сексу с папой, несмотря на то, что секс был вечером, ночью и рано утром, перед школой. Их рты были полураскрыты и слюна похотливо смешалась, а их тела прижались друг к другу. Виктор гладил волосы дочери, пока они целовались. Его рука и ласкала шею, и он чувствовал, как пульсируют вены на её горле. Его руки гладили её девичьи плечи, а член напрягся, пока они продолжали целоваться. Июля застонала, целуя губы папы, а её киска теперь сладко зудела, покалывала и пульсировала, и с каждой секундой она становилась всё более влажной. В промежности штанов Виктор чувствовал, как от сильной эрекции его член и яйца стали тяжёлыми, а член шевелился, удлиняясь и утолщаясь. И вот наконец они прервали свой долгий, жаркий поцелуй. Губы Июли были влажными и блестящими, глаза сияли, когда она смотрела на папу с обожающим выражением в глазах. Она улыбнулась папе, сбрасывая куртку. Под курткой на ней была прозрачная блузка с длинными рукавами. Виктор мог созерцать лифчик сквозь ткань. Сиськи дочери уже третьего размера были красивыми бугорками девичьей плоти.

— О, папа! — прошептала Июля, начиная расстегивать блузку, — Я мечтала об этом весь день!

— Я тоже, дочка! — признался Виктор, и его глаза пристально смотрели на груди девушки, а Июля в это время расстегнула блузку и вытащила её из-под юбки. На ней был такой же белый лифчик в синий горошек, как и трусики. Июля любила носить бельё только комплектами и даже несмотря на то, что её сиськи были высокими и твёрдыми и не нуждались в поддержке лифчика, а сейчас верхушки её сисек колыхались над чашечками лифчика. Виктор протянул дрожащую руку и коснулся груди дочери. Он нежно массировал её сиськи и мягко ласкал атласную плоть грудей в верхней части чашечек лифчика. Июля вздохнула от удовольствия, и её грудь быстро поднялась и опустилась, когда она быстро дышала.

— Сними его, пап? — тихо и ласково промурлыкала Июля, попросив папу снять лифчик и руки Виктора немного тряслись, когда он целуя сосок, расстёгивал крючки лифчика, и когда он спустил бретельки с плеч, сиськи благодарно высвободились из чашечек лифчика и он

присоединился к куртке и блузке, которые уже лежали на заднем сидении машины.

— Боже, доченька, как же я люблю любоваться твоими грудями! — сказал Виктор и застонал, когда его руки нежно сжали грудь дочери.

Июля улыбнулась с эротическим удовольствием. Её соски были твёрдыми, розовыми с небольшой ареолой и, когда папа ласкал соски напрягались и твердели и Июля конечно же положила руки на затылок папы и притянула его голову к своим сиськам. Она ахнула от радости, когда он начал тыкаться носом в её сиськи, тереться о них лицом, затем целовал их горячо, влажно, прижимаясь губами к каждому соску, а они пульсировали, когда они были прижаты к влажным губам папы. Девушка застонала и расставила свои ноги. Одна ее нога была прижата к дверце машины, а другую ногу Июля перекинула через рычаг переключения скоростей и вот тут увидев трусики и посередине пятнышко влаги, Виктор не выдержал и наклонился к киске дочери и прям через трусики стал нюхать прелесть дочери и если бы сейчас он посмотрел на лицо Июли, то увидел бы, как она покраснела от того, что папа нюхал через трусики её киску и хоть подобное было всегда, даже при маме, Июля всегда краснела. Конечно ей приятно льстило, что папе нравится аромат её киски, и хоть она и писала, но всё — равно капельки мочи оставались и они пахли уже тухлостью мочи вперемежку с влагалищным сладко — кисленьким соком киски, когда она кончала, сжимая в туалете свои ноги стоя, скрестив их.

Наконец, Виктор приподнял голову, глотнуть воздуха. Его лицо раскраснелось, глаза блестели, а член был твёрд. В промежности его штанов образовалась выпуклость, и она требовательно пульсировала и Июля видя это, тихо папе предложила:

— Пап, пошли на заднее сидение, чтобы ты сделал мне очень хорошо и мы друг другу, и с этими словами девушка, не дождавшись ответа от папы, перелезла через переднее сидение, забираясь на заднее сидение, а папа находился прямо за ней, не сводя глаз с её попки. Июля полулежала, полусидела на заднем сидении машины, раздвинув ноги, лаская киску через трусики. Виктор встал на колени на пол машины между ног дочери. Он взялся за подол её юбки и медленно приподнял, обнажая больше бёдра, любуясь как трусики были туго натянуты, и венерин холмик образовывал возвышение в промежности её трусиков. Трусики так облегали, что были отчетливо видны складки её киски. Виктор гладил её бёдра медленными, дразнящими движениями, именно так, как, как он знал, нравилось его дочери. Он медленно продвигался вверх.

— О, папа! — Июля ахнула, когда папа коснулся её киски через трусики, — Как там мокро у меня! — прошептала девушка, внимательно смотря на папу, и вот он просунул пальцы под эластичный пояс трусиков и пальцы от волнения немного дрожали. Виктор потянул трусики вниз, и Июля приподняла с сидения, чтобы папа мог снять с неё трусики. Виктор снял трусики с нежной плоти дочки, обнажив её выпуклый лобок, только с треугольничком чёрных волосиков на самом лобке и нежные розовые половые губы уже гладко побриты. Он застонал и прикусил нижнюю губу, пытаясь подавить свою страсть к обилию пахучего влагалищного сока в трусиках. Виктор, когда стянул трусики дочки до колен и положил свои горячие руки ей на бёдра, наклонился и натянув мокрую ластовицу, стал слизывать с трусиков выделения смотря на щелочку киски дочки. Её киска представляла собой узкую розовую щель с тонкими губами между красивых ног. Её чёрненький треугольный куст густых волосиков был мягким, шелковистым и очень пахучим влагалищным соком, оттого, что Июля по просьбе папы на каждой перемене стоя, сжимая скрещенные свои ножки мастурбировала в туалете. Виктор как то Лидии сказал, что у их дочки, её киска является загадкой до тех пор, пока уже, когда она ноги раздвинет и уже щелочку сама раздвинет или папа, вот тогда киска раскрывает свою тайну аккуратных половых губ, когда она возбуждена они и клитор выглядывают из щелочки, а до этих пор, писечка просто, как у маленькой девочки, просто щелочка и всё. Виктор подумал, что его дочь выглядела бы еще сексуальнее, если бы её киска — вагина была чисто выбрита, так что ее розовые половые губки были бы обнажены. От этого она выглядела бы той маленькой дочкой, когда он её подмывал, но он понимал, что жена Лидия и дочка были у него там с повышенной волосатостью и поэтому редко когда сбривали всё, обычно сбривали волосики только внизу с половых губ, а на самом лобке оставляли треугольничек волосиков или полоску.

Виктор сейчас вспомнил, как он всегда её чувственно баловал, особенно, когда они баловались, он дочке сосал мочку ушка, а она смеялась и кричала, что как ей щекотно. Именно так Виктор и поступал всё время, соблазняя свою дочь, медленно и осторожно, шаг за шагом. Июля всегда была красивым, чувственным ребенком. И с того времени, когда её тело начало меняться и взрослеть, а на плоской груди начали расти маленькие бугорки, а тем более, когда Лидия ему сказала, что их дочка очень часто мастурбирует, Виктор тогда уже знал, что дочка должна быть в постели своих родителей и они долго тогда разговаривали. И шаг за шагом они стали вести дочку по пути семейной инцестуозности, то есть влечения. Он всегда прикасался к ней, гладил её, гладил по волосам, гладил по плечам, обнимал. Он всегда старался поласкать дочку совсем не остерегаясь, когда рядом была Лидия. Свои истинные чувства к дочери они уже не держали друг от друга в секрете и Лидия не ругала Июлю, когда замечала, что она мастурбирует. А Июля, выполняя свою роль, роль любящей дочки, старалась даже намёком, ни на одну живую душу, кто бывал у них в гостях, позволить думать о её почти сексуальных отношениях с папой. Это заставляло Июлю чувствовать себя особенной, как будто она и папа были объединены в своей жгучей тайне, они вдвоём против всего мира. Виктор постепенно соблазнял дочь, и ему и Лидии предстоял долгий путь, до её совершеннолетия, хотя, как однажды сказала Лидия, когда уже у них начался семейный секс втроём, что можно было с их дочерью заниматься сексом, после её первых месячных, а пока, на самом деле, как говорится их дочка технически всё ещё была девственницей, но её родители уже знали, что их Июля свою девственность отдаст своему папе и он позаботится об этом, когда придёт подходящее для этого время. Виктор всегда был осторожен и чуток с ней. Он любил её и не хотел ни насиловать, ни принуждать. Родители Июли медленно втягивали её в инцестуозное наслаждение, умело направляя её, осторожно, но неуклонно ведя за собой. Часто, когда Лидия приходила с ночи домой, она, перед тем, как поспать, всегда ласкала себя и делала это так, чтобы Июля подходила к двери и подсматривала. Тоже самое и когда они занимались с Виктором сексом, Лидия, не говоря ему, приоткрывала двери, зная наверняка, что дочь будет стоять у двери и лаская себя, подсматривать их секс и как потом оказалось, когда же у них начался семейный секс, Июля рассказывала, что всегда подходила к двери подсматривая секс родителей, ласкала себя. Часто, когда Виктор оставался с дочкой одни, он тянул Июлю к себе на колени, чтобы она ему рассказывала свои школьные новости и её тёплая попа прижималась к его паху. Июля всегда охотно отвечала, взволнованная этими проявлениями привязанности. Она всегда была очень близка со своим папой, и эта близость, казалось, росла и углублялась по мере того, как они сексуально исследовали друг друга, ведь Июля всегда хорошо чувствовала, как у папы член становится твёрдым и чувствовала его пульсацию. Теперь Виктор засунул руку ей между ног, слегка касаясь её киски.

— Ммм, папочка! — простонала Июля, когда он перебирал пальцами её мокрые половые губки. Её плоть покрылась влагой, когда его пальцы скользнули по ней, поглаживая их, заставляя её киску пускать сок, — Полижи, папочка! Сделай это со мной своим ртом, папочка! — шёпотом попросила Июля и Виктор обвил руками бедра дочки и опустил голову между её ног. Его тёплое дыхание шуршало в шелковистых волосках киски на лобке, заставляя Июлю стонать и взволнованно извиваться на сидении автомобиля. Её ягодицы дрожали, когда папа запечатлел долгий, затяжной поцелуй на её розовой киске. Виктор раздвинул губы, вытянул язык и провёл кончиком по мокрым половым губам. Через несколько секунд её влагалище было покрыто блестящей папиной слюной вперемежку с соком влагалища.

— Хорошо? — спросил Виктор, зная и видя, что дочке хорошо, но он всегда спрашивал.

— Папочка, да, очень хорошо! — выдохнула со стоном Июля, когда папа прижал кончик языка между половыми губами. Её соки выплеснулись на его язык.

— Ммм! — простонал Виктор, пробуя терпкий, кисло — сладкий сок. Ему всегда нравился сок киски дочки слизывать и с трусиков и сейчас, слизывать свежий, кисло — сладкий вкус, и Виктор знал, что никогда не сможет насытиться вкусным влагалищным соком дочери. Пока Виктор опускал язык в киску своей дочери и обратно, его руки перемещались по её плоскому животику её красивым сиськам. Он ласкал их, сжимая и разминая девичьи холмики. Он ущипнул ее соски и застонал, когда почувствовал, как они пульсируют под давлением его пальцев. Он провёл языком по клитору.

— Даа, папа! — стонала дочка. Её руки были на его плечах, сжимая, притягивая его к себе. Она сильно прижала его голову к своей промежности и прижала свою влажную киску к его рту. Её обилие сока радовали саму Июлю, что папа же так любит сок её киски и его у неё так много, а в это время язык папы хлестал клитор, с каждым ударом все сильнее и сильнее, — Ооо, папа, папа мой! — стонала Июля, приподнимая свою попку с сидения и её киска встретилась со ртом папы и его ласковым языком. Папа всегда сводил её с ума своими губами и языком и Июля снова и снова подмахивала свою мокрую киску к папиному рту. Член Виктора уже был таким твёрдым, что казалось, вот — вот лопнет. Другой бы уже давно трахал бы, но Виктор намеренно сдерживал себя, потому что для его толстого члена дочку надо было подольше поласкать и обычно, она сильно уже возбуждаясь сама просила его или, если были в кровати, Июля сама сверху садилась на папин член. Июля никогда не издавала пронзительные визжащие крики, когда её оргазм приближался, сейчас её пальцы впились в широкие плечи папы, крепко прижимая его к своей киске, и приоткрыв рот, стонала, наслаждаясь, как язык папы «работал» с её писей, скользя и облизывая клитор дочки, пока она не кончила. Июля откинула голову назад и открыла рот, не переставая стонать. Она напряглась, каждый мускул в её теле напрягся от удовольствия, когда она кончила. Она сильно тряслась и Виктор знал, что его дочь приплывёт, его рот был зажат на её киске, и он мог чувствовать оргазмическую дрожь её киски на своих губах и языке. Июля начала тихо выть от силы её сладкого оргазмического удовольствия, пронзившего её юное лоно, когда она кончила.

Наконец, девушка в последний раз вздрогнула и обмякла. Виктор оторвал лицо от промежности дочери. Его слюна капала на её киску и губы. Ее нежные розовые половые губки дрожали. Июля тихо постанывала, когда папа просто целовал и нежно лизал набухшие, залитые соком оргазма, половые губки и мокрые внутренние поверхности бёдер, слизывая и с них сок оргазма. Виктор засунул один палец в рот и смочил его слюной. Он приложил мокрый палец к половым губам дочки, и перебирая их, залюбовался мокрой киской дочери.

— Ох, папа, как хорошо! — вздохнула Июля, а папа осторожно всунул палец в киску, а она была горячей и влажной, и влагалище пульсировало под его вторгающимся пальцем. Не успел он засунуть палец ещё глубже, как дочка прошептала:

— О, папа, я хочу ебаться! — воскликнула Июля, возбуждённая и конечно, как всегда взволнованная, встревоженная, покрасневшая, потому что всегда помнила, что всё — таки родной папа входит в неё, но она умела и в это время расслабляться для вхождения толстого члена папы. Виктор ободряюще улыбнулся дочке, а она просунула руки между ног папочки и погладила его массивный член через штаны.

— Я так скучала по нём, папа! — воскликнула Июля с нетерпением и с немного дрожащими пальцами взялась за резинку спортивных штанов и вместе с трусами приспустила до колен, когда папа приподнял свою задницу. Член, твёрдый, тяжело приподнялся вверх, и покачиваясь, как бы призывно звал Июлин рот к себе и когда папа сев поудобнее, встала на четвереньки на сиденье. Её задница дрожала, когда она наклонялась к папе, её сиськи с напряженными сосками свисали вниз. Июля ещё ниже склонила голову к члену, её волосы касались члена, заставляя его пульсировать. Июля взволнованно улыбнулась, облизывая губы, эротически смачивая их. Виктор нежно сжал грудь дочери, когда она опустила голову ему на колени и взяв член за основание, Июля взяла головку в свой горячий, влажный рот, а Виктор толкнул бёдрами вверх, всовывая член в рот дочери.

— Ммм! — простонала Июля, вобрав головку члена в рот и ощущая толщину вкусного члена папы. Она стала сосать член своего папочки так умело и страстно, как только могла.

— Ооо, дочка, как хорошо! — простонал Виктор и было так приятно видеть, как его девочка сосёт член, аппетитно, страстно. Его заполненные спермой яйца болели от его тяжелой порции спермы. Ему не терпелось выстрелить своей сливочной спермой в рот дочери. Пока Июля продолжала сосать член своего папочки, её пальцы массировали яйца. Рука Виктора всё ещё сжимала основание члена, направляя его в её рот, а им Июля умело двигала вверх и вниз по толстому члену, в то время как папа продолжал глубоко засовывать его между её сжимающими губами. Хоть член у Виктора и толстый, но он и во многом Июлю учила Лидия, они научили девушку глубоко заглатывать его, и теперь, когда он пихал ей в рот всё больше и больше своего члена, она позволяла большей части его скользить ей в горло. Она напрягла мышцы горла по бокам его пульсирующего члена, удерживая его глубоко внутри своего горла. Затем она расслабила мышцы, позволив ему снова выскользнуть, всасывая его член с каждым разом все сильнее и глубже.

— Ты отлично сосёшь, дочка, просто великолепно! Ты действительно научилась классно сосать хуй! Соси, соси хуй своего папочки! — стонал Виктор. Непристойные слова папочки взволновали девушку, и она застонала от страсти, когда она плотнее сомкнула губы вокруг члена. Июля чувствовала, как член дрожит и дёргается внутри её влажного рта и вниз по горлу. И она жаждала почувствовать, как горячая сперма струится в её горло. Бёдра Виктора поднимались все выше и выше, а сосущий рот его дочери ускорял темп. Июля всегда была без ума от такого толстого и твёрдого члена своего папочки. Она хотела этого всегда, даже когда они с мамой сосали член у папы, Июля старалась больше сосать его, а мама уже лизала яйца, целовала сбоку ствол члена. А сейчас Июля начала сосать член всё сильнее и сильнее, почувствовав, как папа напряг свои ноги и она, ожидая хлынувшую сливочную сперму папочки, уже хорошо знала, что папина награда.

— Ой, какой кайф, дочка! — застонал Виктор, награждая сосущий рот дочери. Густые, горячие порции сливочной спермы вырвались из его члена и брызгали в рот дочери, и она чувствовала глотая сперму как она скользит по её горлу, восхитительно наполняя весь пищевод. Острые ощущения от спермы ее папочки, перекачивающей ее живот, довели девственницу до крайности, и она кончила, как обычно делала, когда отсасывала папе. Волны влажного и пахучего эротического наслаждения захлестнули её, заставляя её киску дрожать от волнения и высвобождая свежий поток сока киски.

Виктор увидел, что дочь всю трясёт, что приближается его дочь, к сладостной кульминации и опустил голову, снова прижавшись лицом к её киске. Он почувствовал, как её влагалище истекает соком у его рта, и слизывал весь сок вагины. Он жадно лизал её сокращающийся клитор, чувствуя, как он вибрирует на его языке. Когда они оба кончили, Июля всё ещё сосала член, пытаясь выдавить всю его сливочную сперму. Она обожала вкус его спермы и хотела проглотить каждую каплю. Наконец, его член начал смягчаться, и Июля неохотно оторвалась от него. Виктор обнял дочь и прижал к себе.

— У нас сейчас получилось чисто оральное развлечение, да? — сказал Виктор.

— Да, пап! — согласилась Июля, целуя папу.

— Одеваемся?

— Ага! — ответила Июля, беря трусики, которые висели на подголовнике сидения, посмотрела на них и весело сказала, — Пап, их и стирать не надо, ты всё начисто слизал! — и девушка стала их одевать.

— Это потому что ты у меня очень вкусная! — уже одевшись сказал Виктор, садясь на своё водительское место.

Глава 2.

Июля стояла в своей комнате, рядом со стулом у кровати и раздевалась. Она причмокнула губами, чувствуя, что всё ещё может ощущать вкус спермы на своём языке и даже папиного члена, несмотря на то, что это произошло несколько минут назад, после страстного орального секса с папой в машине. Она стянула юбку, положила её на стул, а снимая трусики видела на ластовице выделения, а они были частично от её соков, а частично от папиной слюны. Она сняла их и положила на стул вместе с юбкой. Затем она сняла блузку и лифчик и стояла голой у своей кровати. Она коснулась своей киски одной рукой и тихо ахнула, а другой рукой стала гладить сиськи. Её половые губы всё ещё были чувствительными после оргазмов, и они горячо покалывали от её прикосновений. Она раздвинула ноги, раздвинула бёдра и открыла киску для своих прикосновений. Её пальцы гладили полосочку чёрных густых волосиков на лобке её киски. Июля часто ловила себя на мысли о воспоминаниях того дня, когда она потеряла девственность, что её тугая киска тогда впустила с болью толстый член папы, всегда эти воспоминая наполняли её горячим возбуждением. До того дня, Июля лаская себя, или подсматривая секс мамы и папы, всегда хотела подарить свою девственную «вишенку» своему дорогому папочке. Она хотела, чтобы мама была рядом и при ней, папа владел бы каждой частью её тела, и когда мама ей сказала, что поговорив с папой он согласен и тоже хочет свою дочь, Июля была безмерно счастлива, несмотря на то, что было и страшно и стыдно.

Июля услышала, как папа с кем то разговаривает, и по голосу узнала соседа, дядю Лёшу. Июля улыбнулась. Ей нравилось делиться своими секретами с папой, когда они были одни, а когда она была с мамой, ей она тоже доверяла свои секреты, зная, что эти секреты, дойдут обязательно и до папы, и до мамы. Тогда, в первый раз, Июля рассказала и папе о своих страхах, о предстоящей боли, и конечно же о стыде, а Виктор обнимал её, гладил, говоря ей, что да, будет больно, всего на минуту, но потом все пройдет, и ей будет очень, очень хорошо., то мама у неё рассмотрела плевочку и она у Июли эластичная, и раз уж Июля мастурбируя, иногда палец всовывала, то значит больно будет ей не очень. Он добавил, что когда она полностью отдастся ему, она станет настоящей женщиной, его женщиной. Июля была в восторге от этой идеи. Она не могла придумать ничего более захватывающего, чем быть папиной женщиной. Кроме того, Июле в 18 лет надоело быть девственницей. Когда в бане у неё с мамой произошло, и мама начала учить её всем радостям секса, Июля очень хотела секса с родителями и постоянно об этом говорила маме, когда они свой секс скрывали от папы и тогда же она узнала, что и мама очень хотела их семейного секса. Мама хорошо подготовила Июлю к их первому семейному сексу с потерей её девственности и когда она от мамы узнала, что и папа этого хочет, то все ждали удобного случая, то есть, чтобы все были дома, а не на своих дежурствах. Июля была готова быть трахнутой папой, и она знала, что папа знал это и очень от этого и мама и дочь возбуждались, когда начинали говорить об этом и ласкать друг друга в их любимой позе 69, или как говорила мама: «а, давай вальтом» и также любили «ножницы» то есть тереться своими клиторами. Июля голой прилегла и незаметно для себя сладко задремала. Её дремота всегда была чуткой и она совсем не удивилась, когда примерно через час дверь в ее комнату открылась.

— Июля, дочка, ты проснулась, дорогая? — голос Виктора прошептал в тишине комнаты.

— Да, папа, я задремала! А я знала, что ты придешь ко мне! — сказала взволнованно Июля, смотря на папу, как он к ней идёт.

— А мама звонила и сказала, что остаётся на сутки! — сказал Виктор, садясь на кровать дочери, — Мама сказала, чтобы ты поебалась со мной и за неё! — весело сказал Виктор и Июля засмеялась. Она никогда не ревновала к своей маме, ни раньше, до их секса, ни тогда, когда уже у них стал секс втроём, потому что папа сразу им, и жене, и дочери ясно дал понять, что, как бы он к ним обоим не относился, он никогда их делить, кто лучше, а кто нет, не будет, и чтобы они в себе чувство ревности утратили совсем и приобрели чувство возбуждения и Июля действительно сильно возбуждалась, когда на её глазах папа лизал у мамы или трахал её и тоже самое было и у мамы. Пока Июля думала об этом, папа уже наклонился и гладил её волосы, шепча ей слова любви.

— О, папка мой, я так тебя люблю! — воскликнула Июля, обвивая его шею руками и двигаясь ближе к папе, чтобы поцеловать его и начала целовать папу полностью в губы. Виктор ответил на её поцелуй, похотливо прижавшись ртом к её губам. Его язык ворвался в рот, исследуя и пробуя на вкус. Он держал ее голову в своих руках. Июля была как всегда взволнована очевидной своей сексуальной потребностью и потребностью папочки в ней.

Когда Виктор начал лизать киску своей дочери, её глаза смотря на папу, заблестели, а розовые соски стали твёрдыми. Виктор засунул язык между половых губ, и несмотря на то, что папа вылизал киску совсем недавно на заднем сиденье машины, Июля в тот момент почувствовала себя такой возбуждённой, как будто она не кончала несколько недель. Виктор сильно лизнул клитор своей дочери. Затем он обхватил губами твёрдый клитор и начал его нежно сосать.

— О, папочка, как хорошо! — воскликнула Июля, дрожа от охватившего удовольствия. Виктор поднял лицо между ног дочери, её соки блестели у него на губах и когда папа всунул язык в рот дочери, Июля застонала, и поняла, что пробует свой кисло — сладкий сок киски. Пока папа и дочь целовали друг друга языками, Июля ласкала папин член сквозь штаны. Она могла чувствовать сексуальный жар его члена через материал штанов. Девушка сейчас была в эротическом оцепенении, в тумане сильного удовольствия. Ее киска сейчас начала сжиматься, Июля задрожала и стала извивалась на кровати, комкая руками простынь от охватившего внезапно оргазма, её половые губы тёрлись друг о друга, вызывая покалывание, когда она кончая «завальсировала» своими ногами.

Виктор встал и улыбнулся дочери, снимая одежду. Теперь он был совершенно голым, как и дочь, и его твёрдый член пульсировал.

— Ооо, пап, как я быстро кончила, да? — сказала Июля, не сводя взгляда с папиного члена и она видела, как член призывно дергается, пульсирует, зовёт Июлин ротик к себе и Июля потянулась, чтобы коснуться члена своего папочки. Теперь она стояла на коленях на кровати. Ее длинные тонкие пальцы обвились вокруг его пульсирующего члена и Июля провела пальцами по яйцам, которые были большими и набухшими в мешочке. Девушке казалось, что папин член стал ещё толще и Июля взяла его обеими руками. Она посмотрела вниз на голубые вены, идущие вдоль ствола, и почувствовала, как они пульсируют на ее руках.

— О, доченька! — простонал Виктор, покачиваясь на ногах, когда он стоял у кровати, руки его дочери сжимали член. Единственная капля предъэякулята сочилась из кончика его члена. Июля приблизила свое лицо к большому члену. Она прижалась своими мягкими губами к его широкой головке члена и влажно поцеловала его. Июля почувствовала какую-то силу, которая её по-настоящему заводила. Это была сила, которая пришла с ней, всего лишь недавно, способной свести с ума взрослого мужчину от удовольствия. Дочь, смотря на папу, раздвинула губы и высунула язык. Она лизнула выпуклую головку члена, как будто это была леденец. Виктор схватил член за основание и теперь подносил ко рту дочки, глядя вниз на его головку, которая становилась все более и более влажной от слюны Июли.

И вот она снова посмотрела на папу и на этот раз, открыла рот, полностью принимая большую головку член в рот. Он был горячим, твёрдым, когда она прихлебывала и сосала его пульсирующую головку. Июля прижала губы к зубам, пока сосала его, как учил папа и как подсказывала мама. Июля сосала его пылающую головку и вдавливая щеки внутрь, чтобы усилить эротическое всасывание его толстого члена. Она жадно сосала его, её голова моталась взад-вперед, наслаждаясь ощущением того, что её рот полностью набит пульсирующим членом папочки.

— Ой, дочка, смотри не усердствуй! Ты же знаешь, что уже пора? — спросил Виктор, вытаскивая свой член изо рта дочери.

— О, папа, да, да! Ебаться, мы сейчас будем ебаться! — и Июля ахнула, чувствуя, как её киска приятным зудом прям горит между ног. Обвив руками шею папы и крепко обняв его, Июля поцеловала папу, девушка ещё в машине с нетерпением ждала, когда же её папочка засунет свой толстый пульсирующий член в её киску. Она очень хотела, чтобы папа трахнул её в машине, как уже и было много раз, но на этот раз у них был оральный секс. А сейчас всё её 18 — летнее тело кричало от сексуального желания. Все её мышцы были напряжены, когда она вытянула бедра вверх, пытаясь самой подразнить головкой члена свой клитор.

— О, дочка! — и Виктор застонал, ему стало приятно, что дочка сейчас сама раздвинула свои ноги ещё шире, давая папочке полный доступ к ее молодой, и можно сказать «голодной» писечке. От мамы Июля знала, что папе тоже нравится, когда мама сама себе направляла член папы, и вот, когда уже она не могла больше ждать ни секунды, она просунула руку между их телами и взялась за член, её крепкий кулачок провёл вверх и вниз по члену. Она могла чувствовать его пульсирующий пульс на своих мягких ладонях и теплую, липкую предъэякулятную жидкость, которая сочилась из набухшего кровью члена. Наконец, со стоном сильного желания, девушка направила член своего папочки в свою щель, осторожно поместив его между набухшими половыми губами. Она крепко держала член папы, а другую руку положила на ягодицу. Закрыла глаза в экстазе, когда почувствовала первый контакт головки члена с мокрыми, чувствительными розовыми складками входа во влагалище.

— Всё, папочка мой, всунь хуй в пизду, всунь! — прям взмолилась Июля и Виктор наконец, изогнув свою попу, сделал толкательное движение попой и мягко, медленно вошёл в киску дочери, — Ай, ммм, папочка! Да! — со стоном вскричала Июля, и почувствовала горячее, пульсирующее наслаждение, заставившее её стонать и метаться от возбуждения, сладостного удовольствия. Июля нетерпеливо стала подмахивать движениям папы и даже тёрлась о него своей киской, чувствуя, как его наполненные спермой яйца бьются о её попу. В конце концов, девушка наконец то почувствовала член своего папочки внутри своей киски — вагины, и она не могла быть более взволнована. Она знала уже, что секс девушки вообще и секс дочери в частности, был самым важным опытом в её жизни, и её невероятно возбуждала мысль, что это её собственный папочка дает ей наслаждение и вот это наслаждение инцестуальным сексом было сейчас реально в разы ярче, в разы слаще. И что через несколько мгновений она почувствует, как сперма папы будет брызгать в её киску. У неё во рту была сперма папочки, она была на её сиськах и на бёдрах, на спине и ягодицах, но никогда прежде она не чувствовала, как горячая сперма прожигает её киску, и она с нетерпением ждала этого пьянящего ощущения.

— Ааа, папочка, твой хуй чувствует себя хорошо в моей пизде? Да, папочка! — и Июля взвизгнула, согнув колени и ещё больше раздвинув бёдра.

— Да, дочка! Ему у тебя хорошо! — на шутку дочери ответил шуткой Виктор, а Июля продолжала тереться своей киской о член. Она крепко обвила руками тело папы, пока он умело трахал её. Её дыхание было прерывистым и неглубоким, а ноготками Июля царапала мускулистую спину, зная от мамы, что это тоже папе приятно. Её бёдра бессовестно широко раскрылись, затем она жадно сомкнула их вокруг его качающихся бёдер, пока он продолжал погружать свой член на всю длину во влажную и пахучую, хлюпающую киску дочери.

— Ааа, папа! Толщина хуя так классно полностью наполняет всё там! Выеби меня, папочка, продолжай ебать меня, пока мы оба не кончим! — выдохнул со стоном Июля.

— Я, выебу тебя дочка! Выебу! — Виктор застонал, вонзая в дочку свой член, мягкими, бьющими ударами, — Господи, дочка, какая пизда у тебя ещё тугая! Ммм! — застонал Виктор. Июля гордилась тем, что папочке так нравилось трахать её ещё пока что тесную киску. Она слышала, от девчонок, «как это возбуждающе для парня лизать и трахать узкую пизду». И была рада, что смогла предложить такое редкое угощение любимому папочке. Она протянула руку и схватила папу за мускулистые плечи обеими руками. Её пальцы скользнули по его обнаженному телу, чтобы схватить твердые шары его качающихся ягодиц, когда он вошел в её киску с неустанным ритмом. Она сжимала мышцы влагалища вокруг его расширяющегося члена каждый раз, когда папа вставлял его в неё. Затем, через несколько секунд, затаив дыхание, она разжала свои влагалищные мышцы, позволив его члену снова выскользнуть.

— Ух, как ты можешь классно! — Виктор гордился сейчас дочкой, а она сейчас трахалась, как мама, только со своим молодым азартом и экстазом и сжимала его член своими мышцами киски, точно так, как её учила мама и получалось так, что дочка, как будто делала это всю свою жизнь.

— Это ж мамина школа, пап! — ответила девушка, понимая, что имел в виду папа, да и Июля вспомнила, что мама ей говорила, что просто ещё влагалище сжимается по своим естественным инстинктам, а если ещё и самой научиться сжимать член, то тогда твой мужчина будет без ума. Виктор сейчас улыбнулся, поняв, что, как он и подозревал, что жена научит их дочь хорошему сексу и его дочь уже стала прирождённым партнёром по сексу. Вагина девушки аж, хлестала ровным потоком горячего густого влагалищного сока, смачивая член папы, смачивая его волоски на члене. Вспомнив сейчас сексуальные напутствия мамы, а именно, что папу заводят матерные слова во время самого секса, Июля начала их страстно шептать папе, скрещивая ступни у папы на пояснице.

— Выеби меня, папочка! О, Боже, я так сильно люблю ебаться с тобой, папочка! Еби меня! Продолжай, папочка, ебать, продолжай! — шептала Июля папе матерные слова и сама всё больше и больше заводилась и желание трахаться нахлынуло ещё с большей энергией.

И пока папа продолжал вонзать свой член в киску своей дочери, Июля потянулась назад, чтобы снова схватить его за ягодицы, смочив средний палец своей слюной, она просунула палец в попу папы, зная от мамы, что папа это очень любит.

— Ааа, дочка! — простонал Виктор, удивившись тому, что палец дочки вторгся в его анус, и шуткой ей сказал, — И это мамина школа?

— Да, папочка! Ммм, да! Еби, пап, еби меня! — Июля тяжело дышала, чувствуя, как головка члена достаёт до шейки матки, доставляя ей наслаждение. Июля корчилась под папиным телом, трепеща от его приятной тяжести, особенно, когда папа снова и снова вгонял в неё свой член. Если папа держал над ней своё тело на руках, то Июля старалась выгнуть спину и закинуть свои ноги на спину папы и, когда Июля протягивала к папе свои руки, Виктор понимал дочь и наклонялся к ней, а дочь притягивала папино лицо к своему, страстно прижавшись губами к его губам, давала папе свой язык, чтобы он его пососал или их языки сплетались друг с другом, и их слюна страсти смешивалась.

— О, папочка, ты так хорошо меня трахаешь! Мне это нравится, папочка! Это даже лучше, чем я думала! Твой член великолепен, папочка! — Июля шепча, приговаривала и стонала. Она корчилась и вся дрожала, пока ее папа трахал, всовывая и высовывая до головки свой толстый, пульсирующий член в тугую ещё прелесть — киску дочери. Июля ещё несколько раз погружала палец в анус папы и массировала простату, и делая папу ещё страстным до её тела.

Виктор потёрся своей волосатой грудью о шелковистые сиськи. Он продолжал качать член между распухшими губами её киски. Её сильные мышцы влагалища тут же схватили его член, удерживая его напротив её дрожащих стенок влагалища в течение нескольких секунд. Затем она ослабила мышечную хватку, и Виктор вытащил свой член из прелести — киски дочери. Он протолкнул его почти полностью между её пухлыми половыми губами, пока не осталась только его широкая, пульсирующая головка. Затем он снова вставил весь свой член обратно. Снова и снова он повторял свои возбуждающие движения.

— Тебе хорошо! — спросил Виктор, он всегда спрашивал и жену и дочь, видя, что им хорошо. Его заводило, когда ему отвечали, что да, хорошо, вот и сейчас дочь страстно ответила:

— Ооо, Боже, папочка, это очень хорошо! Моя пися как будто горит, но горит так приятно, сладко, вкусно!

— Но сначала, когда всунул, тебе было больно, это было по тебе видно! — с беспокойством спросил Виктор.

— Немножко, да, ну, потому что у тебя он толстый! А сейчас очень прекрасно! — охотно ответила Июля, и она, и папа улыбнулись друг другу.

— Значит, тебе надо лизать подольше, чтобы она у тебя внутри была сильно мокрая! — сказал Виктор.

— Всё хорошо, папочка мой! Всё хорошо! Продолжай трахать меня, пока я не кончу, папочка! Заставь меня кончить! — требовательно воскликнула Июля.

— О, дочка, твоя киска сжимает так классно член! — застонал Виктор.

— Папочка! — застонала Июля и крепче прижала папу к себе ногами.

— Кончим вместе? Куда хочешь? — спросил Виктор, тяжело дыша.

— Ооо, в меня, пап, в меня! Я свечи употребила, пап! — сказала Июля, лихорадочно корчась на кровати под телом папы, а Виктор опустил голову и всосал розовый сосок, — О, да, папочка, соси мои сиськи! — шептала Июля. Виктор обхватил губами сначала один сосок, а затем другой, сильно посасывая. Он облизал соски дочери, и когда он закончил, они оба ярко сияли от его слюны. Затем он погрузил зубы в набухшие соски и нежно стал их покусывать.

— Ооо, папочка, я люблю тебя! — простонала Июля и она с папой встретились глазами и улыбнулись друг другу. Грудь Виктора наполнилась гордостью за то, что такая красивая, сексуальная молодая девушка лежит под ним, умоляя его трахнуть её снова и снова. И тот факт, что она была его собственной дочкой, только усиливал неистовое влечение, безумное желание, пульсирующее в его члене. Он и Лидия пусть долго и медленно подготавливали дочь к этому моменту, и их дочь правильно и с пониманием с самого начала реагировала и с ещё большим рвением влекло к сексу с родителями, и он так гордился своей дочерью. И вот дыхание Июли стало прерывистым, она его часто стала задерживать, как бы прислушиваясь к приходу оргазма, тело стало извиваться, а папа весь напрягся и стало обоим понятно, что они всё ближе и ближе приближаются к оргазму.

— Ооо, даа! — Июля ахнула, когда её прелесть — киска схватила толстый, пульсирующий член папы.

— Отлично, дочка! — крикнул Виктор, — Посжимай мой член сильно, дочка! Чувствую себя так классно! Ооо, да, дочка! — стонал Виктор и продолжал всовывать весь член и высовывать, из хлюпающей киски дочери, только до головки и опять в ускоряющем темпе всовывать свой толстый член, он, покачивая свой член в глубине мокрого и горячего влагалища дочери, наклонял голову и смотрел, как член, между раздутыми половыми губками, был плотно ими обхвачен и весь ствол члена был в белом влагалищном соке, казалось, что член пропитан соком и так мягко скользит туда и обратно в дрожащем влагалище дочки. Виктор чувствовал, что скоро кончит, и ему не терпелось испытать острые ощущения от выплескивания всей порции спермы в киску своей красавицы дочери и в то же время хотелось ещё и ещё наслаждаться такой красивой девушкой, его родной дочерью.

— Ооо, папа, я кончаю! Я кончаю, Боже так хорошо! Так хорошо! — стонала Июля и хотела что то ещё сказать, но горло сжалось и она прям захлебнулось от восторга блаженства. Она сжимала мускулы киски и ягодицы сильнее и сильнее, продолжая кончать, — Да! Да! Дай мне свою сперму, папочка мой! — Июля вскричала голосом полным истомы, когда почувствовала, как первая порция спермы папочки попала в её судорожно сокращающуюся прелесть — киску, — О, пап, я чувствую её, пап! Он стреляет там! Он такая приятно горячая! Пап, это твои сливочки! Такие они густые! — взволнованно шептала Июля, а Виктор выпускал всё больше и больше спермы в киску своей дочери и прелесть — киска дочки сжимала член и «выдаивала» из него всю сперму. Он продолжал засовывать свой скользкий от спермы член в дочкину прелесть — киску и обратно, пока его яйца полностью не опустели. А волны оргазмического экстаза ещё раз нахлынули на Июлю, заставив её ещё содрогнуться. Она закрыла глаза и увидела яркие искры, когда столь великолепный её девичий оргазм обрушился на неё сладостными волнами.

— Ооо, пап, я всё ещё плыву! — простонала Июля прислушиваясь к последним конвульсиям своего тела.

— Плыви дочка, плыви! — улыбаясь сказал Виктор, зная, что дочь, как и его Лидия кончают волнообразно по несколько раз. Он чувствовал сейчас сокращающиеся стенки прелести — киски, сильно сжимающие его член, когда дочка кончила.

— Ооо, это так приятно! Я никогда не чувствовала ничего подобного, папочка! — воскликнула Июля, мотая головой из стороны в сторону на подушке. Когда она закончила кончать, Виктор вытащил свой член из дёргающейся прелести — киски. Июля прижалась к нему, прижавшись грудью к его груди, — О, папочка, ты трахнул свою родную дочь, как это справедливо, пап! подарил мне мой самый первый трах, и это было фантастически! Спасибо тебе, папочка, спасибо, спасибо за то, что заставил меня чувствовать себя так хорошо! — стонала и приговаривала Июля, осыпая влажными поцелуями, всё лицо папы.

— Ты ж папина дочурка? — хрипло спросил Виктор.

— О, да, папа, и я всегда буду твоей! — сказала Июля и эти слова дочери и радовали Виктора и где то немного озадачивали, типа, а что если действительно дочь никого не будет к себе подпускать. Ведь дочка была красавицей и она была в школе очень популярна, где то лидер, где то заводила, и у неё было много запросов на свидания, и Июля рассказывала и охотно этим делилась с родителями.

Глава 3.

Много было ребят хороших, но большинству из них она отказывала, лишь изредка соглашаясь встречаться с мальчиком ради того, чтобы её провожая пососать её губы, Июля очень любила целоваться и при этих страстных поцелуях позволяла очередному мальчику, ласкать её красивые сиськи. Как мама ей сказала однажды, что пусть, позволяй их ласкать, но не грубо, нежно, и это полезный массаж для сисек. И поскольку Виктор сказал своей дочери, что встречаться с ней это нормально, и хотя это вызывало у него некоторую ревность, он любил её достаточно, чтобы желать, чтобы у неё была полноценная и нормальная девичья жизнь в пробуждении и развитии её подростковой девичьей чувственности.

— Пап, но ни один из этих ребят не интересует меня! — сколько уже раз подобное Июля говорила папе или маме, или обоим сразу.

— Ты никогда не узнаешь наверняка, кто тебя интересует, если ни с кем не встречаешься, — мягко говорил Виктор, а сам поглаживал грудь дочери.

— Все ребята, пап, которые хотят со мной встречаться, которые провожают меня, какие то не зрелые, что ли! Я к ним хорошо отношусь, они не обижаются и не дерутся из — за меня, но мне они не нужны! Я, хочу, чтобы они были похожи на тебя! — воскликнула девушка.

— Дочка, но тут другое! У нас на Алтае, особенно в Горном Алтае, очень часто практикуется в семьях инцест и вот если ты не будешь встречаться, дружить с мальчишками, то это может вызвать подозрение! — сказал Виктор и добавил, — Мы же с мамой не предлагаем тебе ебаться со всеми!

— Хорошо, папа, я поняла! — сказала Июля, выслушав папу, — Я буду встречаться и уже знаю с кем, он мне больше всех нравится и он бегает за мной! — согласилась Июля и двинула голову вперёд, прижимаясь носом к твёрдому члену папочки всем своим лицом и нежно целуя ствол члена.

— Ты моя умничка! — сказал Виктор и гладя пряди чёрных волнистых волос, притянул голову дочери ближе к себе и Июля тут же провела языком по губам, увлажняя их. Она надула губы. Член ее отца пульсировал, когда он схватил его ниже края его красной, опухшей головки, направляя его к ее рту. С тихим стоном Июля прижалась чувственными губами к головке члена своего папочки и влажно, похотливо поцеловала его. Она издавала громкие звуки поцелуев, влажные и сосущие звуки, когда целовала его. Ягодицы Виктор крепко сжал и толкнул свои бёдра вперед, прижимая головку члена к губам дочери.

— Сейчас широко открой свой ротик! — попросил Виктор.

— Пап, так такую твою залупу в рот и не возьмёшь, пока широко рот не откроешь! — весело сказала и приоткрыла губы, а Виктор в это время всунул в рот дочери головку члена, как будто сейчас дочь приоткрывая ротик, имитировала свою киску.

— Боже, мой, дочка! — простонал Виктор и он задохнулся, когда почувствовал, как мягкие губы дочери сомкнулись вокруг его ствола.

Июля прижала влажные губы к зубам, её губы прижались к члену папы чуть ниже края его члена, который теперь бешено пульсировал у неё во рту. Возбужденная девушка провела языком по твёрдому члену, она провела кончиком языка по щелочке залупы, слизывая маленькую жемчужную каплю предъэякулята, которая сочилась из неё. Июля сжала губы и сильно сосала головку члена. Слюна вытекала из уголков её рта, проливалась на подбородок и опускалась на сиськи, — Как хорошо! — воскликнул Виктор, лаская голову и волосы, пока дочь сосала головку его члена. Он толкнул свой член глубже в рот, потирая головку члена о нёбо влажного рта. Он был гладким и скользким на его члене, и он раскачивался взад-вперед, изо всех сил пытаясь контролировать свою бушующую похоть.

— Ммм! — простонала Июля, прижимаясь языком к нижней части члена отца. Она чувственно провела языком по разгоряченной плоти.

— О, дочка, как ты сосёшь! — сказал Виктор со стоном наслаждения.

Восхитительные, сладостно — покалывающие ощущения проходили по всей длине члена Виктора, распространяясь по его возбуждённому телу. Он засунул свой член еще глубже в рот Июли. Её поджатые губы массировали его дрожащий член, когда он скользил по ней, достигая её горла. Киска — вагина девушки уже промокла насквозь и пульсировала. Она знала, что скоро кончит, потому что всегда кончала, когда отсасывала у папочки. Её щёки впали внутрь, когда она сосала его сильнее. Его широкая головка наткнулась на мягкие ткани в задней части её горла, и член дёргался на её языке. Июля тяжело сглотнула, втягивая почти половину члена себе в горло. Долгими мгновениями она глубоко глотала своего папочку, заставляя его стонать всё громче и громче с каждым сжатием мышц её горла.

Виктор отодвинул бёдра назад, втягивая член, пока между губами его дочери не осталась только его головка. Член был красным и пульсировал, а от слюны Июли он блестел и она обвила языком его гладкую головку, жадно посасывая его. После нескольких минут наслаждения языком девушки, Виктор снова двинулся вперёд, снова вонзая свой член в горло дочери. Он продолжал этот регулярный ритм, толкаясь вперёд и назад, всегда увеличивая скорость своих толчков, так что его большой член входил и выходил из её рта всё быстрее и глубже с каждым погружением.

Хотя красная часть члена время от времени выскальзывала из губ Июли, её папа всегда держал головку члена твёрдо в её влажном рту и трахал рот дочери, как если бы это была её киска — вагина, потому что он так об этом сейчас думал и так думала сейчас и Июля, что её рот был ещё одной сжимающей член дырочкой, чтобы доставить удовольствие папочке, точно так же, как её киска и её анус. Пока она сосала член своего папочки, он двигал им вперёд и назад, каждое скользящее движение по её губам и языку казалось увеличивало толщину его эрекции. Виктор задыхался, его грудь быстро вздымалась и опускалась. Он сильно, глубоко вошёл в рот своей дочери и стал быстрее двигаться, что ее сиськи возбуждающе затряслись от убыстряющего темпа. Волосы Июли хлестали его напряженные бедра, а голова моталась взад-вперёд.

— Всё, всё дочка, сейчас! Проглотишь? — спросил Виктор, хорошо зная, что его дочь не отстранится, когда он кончит. Она никогда этого не делала. Ей всегда нравилось глотать каждую каплю его густой спермы, и в этот раз ничего не изменилось, но Виктора всегда заводили слова и всегда прибавляли возбуждения. Он положил руки ей на голову и крепко удерживал её на месте, глубоко входя ей в рот. Он держал свой член в желобке языка, больше не толкаясь. Большой член непристойно дёрнулся на языке дочери за мгновение до того, как Виктор кончил в рот.

— Ууу! — простонала Июля, зная, что момент близок и папа собирался вознаградить её усилия по сосанию члена полным ртом своих тёплых «сливок». Девушка почувствовала прилив давления в папином члене и тут же сперма хлынула из его набухшей головки члена, брызнув в горло и в рот. Она плотно закрыла глаза, её язык и мускулы челюсти напряглись, когда она проглотила сперму, густо хлынувшую в её сжимающееся горло.

— О, даа, дочка! — простонал Виктор, крепко прижимая голову дочери к своим бёдрам, а его извергающийся член был глубоко в её рту и горле. Он вздрогнул и задохнулся, когда его поразил пик оргазма, — Глотай папины сливочки, глотай! — стонал Виктор, любуясь дочерью, как она глотала его сперму. Когда кончила, Июля сладко застонала от струящегося спермой члена своего папочки. Волны удовольствия захлестнули девушку, заставляя всё её тело трястись, пока она продолжала глотать каждую каплю восхитительной папиной спермы. Киска Июли неконтролируемо дёрнулась, и сок киски струился по её трясущимся бёдрам. Наконец поток спермы, извергающийся из члена Виктора, превратился в лёгкую струйку. Его глаза блестели от экстаза. Он гладил волосы своей девочки, приглаживая их дрожащими пальцами. Губы Июли всё ещё были прижаты к члену её папочки, и её язык змеился по всему телу. Виктор положил руки на её девичьи плечи и смотрел на дочку сверху вниз, думая о том, как красиво и невинно она выглядела. Блеск пота блестел на её обнаженной коже. Её соски напряглись, и она стонала от удовольствия, когда он нежно щипал их. Поскольку её рот всё ещё был обёрнут вокруг члена, её стоны вибрировали вдоль ствола члена, придавая ему дополнительное пронзительное наслаждение. Губы девушки выдвинулись наружу, когда головка члена вырвалась из её рта, и густые, липкие нити спермы поплыли по её языку. Июля застонала, когда проглотила сперму, и аппетитно продолжала глотать остальную часть спермы, тепло и восхитительно сливаясь в ямке её живота. Её язык выскользнул изо рта, слизывая немногочисленные следы спермы на члене папочки. Она увидела ещё больше спермы в его торчащих волосках и пальцами смахнула её. Затем она засунула пальцы себе в рот и с горловым стоном облизала их дочиста.

Член у Виктора всё ещё был твёрдым и касался головкой голого бедра дочери, когда он взял её под руки и помог ей подняться на ноги.

Папа и дочь, улыбаясь друг другу, оба посмотрели, наслаждаясь видом напряжённых сосков. Виктор придвинулся ближе к дочери, а его эрекция подталкивалась вверх, пока не оказалась зажатой между их телами, выступая вверх. Его член пульсировал, и Июля застонала от возбуждения, чувствуя, как он пульсирует рядом с ней. Она положила голову на грудь папы, и он обнял её. Рука Виктора опустилась вниз, лаская и сжимая её ягодицы. Он опустил одну из своих рук и погладил и размял ягодицы дочери через тонкие трусики, которые теперь были запачканы соком влагалища. Виктор слегка отступил от своей девочки, просунул пальцы под эластичный пояс трусиков и стянул их с бёдер. Он снял трусики и они были сильно влажными там, где врезались в её половые губы. Её половые губы теперь от возбуждения выглядывали из щелочки и выглядели горячими и влажными.

— Ооо, папа! — девушка ахнула, когда средний палец папы сжал половые губы и вонзился между ними, проникая в неё одним быстрым толчком. Его палец легко вошел в неё. Она была хорошо смазана собственными соками. Её густой соус из киски выплеснулся на палец Виктора, когда он сунул его внутрь неё, погрузив его. Он пошевелил пальцем внутри неё. Когда он вытащил из неё палец, тот блестел от её соков. Он сунул палец в рот, высосал его, а затем причмокнул губами, улыбнулся дочери.

— Ммм, ты восхитительная моя девочка! — сказал Виктор и взяв трусики, поднёс их к лицу. Он держал их открытыми и глубоко нюхал, вдыхая аромат её промежности. Запах его девочки был терпким на её трусиках, возбуждая его, заставляя его член дергаться и дрожать от новой похоти.

— О, папочка! — выдохнула Июля, краснея и наблюдая за фетишными вылизывающими действиями своего папочки влагалищного сока с её трусиков, — Ты мой папка, сумашедший! Заставляешь меня краснеть, чувствовать себя такой горячей и возбужденной! Покорно опустив голову, а затем смотря на папу, зная, что это ему нравится, она подошла к кровати, ее груди с напряжёнными сосками подпрыгивали, а попа дрожала. Она взобралась на кровать и встала на колени, наклонившись вперёд. Её волосы рассыпались по кровати, когда она прижалась лбом к простыне. Её попка была высоко поднята. Когда папа становился сзади, она увидела, как чистая капля предъэякулята вытекла из щелочки головки члена, и она её солёненькую слизала, и задрожала от предвкушения, возвращяясь опять в позу «раком». Она стала неудержимо извивать попу, когда папа ощупывал и ласкал её ягодицы. Её сиськи были прижаты к простыне, Виктор хорошо мог видеть влажную киску дочери, а точнее только щелочку и выглядывающие из щелочки мокрые губки.

— Ах папочка! — простонала Июля, когда кончик пальца мужчины коснулся мягкости её половых губ и тут Июля почувствовала, как папа раздвинул ягодицы и стал лизать, засовывая язык между губок в щелочку, — О! Да, папа, да! — застонала Июля, — Хочу ебаться, папа! Хочу ебаться! Выеби меня! — взмолилась Июля и прям завизжала, когда почувствовала, как горячая головка члена папочки раздвигает её мокрые, дрожащие половые губки. Одним медленным толчком Виктор погрузил в дочку свой член на всю длину.

— Ох, папка! Ты по-прежнему мой самый главный мужчина! — застонала Июля, — Боже, папочка, это так приятно! Как же я люблю ебаться раком, папочка! — вскричала девушка и почувствовала, как член папы сильно пульсирует. Взгляд Виктора пробежался по фигуре красивого и сексуального тела дочери. Он облизал губы, чувствуя влажную киску, и его рука двинулась, чтобы поласкать сиськи дочери и тут громко захлюпала киска Июли, говоря Виктору о том, что киска дочери обильно потекла. Виктор прекратил движения и Июля поняла дальнейшие действия папы, потому что такое было уже не один раз, когда её киска сильно начинала хлюпать и папа прекращал её трахать, а припадал к киске и начинал «пить» сок киски. Вот и сейчас, он высунул член и Июля тут же легла на спину и раздвинула следом за ногами и половые губы.

— Ты хочешь «пить», да, пап? — промурлыкала Июля.

— Да, дочка! — пробормотал Виктор и встал на колени между раздвинутых ног дочери и позволил своему языку скользнуть по её сочной щели. Он застонал от радости, наслаждаясь влажностью и теплом её киски.

— О, да, папа, лижи мою киску! Да! Как хорошо! — стонала Июля, а папа взял её ягодицы, подтягивая киску дочери к своему рту. Он скользнул языком по её пульсирующему входу во влагалище, — Ааа, это так приятно, папочка! — и Июля задыхалась от наслаждения.

Виктор тоже стонал от страсти к своей девочке, а она наклоняла к нему свою киску в знак открытого приглашения, и он был невероятно возбуждён этим действием. Он лизал её пульсирующую киску своим горячим твёрдым языком, слизывая её соки так же быстро, как они сочились из пахучего влагалища.

— Ммм, поеби папа языком, поеби! — простонала Июля, чувствуя, как её киска становится всё более влажной с каждым папиным новым облизыванием. Внезапно она закинула свои стройные ноги на плечи папы и сильно прижалась бёдрами к его лицу, — Еби мою пизду, папочка, еби её! — шептала Июля. Иногда совершенно инициативное поведение его дочери и им же приученные говорить непристойные слова во время секса, заставили член Виктора становиться твёрже и толще. Он крепко держал её дрожащие ягодицы обеими руками, пока его язык входил и выходил из ее сжимающего влагалища.

— Даа, как хорошо! — и Июля взвизгнула, напрягая мышцы вокруг языка папы, а Виктор почувствовал, как член пульсирует от возбуждения, когда он всё быстрее и быстрее начал шевелить языком в тёплом влагалище дочери, а оттуда по его языку стекал сок прям ему в рот. И Июле захотелось смотреть, как папа лижет её киску. Она приподнялась на локтях, наклонилась, улыбаясь папе, смотря то на него, то как он лижет.

— Папа, мой папочка! — стонала Июля, а Виктор продолжал страстно всовывать и высовывать язык и шевелить им внутри, в ещё тугой, сжимающей киске вагине дочери, возбуждая её блаженством до такой степени сладострастия, что все тело девушки дрожало от желания получения и испытания этого блаженства, — Да, папочка, пей мой сок, пей! — выдохнула Июля, стеная, — Мне очень хорошо, папа! И Виктор старался, он тяжело и быстро дышал, задыхаясь, когда сосал киску своей Июли. Он приподнял дочкину попку и раздвинув ягодицы, спросил:

— Палец всунуть?

— Да, папочка! — ответила Июля, приготовившись почувствовать новые, но знакомые ощущения. Прислушиваясь к новым ощущениям, Июля почувствовала, как папа медленно всовывает средний палец в её жопу, посылая волну необычного удовольствия в её лоно, — Ооо, папа! — тихо со стоном прошептала Июля.

— Больно? — спросил Виктор.

— Нет, пап, необычно как то! — ответила Июля и когда папа начал сосать клитор, а палец всовывать глубже, Июля застонала, — Ооо, да, да, папочка! Вот так классно просто! — взвизгнула Июля, а её папа в то время, как трахал пальцем тугую жопу дочери, продолжал трахать языком её киску. Он просунул свой язык в мокрое и пахучее влагалище и кончиком языка касался верхней стенки влагалища, хоть и не дотягиваясь языком до бугорочка заветной точки G, до тем не менее посылая импульсы отчего Июле было очень сладкое и вкусное наслаждение, — Даа, папочка! Да, родной мой! — воскликнула томным голосом девушка, сжимая папин язык своими мышцами влагалища. После нескольких минут ласки языком тугого влагалища дочери, Виктор переместил язык к клитору и сильно, расплющенным языком лизнул его, чувствуя, как он пульсирует на его языке и дочь тут же прижав голову папы теснее к своей киске, простонала:

— Соси, папочка! Соси клитор! О, даа, папа! — и Виктор влажно сомкнул губы вокруг клитора и сосал его. Он нежно прикусил твёрдый кусочек горошинки, заставив дочь вскрикнуть от боли и удовольствия, но удовольствия было больше, а значит оно было сильнее. Виктор искусно играл с киской своей дочери, умело зная, когда нужно всунуть язык во влагалище, а когда ему следует снова обратить внимание на клитор. Раз за разом он лизал языком киску, дочери доводя до её волнообразных оргазма. Затем Виктор замедлился, стал медленно лизать, решив, что заставит дочь ждать нового высшего удовольствия.

— Вот как я люблю это куни, папочка! Ты сводишь меня с ума своим горячим ртом! Мне это нравится, папочка! — сказала Июля, приподняв задницу с кровати. Вкус сладко — кисленького «сливочного» сока киски его дочери, ощущение пульсации вокруг его языка, а теперь и толчок её киски к его сосущему рту, все это вместе сделало Виктора настолько возбужденным, что это было почти болезненно. Ему пришлось напрячь хоть каплю самоконтроля, чтобы не кончить тут же. Но он не собирался тратить свою сперму впустую. Он хотел выстрелить своей дочке туда, куда она хотела и он продолжал лизать дрожащую киску дочери, с трудом сдерживая себя. Его толстый член теперь был таким твёрдым, что, дергаясь от желания кончить, был близок к кульминации. Виктор начал сильно сосать киску дочки и потребовалось всего несколько быстрых лизаний, прежде чем Июля начала кончать.

— Ооо, папочка! — вскрикнула Июля и её тело корчилось сладкими судорогами на кровати.

— Ммм, какая ты вкусная, дочка! — простонал Виктор, и его голос был приглушен горячей киской, так плотно прижатой к его рту. Поток горячего сока плоти залил его рот и подбородок, и его член стал еще твёрже.

— Ооо, папа, поплыла! — застонала сладко Июля, извиваясь и поворачиваясь под сосущим ртом своего папочки, когда волны оргазмического удовольствия нахлынули на неё. Мгновением позже Виктор поднял лицо от киски своей дочки и улыбнулся ей.

— Господи! Какая же ты у меня прекрасная! И всё в тебе прекрасно! И твоё лицо! И твоё тело! Твоя киска и как красиво ты кончаешь! — сказал Виктор, в предвкушении того, что он сейчас попросит дочку трахнуть её в попу и она конечно же согласится, потому как после того, как он лизал дочке и доводил её до оргазма, его толстый член входил в попу дочери не так болезненно, а потом становилось ей хорошо и она даже кончала.

— Пап, а ебаться после куни всё — равно охота! — сказала Июля и сама инициативно предложила, — Поебёмся, пап, да?

— Давай в попу, дочка! — взволнованно предложил Виктор.

— Давай, пап! Мы давно не ебались в попу! — сказала возбуждённая Июля и встала на четвереньки, а Виктор встал на колени позади дочери, раздвинул её ягодицы, как можно дальше, облизывая губы в предвкушении. Он похотливо уставился на сморщенный, коричневый анус дочки. С возбуждённым стоном дочери, Виктор медленно всунул сначала большой палец, и подождал, пока сфинктер ануса привыкал к диаметру пальца, а Июля в это время ласкала свой клитор. И вот Виктор вставил свой толстый член между ягодицами дочкиной попы и его налитая кровью головка члена, прижатая к расслабленному от пальца анусу, начала медленно входить.

— О, бля, папа! Да! — застонала Июля, чувствуя, как настойчиво пульсирующий член папы медленно проникает в её тугую попку. Сначала, как только член стал входить, стало больно, как всегда, но как только головка члена вошла, папа не стал всовывать глубже, давая привыкнуть диаметру члена. Но уже, хоть и было больно, Июлю наполняло чувство её развратной раскалённой похотью, доставляя ей острые ощущения удовольствия.

— Больно сильно? — спросил Виктор.

— Терпимо, пап! — ответила Июля, и почувствовала, как папин пульсирующий член вторгается в пока ещё напряжённые мышцы её тугой попы. Виктор стал двигаться и яйца стали шлёпаться по ягодицам попы дочери и когда Июля начала двигать попу навстречу движениям папы, ему стало нравится наблюдать, как дочке становиться приятно. Он хорошо знал, что страстные движения означали, что дочь получает удовольствие от этого анального секса. Боль исчезала, как это всегда случалось, и вскоре всё, что Июля могла чувствовать, было горячим пульсирующим наслаждением, которое началось глубоко в её попе и охватило всё её тело.

— О, Боже, папочка, мне так хорошо! Ты действительно классно трахаешь мою маленькую попку! — выдохнула Июля и её попа трепетала от ощущения толстого члена папы, входящего и выходящего из ануса дочери, снова и снова. Она уже тосковала по тому моменту, когда почувствует, как его тёплая сперма выстреливает в её попу. Попа дочери дрожала, когда член папы продолжал входить в её сжимающейся анус, а яйца стучали по её ягодицам, пока папа продолжал трахать её в попу. Блестящий мокрый член Виктора врезался в неё снова и снова, с нарастающей силой. Волны сексуального возбуждения пробежали по телу Июли, когда она почувствовала, как руки папы тянутся под ней, тянущиеся к её влагалищу.

— Даа, прикоснись к моей киске! — застонала Июля, чувствуя, как руки папы ласкают набухшие половые губы. Мышцы её попы инстинктивно сжали член, пока её бёдра двигались вперёд и назад. Виктор всунув член до самого основания, ускорил движения и застонал:

— Ааа, дочка я сейчас кончу, девочка моя! — прошептал Виктор, наблюдая, как его набухший член легко скользит во влажном анусе дочки и выходит из него.

— О, я не могу дождаться, папа! Давай! Дай мне весь свой сок! Спусти в попу! — стонала Июля, чувствуя, что никогда не сможет насытиться членом своего папы. Горячие, покалывающие волны удовольствия прокатились по ней, пока пульсирующий член продолжал трахать её попку, — О, папа! Еби! Выеби меня в попу! Да! — стонала Июля, тяжело дыша, когда она толкнула свою попу назад, чтобы встретиться с членом папы, растягивая стенки ее попы до самого конца. Она продолжала извиваться попой, толкая её вперед и назад, пока папа входил в неё всё глубже.

— О, да, доченька! — стонал Виктор, трахая пальцами киску, и синхронно с его толчками члена в её попку. Он вгонял в неё свой член всё сильнее и сильнее, лихорадочно трахая её своим членом, готовясь кончить, а дочь от наслаждения мотала головой из стороны в сторону, и её волнистые чёрные волосы снизпадали ей на спину. Её сиськи пульсировали, а сосок был таким твёрдым, что причинял ей боль. Она задыхалась и томно стонала, когда папа страстно трахал её, вгоняя свой член всё глубже в туго сжимающую дырочку её попы.

Виктор чувствовал, как тугие ягодицы дочери болезненно, но приятно сжались вокруг его члена. Когда липкие стенки её попы эротично сомкнулись вокруг его твёрдого члена, он начал сильно хлопать чреслами по её попе. Его яйца тяжело качались об её ягодицы, когда он ещё глубже проникал в неё. Каждый раз, когда Виктор вставлял свой член в попу своей дочки, она часто сама двигала попой назад, пронзая себя твёрдым и толстым членом папы. Киска девушки ровным потоком сочилась густыми, тёплыми и пахучими соками. Она застонала, когда почувствовала, как эти соки вытекают из её влагалища и стекают вниз по её бедрам, или капая на простынь.

— Я, скоро, доченька! — сказал Виктор, убыстряя темп.

— И я, папочка! — радостно сообщила Июля и начала судорожно трястись оргазмом, а через какое то время, когда у обоих поутихли чувства прихода оргазма, Июля обнимая папу тихо сказала:

— Ах, папа, это было чудесно! — счастливо сказала Июля.

Глава 4.

Теперь, когда их страстный секс закончился, мысли Виктора вернулись к Сергею, однокласснику дочери, которого его дочь вечером пойдёт на свидание. Он действительно беспокоился о ней. Потому что это был первый раз, когда Июля начала встречаться с мальчиком, по их же с Лидой наставлению, чтобы не вызвать инцестуальных подозрений. Отцовский инстинкт Виктору подсказывал, что Сергей просто не подходил дочери. Виктор ничего лично против Сергея не имел, но он был ровесником Июли, и если Виктор что-то и узнал о своей дочери за почти год их семейного секса, так это то, насколько важен для неё хороший секс. И что то в Сергее подсказывало Виктору, что этот парень просто недостаточно хорош для очень сексуальной и уже сексуально опытной дочери.

— Дочка, а Сергей знает, что ты уже не девственница? — спросил Виктор, нежно поглаживая сиськи дочери.

— Да, папа, я сказала ему! — сказала Июля, — Я, наврала ему, рассказала, что, ещё когда гимнастикой занималась, ласкали друг друга с одной девочкой «вибриком», она мне порвала плевочку, а я ей! — беспокойно ёрзая в объятиях папы, сказала Июля. Она всегда возбуждалась, когда папа задавал ей откровенные вопросы, а она откровенно и подробно отвечала папе, зная, что его это возбуждает.

— И что он сказал? — спросил Виктор.

— Сначала он был удивлен, потом смущён, а потом сказал, что сейчас многие девчонки сами себя лишают девственности.

— А как насчёт его собственной сексуальной истории? Сколько у него было до тебя? — спросил Виктор.

— Я не знаю, пап! Он никогда не говорил мне! — сказала Июля, пожимая плечами, — А я не спрашивала! Про меня он знает, что когда я занималась гимнастикой и на сборах с ребятами спортсменами набиралась с другими девчонками опыта, — сказала Июля.

— Сергей тебя уже трахнул?

— Нет, пап, но ужасно хочет меня, ну, прям, как ты меня, пап! — весело сказала Июля.

— Я так и подумал! — вздохнул Виктор.

— О чём ты подумал, пап? — спросила Июля.

— Ну, что ты ему ещё не дала! — ответил Виктор.

— Ну, папочка, что в этом такого? В конце концов, я никогда не ебалась ни с одним из парней, с которыми встречалась, и ты знаешь, что ты у меня единственный любовник, который у меня когда-либо был, папочка, и до сих пор ты и мама, не возражали против этого! — сказала Июля.

— Но, Июлечка, дочка, если вы с Сергеем любите друг друга и встречаетесь, то можно уже заниматься вам сексом! Что тебя удерживает, дочка? — спросил, Виктор

— Ну, пап, так быстро! Мы ж только начали встречаться! Он и подумает, что я вот такая доступная! У нас есть всё, кроме секса! И он предложил мне замуж за него, а я пока не выучусь на архитектора, замуж не выйду.

— О, дочка, я так за тебя беспокоюсь. Я хочу, чтобы ты была счастлива, но я не хочу, чтобы ты вышла замуж за этого Серёжу. Он не может сделать тебя счастливой, дочка! — сказал Виктор, нахмурившись от беспокойства за свою маленькую девочку, которую он любил больше всего на свете и кого-либо на свете.

— Да погоди ты меня выдавать замуж, папа! Пап, ты ревнуешь что ли? — сказала Июля.

— Дочка, я просто хочу, чтобы твой будущий муж был старше тебя, а не ровесником! Вот это правда!

— Папа, мой папочка! — воскликнула Июля и отвернулась от проницательного взгляда папы. Он был прав. Она знала, что он никогда не ревновал. Он всегда говорил ей, что хочет видеть ее счастливой замужем. В глубине души она знала, что он говорил эти вещи только потому, что искренне верил, что Сергей ей не подходит.

— Дочка, я понял, тебя! — сказал Виктор, слегка наклонив лицо дочери одним пальцем, чтобы заглянуть в её глаза, — Ты хочешь пока просто с Сергеем поебаться, да? — спросил Виктор.

— Да, пап, как ты и мама мне говорили, чтобы не вызывать подозрений! Но ты знаешь прекрасно, что я бы этого не хотела! Я всегда хочу, чтобы ты и я, ты, мама и я ебались, как прежде. Но я хочу тебе сказать, что я найду такого, кому семейный секс будет очень нравится, как и нам! Это, папа, я обещаю точно! — сказала Июля.

А два дня спустя, Сергей позвонил Июле и рассказал ей, что получил водительские права и что его папа даёт ему машину покататься по городу и что он приглашает её и скоро приедет. А через двадцать минут, Сергей сдержал своё обещание и заехал за Июлей.

— Привет! Я поздравляю тебя с получением прав! — сказала Июля, прижимаясь к Сергею уже в машине, а когда она поцеловала парня, Июля подумала:»Я дам Серёже, я хочу его!» — прижимаясь ближе к Сергею, девушка уже предвкушала желание секса.

— Поедем в рощу, на наше место? — спросил Сергей.

— Да, поехали! — ответила Июля.

— Ты прям такая сейчас возбуждённая!

— А я и чувствую себя очень сейчас возбуждённой, Серёжа! Ты не думаешь, что пришло время заняться этим? — спросила Июля с поцелуем.

— Да, Июля! Я так долго ждал и так долго хотел тебя! — сказал Сергей, и Июля услышала волнующую дрожь в голосе Сергея. Она счастливо улыбнулась, предвкушая долгие и сладкие моменты предварительных, нежных Серёжиных ласк. Она, эти прелюдии, всегда любила от папочки, а он всегда уделял много времени, лаская, гладя, трогая, облизывая все прелести дочери перед сексом, за исключением тех случаев, когда Июля была уже сильно возбуждена, что не могла ждать и она сама говорила папе, что сильно хочет и сама становилась раком, если у папы уже стоял, или начинала сосать член, чтобы его быстро поднять и оседлав папу, ввести член в себя и как таковых предварительных ласк Июле не надо было, потому что она были сильно мокрая, но сейчас в машине предстояло первый раз дать Сергею и она была уверена, что он захочет потратить хоть немного времени, чтобы возбудить её, готовя её к их первому сексу. Но Июля ошиблась. Как только остановились в роще, Сергей опустил спинку сидения на котором сидела Июля и начал задирать юбку, а затем стягивать трусики и Июля уже настроилась на то, что вот сейчас язык Серёжи начнёт лизать её киску, но он задрав топик, обнажая её сиськи, приспустил ниже колен свои штаны вместе с трусами и пристроившись между раздвинутых ног Июли, вниз и вверх провёл головкой члена по щелочке киски и всунул, уткнувшись в шею Июли и начал двигаться. Он даже не посмотрел, как делал это папа, когда всовывал член, любил смотреть на дочь, как она приоткрывает ротик или прикусывает губу, стонет, а сейчас, когда Сергей всунул, Июля вскрикнула.

— Ты ж не «целка», разве больно? — сказал Сергей, вытаскивая свой член и снова засовывая его обратно в киску Июли.

— Нет, не больно! — приврала Июля, — Просто так быстро стал ебать! — контактировала Июля.

— Не говори матерные слова! Я не люблю! Ммм, как хорошо! — застонал Сергей, продолжая трахать свою девушку.

— Хорошо, не буду! — сказала Июля и ей хотелось засмеяться, но она сдержалась, подумав, что Сергей должен услышать, матерные слова, как возбуждающе она и папочка всегда их употребляют в их сексе, а вот для Сергея они неприемлемы. Парень застонал и схватил обе мягкие ягодицы Июли в свои руки, продолжая трахать её быстрыми движениями. Июля задохнулась от боли и разочарования, желая, чтобы её одноклассник замедлил шаг и дал ей шанс догнать его. Он трахал её так быстро, что она знала, что он скоро кончит, а она ещё даже не возбудилась. Слабенько наслаждаясь, но всё — таки наслаждаясь первым сексом с Сергеем в машине, Июля решила сделать их первый секс лучше для Сергея и с этой великодушной мыслью, девушка сжала мышцы влагалища вокруг члена Сергея.

— О, как здорово! — застонал Сергей и Июля удивленно посмотрела и улыбнулась, поняв, что Сергей, хоть и трахался, но видимо попробовал первый раз, когда его член сжимают влагалищем. Она начала подозревать, что парень по всей вероятности вообще мало с кем трахался, и с ним никто не кончал, потому что у девушки, испытывающей оргазм сокращается и сжимается влагалище. Вот так самой себе девушка объяснила отсутствие сексуальной доблести у Сергея. Она не чувствовала себя подавленной и разочарованной от того, что Сергей стал её трахать без предварительных ласк, как Июля любила, она была уверена, что у них ещё будет потрясающий секс. Но теперь она вспомнила предупреждение своего папы и вздохнула, задаваясь вопросом, во что она ввязалась с этим Сергеем.

— Июль, сожми ещё! — попросил Сергей.

— Нравится? — сухо спросила Июля, напрягая мышцы влагалища вокруг члена. Член Сергей был сантиметров 17 — 18 и сейчас хорошо заполнил всю киску девушки. Она знала, что такой размер члена нормальный и может доставить ей безграничное сексуальное удовольствие, если бы он только знал, как им пользоваться, если бы не торопился. Ну, он не знает, как им пользоваться, с грустью подумала Июля, «так что дело за мной» — подумала Июля, может быть, мои собственные сексуальные навыки и опыт могут решить всё, может быть, я смогу сделать это хорошо для себя. В этот момент девушка начала поднимать свою попку с кровати и прижиматься киской к члену Сергея, надеясь возбудиться так, как он не мог возбудить её ласками. Сергей тяжело дышал от возбуждения, когда Июля начала реагировать на его торопливые движения. И он непрерывно стонал, чувствуя, как Июля сжимает и разжимает мышцы киски вокруг его члена.

Пока Июля продолжала подмахивать свою киску вверх, чтобы встретить устремленный член Сергея, она начала чувствовать, что с каждым таким движением она возбуждается и ей становится хорошо. Чем дольше они трахались, и чем больше Июля трахалась со своим одноклассником, тем мокрее становилась её киска, а вскоре она начала пускать обильно соки, и Сергей услышал, как хлюпает от обилия влаги киска Июли и она действительно начала получать удовольствие от секса со своим парнем. Ну, а его замечание по поводу не говорить матерных слов во время секса, подействовало на эмоции Июли, как ведро ледяной воды. Она всегда возбуждалась и заводилась от этих слов, когда с папой занималась сексом. Июля, от этих своих мыслей, лежала пассивно несколько мгновений, в то время как Сергей продолжал вставлять свой член в ее киску и из нее, по-видимому, не подозревая, что что-то не так. Но затем, когда Июля почувствовала, как член входит и выходит из её киски, она начала возбуждаться, несмотря ни на что и даже начала прижиматься своей промежностью к Сергею, возбуждаясь от непристойного возбуждающего ощущения, когда его 17 сантиметровый член полностью пронзает её, заполняя каждый уголок и щель её влагалища.

Сергей протянул руку и сжал сиськи девушки, по одной в каждой руке, сильно сжимая бугорки и заставляя Июлю стонать от экстаза. Каждый раз, когда он трахал ее, она поднимала задницу, выдвигая бедра вперед и медленно, чувственно вращая ими. Ее скользкое маленькое влагалище сосало его член, и он откинул голову назад и громко застонал, его лицо теперь стало темно-красным. Сергей всовывал глубже в киску Июли. Ее влагалище было словно в огне, когда она сосала его член, выдаивая из него сливочную сперму.

Июля мотала задницей в лихорадочном сладостном сексе, а Сергей смотрел на Июлю и улыбался в блаженной неге, уверенный, что устроил своей девушке лучший секс в её жизни. Он снова схватил её за ягодицы, используя их как рычаг, и рванулся вперед изо всех сил. Затем он вытащил свой член до головки и снова глубоко мягко погрузил его. Каждый раз, когда он входил в неё, Июля чувствовала, как его твёрдый член трётся о верхнюю стенку её влагалища, заставляя её дрожать от желания, несмотря на его неуклюжий стиль занятий любовью. Июля сильно подмахнула свою промежность, чтобы встретиться с членом и прижалась своей киской к основанию члена, постанывая от охватившего сладкого возбуждения. Она чувствовала, что Сергей скоро кончит, и надеялась, что она кончит с ним. Все её тело взывало к сладкому освобождению, которое мог дать ей только оргазм. И она была уверена, что если они смогут сейчас вместе кончить во время этого секса, она будет чувствовать себя намного лучше по отношению к своему парню.

— Поцелуй меня, Серёжа! — простонала Июля, поднимая лицо, и он опустил голову и влажно, нежно поцеловал в губы. Затем он поднял голову и снова потерялся в своих движениях. Июле казалось, что Серёжа хорошо знал, это надо трахать её, пока он не кончит. Он был полностью одержим собой, не зная видимо достаточно, чтобы беспокоиться об удовольствии своей девушки или его отсутствии у неё и тогда обязательно добиваться того, чтобы любимая испытывала удовольствия от секса с ним. Серёжа ошибочно думал, что чем быстрее, тем лучше.

Пока Сергей и Июля встречались все эти месяцы, инициатива для секса всегда была на стороне Июли и девушка даже часто просила Сергея потрахаться, но в конце концов Июле это надоело. А Сергей начать думать иначе и несмотря на сильное вожделение к Июле, он начал подумывать, что недостаточно удовлетворяет Июлю, ну, а раз Сергей не мог сексуально удовлетворить её, он естественно боялся, что потеряет её. Он не мог так рисковать. Ибо он любил молодую девушку больше, чем когда-либо любил кого-либо за всю свою жизнь. И он хотел, чтобы она была связана с ним браком, прежде чем позволить ей увидеть, насколько он неопытен в сексуальном плане, а Июле нужен был не их брак, а получение её любимой профессии. Киска Июли излила обилие сока, которые текли по всей длине члена. Она страстно качала бёдрами, пытаясь захватить каждое движение члена до самого его основания и сжать его мышцами влагалища и напрягаясь для оргазма, в котором она так нуждалась. Она чувствовала себя так, словно находилась на грани мощного оргазма, но ей просто нужно было еще несколько минут, еще немного секса, чтобы заставить её кончить.

— Ооо, так хорошо, Серёжа! Ещё! Ещё! — стонала Июля, и она извивалась бёдрами и хотела говорить матерные слова, которые были на самом кончике её языка, но раз уж Сергей к ним относится ханженски, то Июля сейчас была на пике сладкой сексуальной лихорадки, и её попа подпрыгивала в сжатых руках Сергея и он резко ускорил движения, застонал, напрягся и его горячая сперма густо брызнула в киску Июли и она прям блаженно завизжала, наслаждаясь ощущением струящейся в неё спермы, и уверенная, что теперь она тоже кончит. Все, что ей было нужно, это еще несколько толчков члена, и у неё будет оргазм, но этого не должно было произойти, потому что в тот момент, когда Сергей закончил кончать, он вытащил свой мокрый член из киски Июли и рухнул на неё с удовлетворенным вздохом.

С тех пор, единственными оргазмами Июли, которые испытала она, стали оргазмы, когда она трахалась с родителями, с Настей. Она всё больше и больше разочаровывалась и с тревогой замечала, что её неудовлетворенность их сексуальной жизнью распространяется и на все другие сферы их совместной пока ещё дружбы. Но время от времени, когда Июля видела проницательные взгляды папы, у неё возникала тревожная мысль, что он знает. Что каким-то образом он мог заглянуть внутрь неё так, как никто другой, и что он полностью осознавал, насколько прав он был, когда пытался предостеречь Июлю от встреч с Сергеем.

Глава 5.

Однажды, после особенно разочаровывающего секса с Сергеем, Июля, проводив его, лежала обнаженной в постели, лениво перебирая свою киску до оргазма и снова доводя себя до оргазма, то сжимала бёдра, то рукой теребила клитор. Конечно единственным удовольствием в её жизни в эти дни были оргазмы, которые она доставляла сама себе, но даже они бледнели по сравнению с той любовью и трахом, в которых она нуждалась от своего папы. Вот и сейчас она ждала с ночного дежурства маму или папу, но больше всего конечно папу, ибо Июля сильно хотела трахаться и вот она снова собиралась кончить, как услышала, как кто то, то ли мама, то ли папа, открывает двери и уверенная, что это её папа приехал с ночного дежурства, она не удосужилась накинуть халат и голая встретила папу.

— Папочка! — взвизгнула она, потрясенная, обнимая папу и её обнажённое тело дрожало от желания, когда её взгляд скользил по лицу папы.

— Да, дочка! — сказал Виктор, широко раскинув руки.

— О, папа, я так рада тебя видеть! — сказала Июля, и её покраснение лица приятно порадовало Виктора, когда дочка голая бросилась в его объятия. Папа и дочь обнялись на долгие мгновения, крепко держась друг за друга, пока Июля целовала папу, как будто долго не видела его.

— Сергей был? — спросил Виктор.

— Да, пап! — ответила Июля.

— Но я не вижу твоего счастливого лица, что поебались не в угоду тебе, да?

— Да, пап! Он эгоист в сексе!

— О, дочка, мне так хочется, чтобы ты была счастлива в сексе! — сказал Виктор.

— Похоже, папа, кроме тебя пока у меня нет никого! — сказала Июля и папа с дочерью опустились на край кровати и обнялись, — Только с тобой мне хорошо, папа! — вздохнула Июля.

— И насколько плохо между вами? — спросил Виктор, нежно поглаживая лицо дочери.

— Мы когда трахаемся, он думает только о себе! Перед сексом никогда меня не ласкает! Иногда, когда он кончает, а я нет! А потом я злюсь на него больше, чем когда-либо, и между нами все становится еще хуже, и о, папочка, я уже подумываю о том, чтобы расстаться.

— Мда, хреновенько, дочка! — задумчиво сказал Виктор. Несколько минут папа и дочь молча сидели в объятиях, целовались, а затем Виктор стал поцеловать сиськи дочери, — Скажи мне, дочка, если бы ты была удовлетворена сексуально, как ты думаешь, ты бы перестала думать о расставании с Сергеем? — спросил Виктор.

— Ну, конечно, папа, это изменило бы всё на свете! В конце концов, секс — наша единственная проблема! — сказала Июля, нахмурившись, глядя папе в глаза.

— Я ночью на дежурстве безумно скучал по тебе! — сказал Виктор.

— А я ебалась и думала о нашем с тобой сексе, папочка! — воскликнула Июля с тяжёлым вздохом, — Пап, пока мамы нет, выеби меня? — попросила Июля и её киска начала пульсировать и пускать соки. Виктор встал у кровати и, с любовью улыбаясь своей девочке, разделся. Он наслаждался тем, как расширенные глаза Июли, казалось, ласкали его обнаженную плоть, наконец задерживаясь на его члене, который встал.

— Ооо, папа, ты уже твёрдый! — взвизгнула Июля, зная, что ей не нужно беспокоиться о том, что её папочка сейчас будет трахать её, пока он не кончит, и оставит её нуждающейся в оргазме, которого у неё часто не было с Сергеем. Виктор покачал головой, глядя на красоту дочери, лежащей на кровати. Вот она, его красавица, просьбой, проявляет возбуждающую инициативу, обращаясь к папе за сексуальным удовольствием, которое ночью Сергей не мог удовлетворить дочь. Он почувствовал прилив гордости, зная, что он единственный, кто может дать ей то, что ей нужно. Июля улыбнулась папе, раздвинув ноги для единственного в мире члена, который мог удовлетворить её сейчас, лаская обеими руками свои сиськи и поднося папе, как своего рода сексуальное предложение.

Виктор застонал и опустился на кровать рядом со своей девочкой, накрывая одну из предложенных дочерью сисек своим жадно сосущим ртом, облизывая языком её розовый затвердевший сосочек, касаясь его краями зубов.

— Ооо, даа, папочка! — простонала Июля, уже сильно заводясь и пока папа сосал и лизал её сиськи, он всунул два пальца в её обильно мокрую, горячую киску. В то же время Июля провела руками по члену, погладила яйца, возбуждаясь от толщины члена. Прошло не так много времени с тех пор, как папа был внутри неё, и девушка не могла дождаться, чтобы снова испытать это волнение и сладкое наслаждение. Виктор продолжал ласкать пальцами свою дочку, чувствуя, как горячие соки киски вытекают из всунутых пальцев его руки, пока дочь гладила его член. Июля застонала от желания и сжала пальцы папы своими сильными мышцами влагалища. Затем она ослабила хватку, позволив ему выскользнуть пальцами из её мокрого влагалища, а затем папа всунул снова обратно в неё, и она сжала мышцы киски вокруг них. Снова и снова Виктор ласкал пальцами Июлю, пока она сжимала и гладила его член.

— Я, скоро, родненький мой! Папа, папочка! — стонала Июля и всего через несколько секунд почувствовала начало сильного оргазма и страстно дёрнула бёдрами, — Ооо, папочка, я кончаю! — вскричала Июля, запрокинув голову в экстазе, когда сладостный оргазм окутал её всю и в киске всё так сладко пульсировало, заставив всё её тело вибрировать от удовольствия и страсти. Когда она кончила, рука Июли двигалась быстрее по члену папы, пока он не остановил движение руки дочери. Виктор не хотел кончать, пока не погрузится глубоко в киску дочери. Пока Июля корчилась и извивалась на кровати, все ещё в агонии своего оргазма, папа продолжал страстно трахать её пальцами, в то время как он сильно сосал её сиськи, двигая головой от одной к другой и обратно, облизывая твёрдые соски. Раскрасневшаяся от кульминации Июля была ещё красивее! Когда она кончила, Июля подумала, как странно, что пальцы папы всегда доставляют ей гораздо более захватывающий оргазм, чем её собственные руки, когда она ласкает саму себя. Виктор вдруг убрал пальцы с киски и взял рот одну из сисек. Затем уткнулся лицом между её бедрами и уткнулся носом в её влажную киску.

— Ох, папочка, как хорошо! — взвыла девушка, чувствуя горячее дыхание папы на своих пухлых половых губах. Виктор застонал и облизал мокрые половые губы дочери, прежде чем широко их раздвинуть и всунуть язык внутрь. Когда возбужденная дочь застонала от сладостной страсти, всё ещё содрогаясь от оргазма, Виктор потянулся под неё и схватил её твёрдые ягодицы, подталкивая ее киску — вагину к своему рту. Он мастерски нашел клитор нежно засосал его, пока тот дёргался в оргазме.

— Ооо, папа! Как хорошо, как сладко! — застонала Июля, а Виктор сильно и быстро водил языком по дёргающемуся клитору дочери, когда соки текли из её влагалищной дырочки и Виктор аппетитно глотал их, наслаждаясь вкусом её сладковато — кисленького влагалищного сока. А ведь прошло так мало времени с тех пор, как он лизал киску своей дочки и уже соскучился по вкусу и запаху её киски и уткнувшись лицом в пахучую промежность, выпивая каждую восхитительную каплю её острого соуса для влагалища, и он не мог быть счастливее. И что было еще лучше, так это то, что мужчина знал, что делает и ее счастливой. Июля стонала, извивалась из стороны в сторону, её красивые сиськи подпрыгивали на груди, когда она кончала снова и снова. Она боялась, что никогда больше не почувствует рот папочки на своей киске, и была в восторге от того, что он сосет её до оргазма за оргазмом. Это было чертовски хорошо. Папа её был таким искусным любовником. Он знал, как свести её с ума от страсти к нему, и она знала, что он будет столь же искусным в использовании своего члена, как только начнет трахать её и она подняла ноги высоко в воздух и обвила ими его шею сзади, удерживая его там, пока он высасывал её соки из киски, так быстро, как она могла дать ему. Июля резко выгнула своё тело, и её попа взлетела с кровати, когда папочка лизал её киску, издавая влажные, чавкающие звуки, которые наполняли комнату, ещё больше заряжая сексуальную атмосферу. Наконец подёргивания клитора начали стихать, и папа понял, что её оргазмы заканчиваются. Он оторвал свой пропитанный соком рот от киски дочери, посмотрел на её раскрасневшееся и улыбающееся лицо. Это было самое счастливое, красивое лицо, лицо его красавицы дочери.

— Поебёшь свою дочку? — весело спросила Июля, опьяненная сильным влечением и наслаждением. Если бы только Сергей знал, как сделать её такой горячей и мокрой, прежде чем трахнуть её, но это было дано только её папе. Не теряя ни секунды, Виктор не отвечая на вопрос дочери, взял свой пульсирующий член и направил его ко входу в великолепную, пульсирующую киску дочери, но, как всегда, головкой члена начал ласкать клитор, проводя головкой по мокрой щелочке.

— Даа, папа, даа, выеби меня, выеби меня хорошо и сильно, как ты всегда делал! Пожалуйста, проеби меня хорошо, папа! — страстно шептала Июля, мотая головой из стороны в сторону в безумном стремлении к члену своего папы. Она наклонилась и положила свои мягкие руки на широкие, сильные плечи папы, чтобы остановить его на секунду.

— Что такое, дочка? — спросил Виктор.

— Дай я сама! — сказала Июля, — Я, сама, папочка, сама! — прошептала Июля, затаив дыхание и Виктор понял дочь, а Июля в это время опустила руки к волосатой промежности своего папочки и схватила корень его члена. Издавая тихие чмокающие звуки, проводя головкой члена по мокрой киске, между половыми губками Июля жадно скользила твёрдым членом папы между зияющими половыми губами, мягко всовывая в киску всё глубже член папы, и Виктор толкнул бёдрами вперёд, помогая дочери полностью насадить её киску на его толстый член. Её киска была полностью набита твёрдым членом её папочки. Он сильно прижался к стенке её влагалища, растянув стенки киски до предела. Вспышки огненного сладостного экстаза пронзили девушку. Июля резко втянула воздух, она хотела, чтобы этот чудесный, удовлетворяющий секс с папочкой продолжался вечно, но ей тоже нужно было кончить, и ей нужно было чувствовать, как сперма её папы наполняет её киску.

Виктор почти полностью вытащил свой член из киски своей девочки, а затем снова погрузил его в неё. Снова и снова он повторял движения, снова и снова, он медленными, уверенными движениями трахал её киску, а Июля снова подняла ноги в воздух и подмахивать стала движениям папы, когда он двигал член в киску, Июля двигала свою попку навстречу, вгоняя член папы в её мокрую киску и Июля, сейчас невероятно возбужденная, схватила своего папу за руки и плечи, пытаясь захватить больше его члена, продолжая толкать свою киску вверх, продолжая подмахивать. Папа и дочь трахались то медленно, ритмично, то ускорялись и двигались в теме, потом снова трахались медленно, наслаждаясь каждым движением. И Июля задрожала, шепча в истоме:

— Я очень тебя люблю, папочка! — воскликнула Июля, начиная кончать и Виктор почувствовал, как киска его дочери бьется о бока его члена, дочка всегда кончала волнообразно, — О, папочка, пипец! — выдохнула Июля, когда из ее влагалища прям вылился поток сока киски и она взвизгнула, схватив папу за ягодицы и пытаясь втянуть его ещё глубже в себя. Член Виктора издавал громкие чавкающие звуки, пока он продолжал вонзаться в киску своей девочки, которая сомкнулась вокруг его члена, как тиски. Интенсивные спазмы оргазма сотрясали девушку, заставляя её тело страстно биться на кровати, когда она, наконец, почувствовала поток тёплой спермы, выплеснувшейся в её дырочку.

— Ооо, папа! — простонала Июля, а Виктор улыбнулся дочери, получая такое же удовольствие от её экстаза, как и от своего собственного. Он продолжал кончать, порция за порцией густой спермы, вырывающейся из его дёргающегося члена и влажно брызгающей на стенки влагалища дочки, заставляя её стонать от чистого безудержного удовольствия. Как раз в тот момент, когда Июля почувствовала, что ёе оргазм стихает, его место занял ещё один, и ещё один, пока она счастливо чуть не потеряла сознание в агонии длинных цепочек волнообразных кульминаций оргазма. Виктор закончил кончать, но он чувствовал, как влагалище дочери всё ещё испытывает оргазм, и он остался внутри неё, поглаживая её сиськи и нежно целуя их, пока дочка продолжала кончать. Он знал, что его девочка так долго была сексуально неудовлетворенной, что казалось, что это была длинная серия сдерживаемых оргазмов, которые только что ждали освобождения. И теперь эти оргазмы пронизывали её, заставляя её тело корчиться и содрогаться.

— Ооо, папочка, это так хорошо! — счастливо выговорила Июля, когда её наконец пронзил последний оргазм. Она чувствовала всё ещё твёрдый член своего папы глубоко внутри своей киски — вагины и застонала с новой страстью. Виктор медленно высунул член, а Июля прижимаясь к папе, тихо сказала:

— Что то мамы нет! — и Июля провела рукой вверх и вниз по члену папы.

— Дочка, а хочешь поебаться между сиськами? — спросил Виктор, похотливо глядя красивые сиськи своей дочери.

— О, папочка, да я с удовольствием! — ответила Июля, сжимая свои сиськи руками и ожидая, пока её папа вставит между ними свой толстый член, а Виктор быстро оседлал дочку чуть ниже груди. Июля уставилась на член с голубыми прожилками с надутыми венами и нетерпеливо облизнула губы. Перед Днём рождения дочери, когда у них всё произошло, а именно при Лидии, Виктор лишал дочь девственности, они втроём трахались на природе, в берёзовой роще и он сначала жену потрахал между сиськами, а Июля так смотрела с возбуждённым любопытством, что даже ласкала себя, а Виктор впервые попросил свою дочь трахнуть её между сиськами, и конечно у неё не такие были большие сиськи, как у мамы, и она боялась, что они слишком малы для такого вида секса, но папа научил её, что размер не имеет значения. Важно то, что ты делаешь со своими сиськами, заверил папа свою дочь свою и, конечно же, с тех пор папа и дочь наслаждались много раз этим способом секса, между сиськами. И теперь Июля улыбнулась, наслаждаясь выражением папиного возбуждения, которое она увидела в глазах папы, когда он смотрел на неё сверху вниз. Она увидела его толстый, пульсирующий член, лежащий между её девичьими сиськами. И пока она смотрела на него, она нетерпеливо дёргалось и снова улыбнулась, жадно обхватывая член своего папочки между своими сиськами.

— О, дочка, давай! Отъеби папу своими сиськами! — сказал Виктор, сталкивая свою задницу с её груди.

— Ооо, даа, папочка! — промурлыкала Июля, и с этими словами девушка начала медленно трахать своего папу, потираясь сиськами о его твёрдый член, трение заставляло член папы дёргаться и пульсировать ещё сильнее.

— О, да, девочка моя, чуть быстрее! Трись о хуй быстрее! — простонал Виктор и Июля радостно хихикнула. Она тёрлась своими сиськами быстрее и сильнее сжимая его, чувствуя, как влагалище становится все горячее и влажнее с каждым движением. Виктор застонал и начал двигаться взад и вперед на своей дочери, чувствуя, как накапливается сперма. Ему нравилось ощущение сисек дочери по обеим сторонам его члена, трущихся неистово, быстрее и сильнее.

Он взглянул на лицо дочери и улыбнулся, наслаждаясь красотой лица дочери, выражавшее наслаждение, её глаза встретились с глазами папы и они выражали желания. Её язык высовывался и доставал до головки члена. Он смотрел на её твердые розовые соски, набухшие от похоти, и чувствовал, как его яйца сжимаются, когда он почувствовал, что кончит.

— Я, скоро, дочка! — крикнул Виктор.

— Ооо, пап, мне так нравится ощущать твой хуй! — и Июля застонала. Она тёрлась своими сиськами всё быстрее и быстрее о член папочки, зачарованно наблюдая, как он подпрыгивал и дергался между ее трясущимися бугорками плоти сисек.

— О, девочка моя, даа! Куда, на лицо хочешь? — спросил Виктор и затаив дыхание, напрягся.

— В рот, папа, в рот спусти! Я хочу твою сметанку, папочка! — и Июля возбуждённо застонала, всё ещё потирая член своего папочки между сисек и она тут же открыла рот, смотря то на папу, то на головку члена, ожидая, когда папа выстрелит спермой в её рот. Июля всегда любила глотать сперму своего папы. Она обожала густую, вязкую и тёплую папину сперму, немного солёный вкус и всегда чувствовала, что это её награда за хорошо выполненную работу. Она тёрлась всё быстрее и быстрее, пытаясь заставить папу кончить. Между тем, её влагалище изливало свои густые, тёплые соки, возбуждая её с каждой секундой. Виктор начал кончать! Порция спермы брызнула прямо в открытый ротик дочери. Июля быстро проглотила его, затем снова открыла рот для следующей порции папиной «сметанки». Она продолжала сглатывать и снова открывать рот, пока папа заливал ей в горло пряные, вяжущие порции тёплой спермы. Июля хотела посмаковать вкус спермы, но она не могла угнаться за ним, и его сперма начала вытекать из её губ, влажно капая на её сиськи, когда его оргазм закончился.

— Ооо, папочка, я люблю тебя! — тихо сказала Июля и слизывая капли, она взяла скользкий член в руку и провела его покрытой спермой головкой по всему лицу, в тот самый момент, когда её оргазм пронзил её, заставив киску дёргаться в пульсирующем блаженстве, — О, папа, как же классно! — вздохнула она, все еще прижимая член к своему лицу.

— Да, дочка! — сказал Виктор и со смешком добавил, — Смотри, хуй всё ещё твёрд!

— Да я вижу! — сказала Июля с милой улыбкой, и они оба улыбнулись друг другу и Июле вдруг так сильно захотелось пососать член папы и она внезапно сомкнула свой рот над головкой члена, смотря на папу.

— О, дочка, что ты творишь? — простонал Виктор, чувствуя, как его член становится всё твёрже и толще, когда он почувствовал, как теплый влажный рот его дочери начинает сосать его. Красавица дочь сжала член папы губами и не разжимая их, стала головку ласкать языком, проводя пальцами вверх и вниз по всему стволу члена, чувствуя, как он твердеет и набухает под аппетитными прикосновениями её губ, языка и пальцев. Она извивалась на кровати, сжимая его член, чувствуя, как сок течёт из влагалища. С каждой секундой она становилась всё горячее и возбуждённее, и ей не терпелось заставить папу кончить снова. Июля переместила руки к яйцам и нежно погладила их, чувствуя, как папе приятна ласка его яиц. Горячий, влажный рот девушки сосал пульсирующий член её папочки, получая огромное удовольствие от осознания того, что, как всегда, она возбуждает его невероятно. Она сосала сильно и медленно, чувствуя, как жар от его члена наполняет её рот. Дразнящий аромат мужского мускуса достиг её ноздрей, и она закрыла глаза, застонав от удовольствия, и стала сосать сильнее.

— Ооо, дочка, как хорошо! — стонал Виктор и пока дочь продолжала сосать твёрдый, толстый член, Виктор трахал её рот своим членом, засовывая его глубже и сильнее с каждым толчком. Он подтолкнул бедра к её жадно и аппетитно сосущему рту. Июля откинула голову назад и слизнула солёненький предъэякулят, пробуя на вкус эти капли, которые сочились из щелочки головки. Она жадно слизывала его, наслаждаясь вкусом и возбуждающим знанием того, что это была сперма ее собственного папочки, которую она глотала. Запретный характер этого акта, как и всех других, которые она исполняла со своим любящим папой, делал его еще более захватывающим. Июля плотно сомкнула губы на члене папы с голубыми венами и прижала свой горячий язык к набухшей головке члена и почувствовала, как он пульсирует всё сильнее и сильнее, набухая всё толще и толще, заполняя весь её рот.

— О, доченька, я скоро! — простонал Виктор.

— Ммм, даа, папочка! — простонала Июля, и она втянула щёки, усиливая всасывание в горле, пока работала над пульсирующим членом папочки. Она услышала звук своих влажных губ, скользящих по пульсирующему члену папы, и невероятно возбудилась, чувствуя, как тёплый сок киски полностью заполняет влагалище и вытекает, стекая по её бёдрам. Девушка сосала член своего папочки так сильно и глубоко, несмотря, что член у папы толстый, что её нос уткнулся в ложе кудрявых волосков. Она чувствовала головку члена у своих миндалин и гортанно стонала, когда лизала и сосала всю длину дрожащего члена. Июля сосредоточилась на том, чтобы напрячь свои сильные горловые мышцы вокруг члена отца, напрягая, затем расслабляя, напрягая, затем расслабляя, мастерски глубоко заглатывая своего родного папочку.

— О, девочка моя, ты сосешь лучше мамы! — и Виктор застонал, всё ещё отрывая свою задницу от её груди, все больше и больше вводя свой толстый член в горло дочери. Июля сомкнула кулак вокруг основания члена и втянула ещё больше себе в горло, сосала так жадно, как только могла. И вот Виктор напрягся, член набух до абсолютной жёсткости, сильно пульсируя в горле дочери и наконец, тёплая сперма брызнула из члена папы, заливая горло Июли. Сперма хоть не была уже такой густой, она не могла проглотить все это, хотя отчаянно хотела и тёплые «сливочки» вытекали из её губ и стекали по подбородку. Июля вздрогнула от желания, когда поняла, что обычно ей очень нужно было кончить, она кончила, когда отсасывала у папочки, но по известной причине для неё, да и для папы, на этот раз она не кончила. Её влагалище было обильно мокрой массой сока её киски, а соски были твёрдыми как камень, ноющими от вожделения к папе, но Июля не сжимала свои бёдра, как обычно она сжимала, чтобы кончить, когда сосала папе член и когда папа отдышался, он прижал к себе дочь, а Июля не в силах сдержать своего желания и радуясь тому предвкушению, которое девушка уже предчувствовала испытать с любимым папой.

Виктор улыбнулся, лаская сиськи своим влажным ртом, сначала одну, потом другую. Он посасывал и облизывал твёрдые соски, используя зубы, чтобы нежно и осторожно покусывать края. Июля начала трахать себя пальцами, но внезапно Виктор убрал руку дочери от дрожащей киски и она прям дёргалась от удовольствия, от быстро двигающегося папочкиного пальца.

— Ооо, как хорошо, папа! — взвизгнула от наслаждения Июля и пока Виктор трахал её, он продолжал сосать ее раскрасневшиеся сиськи, облизывая и кусая их снова и снова, пока она не застонала от возбуждения. Она мотала головой из стороны в сторону на кровати, снова и снова бормоча: «Папа, мой милый папочка!» Горячий сок киски Июли лился свободно, увеличиваясь по мере того, как она наслаждалась от пальцев папы, двигающихся по её мокрой щелочке.

Внезапно папа скользнул пальцем в скользкую киску дочери. Она раздвинула ноги так широко, как только могла, позволив папе полностью просунуть палец в её анальное отверстие. Всё тело Июли корчилось и извивалось, дрожало на кровати. Она скользнула руками под свои ягодицы и приподняла свою попу с кровати, в то время как её папочка продолжал сосать её сиськи и трахать пальцами её мокрую киску. Виктор чувствовал, что даже его пальцы дочь сжимала мышцами. Они прям плотно сомкнулись вокруг пальцев. Виктор как всегда всовывал два пальца, средний и безымянный. Когда уже собиралась кончить, Июля почувствовала, как папины пальцы покидают её киску, и разочарованно даже запаниковала, но то, что произошло в следующее мгновение, заставило её голову закружиться от сладостной радости, папа открыв рот, припал губами к входу во влагалище, а язык всунул и начал им шевелить по кругу всего входа мокрой пещерки дочери.

— Ой, папочка, как хорошо, как хорошо мне! Лижи, лижи её папочка! Пей сок, она вся твоя! — стонала Июля и двигала бёдрами вверх-вниз и круговыми движениями, ёрзая по рту папы своей горячей, мокрой киской. Виктор лизал и сосал, причмокивая губами от удовольствия, в то время, как сладко — кисленький «соус» киски его дочери почти непрерывно лился в рот Виктору. Пока он лизал и сосал напряженный клитор дочки, он снова всунул два пальца в мокрую пещерку, страстно трахая пальцами, одновременно посасывая клитор.

— Ты, только наслаждайся, доченька! — сказал Виктор и слизал сок, вытекающий из киски дочери.

— Да, папочка! Ооо, Боже, папочка, как хорошо! Продолжай, папочка! — взмолилась Июля, прижимая голову папы к своей киске. Пальцы Виктора входили и выходили из хлюпающей киски дочери. Бёдра Июли двигались вперед и назад, в такт пальцев папы, в то время как рот Виктора страстно, аппетитно сосал пульсирующий клитор, — Скоро, папочка, скоро! — взвизгнула Июля, всё прижимая голову папы к киске, — Быстрее, папа, я кончаю! Но в этот момент Виктор решил, что хочет засунуть в очко своей маленькой девочки нечто большее, чем просто язык. Он оторвал свой рот от её промежности и встал на колени между ее ног. Головкой члена поласкал клитор и всунув член, медленно и мягко вошёл в киску дочери.

— Ааа, даа, выеби меня, папочка, выеби меня своим хуем! Да, это то, что мне нужно! Да, папа, да! Еби меня, папочка! Заставь меня кончить еще раз, папочка! Это так приятно! — стонала Июля и радостно смотрела на своего папу, вдохновляя его своим взглядом, выражающим блаженство, вгонять свой толстый член в её дёргающуюся киску и высасывать до головки, как поршень.

— Какая ты сейчас красивая! — прошептал Виктор, наблюдая, как его дочь вцепилась в свои сиськи, сжимая и щипая их, как её красивое лицо стало ещё красивее и как она сжимала и разжимала мускулы своей вагины, синхронно с его ускоряющимися толчками. Внезапно Июля почувствовала подъём очередной волны оргазма.

— Ооо, папа, ты снова заставляешь меня кончать! Я скоро приплыву! — прошептала Июля, чувствуя, как на неё нахлынули несколько сильных сладостных волн горячего оргазма, одна быстро следовала за другой и она стала трястись в приходах этих оргазмов и тут же почувствовала, как папа ускорил движения и застонал:

— Я тоже сейчас приплыву, доченька! — и Виктор завопил, когда из его члена хлынул поток густых, белых, тёплых «сливок» в киску — вагиночку его дочки красавицы. Когда она почувствовала, как сливочная сперма её папочки наполняет киску — вагину до краёв, она улыбнулась, думая, как ей повезло иметь такого замечательного любовника, её родного папочки. После того, как папа и дочь закончили кончать, а Июлю всё ещё иногда трясло, Виктор и Июля уютно лежали в объятиях друг друга, оба знали, что как только у них откроется второе дыхание, они снова будут заниматься сексом, но обстоятельства жизни оказались сильнее и Виктор объявил:

— Дочка, сегодня и мама, и я на своих ночных дежурствах и чтобы ночью не быть одной, позвони, Серёже, пусть приедет! — мягко сказал Виктор, проводя рукой по внутренней стороне бедер девушки, которые были мокрыми от спермы и сока киски. Виктор любил, чтобы прелести и жены, и дочери, были подолгу мокрыми.

— Хорошо, пап, я позвоню Серёже! — сказала Июля с лёгким вздохом.

— Сегодня дашь ему в киску? — спросил Виктор, — Ты говорила, что только в попу было у вас и оральный секс! — не унимался Виктор в своих ревностных расспросах.

— Да, пап, сегодня дам! Пусть поебёт в киску! — сказала Июля, — Пап, ты ревнуешь? — спросила Июля.

— Есть немного, дочка! — сказал Виктор, — Ну, ты ж у меня всё понимаешь, правда?

— Да, папа! Мне хочется, чтобы ты знал, что с тобой и с мамой мне всегда очень хорошо, особенно с тобой!

Глава 6.

Секс с папой в эти дни помогал Июле лучше ладить с Серёжей, но она была достаточно умна, чтобы понимать, что это было, в лучшем случае, превентивной мерой, что с папой секс никак ни шёл в сравнении с Серёжей.

— Ну, всё, мне пора собираться! — одобрительно пробормотал Виктор, — Не забывай противозачаточные! — напутствовал папа.

— Хорошо, пап, конечно! — и Июля засмеялась. Волнистые, чёрные волосы Июли упали ей на плечи и на грудь. Она подошла к своей кровати, красивая, в полупрозрачной ночнушке и Серёжа улыбнулся, увидев, что она распустила для него волосы, как он сказал ей, что ему это нравится. Июля скользнула под одеяло и легла рядом со своим парнем, и он протянул руку, чтобы коснуться её волос. Серёжа был уже голый. Тыльная сторона его ладони погладила её грудь. С тёплой улыбкой Июля взяла голову Серёжи в руки и прижалась к нему открытым ртом, страстно целуя его. Он крепко поцеловал её в ответ. Их открытые рты были скреплены вместе. Серёжа просунул язык в рот своей девушки, пробуя её сладость. Она прислонилась к нему, её сиськи задели его обнажённую грудь. Тёплые холмики сисек расплющились, прижавшись к нему и Серёжа чувствовала их тепло сквозь полупрозрачную, короткую ночную рубашку. Он обнял её, проникая языком глубже в её рот. Пока влюблённые парень и девушка целовались, Июля ласково провела рукой по его голым плечам. Она была в восторге от ощущения подтянутых мышц, сгибающихся под её пальцами. Её ищущая рука опустилась ещё ниже к его промежности, которая всё ещё была прикрыта одеялом. Она чувствовала, как его член становится твёрдым. Одеяло поднялось выпуклостью, похожей на палатку, когда член 18 — летнего парня увеличился. Июля ласкала его сквозь одеяло, обводя очертания уже затвердевшего стержня плоти её любимого парня. Серёжа глубоко застонал, и его язык настойчиво скользнул по языку любимой. Июля почувствовала, что её кровь закипает. Никогда раньше она не чувствовала себя настолько возбужденной по отношению к своему парню, только всегда чувствовала подобное возбуждение к папе и она сказала про себя папе «спасибо» за то, что папа настоял на том, чтобы она имела по большому счёту разнообразие в её сексе. Прошло ведь мало времени с того разговора, после которого Июля согласилась встречаться с парнями, а конкретно с Серёжей, а их сексуальная жизнь улучшалась, Июля всегда кончала с Серёжей и даже кончала, когда давала ему в попу, когда сосала ему и тоже кончала. Она прервала их поцелуй, застонав, увидев, как её слюна блестит на губах Серёжи.

— Ложись посередине кровати! — сказала мягко Июля, а сама встала, над Серёжей, между его ног, и ей понравилось, как его глаза остановились на её затвердевших сосках, прижимавшихся к тонкой ночнушке.

— Смотри на меня и дрочи! — тихо велела Июля и закусила нижнюю губу, смотря, как Серёжа начал дрочить член и когда он со стоном потянулся к ней, Июля слегка наклонилась назад и тихо сказала:

— Подожди! Позволь мне раздеться для тебя, дорогой! Дрочи и смотри! — почти шёпотом сказала Июля и медленным, чувственным движением она стянула тоненькие бретельки ночнушки со своих гладких плеч, освободив свои сиськи, которые слегка покачивались, затем Июля встала и ночнушка упала к ступням, она перешагнула её, оставаясь в белоснежных трусиках с розовыми сердечками.

— Как ты прекрасна, Июля! — простонал Серёжа, и снова застонал, желая свою любимую девушку так сильно, что чувствовал её вкус. Его дрожащий член нетерпеливо подпрыгивал и дёргался. Он был счастлив, что из всех парней, что бегали за ней в школе, Июля выбрала его. Взволнованная необычной сдержанностью своего парня, Июля смотрела, как он дрочит и медленно стянула с бёдер трусики, вспомнив папу, что папа всегда сам снимал с неё трусики, чтобы понюхать, слизать сок её киски. Она переступила через трусики и, теперь совершенно голая, стояла на Серёжей. Её твёрдые соски и уже набухшие половые губы были темно-розовыми, почти красными от её секса с папой, но Серёже не суждено было этого знать.

Серёжа обвил руками бёдра любимой девушки, когда опустилась между его ног. Она сейчас встала на свои колени между мускулистыми ногами Серёжи. Его член коснулся головкой её бёдер. Она чувствовала тепло его члена и застонала от влечения. Июля наклонилась так, что сейчас её сиськи с напряжёнными сосками тёрлись о его лицо. Она покачивала верхней частью тела из стороны в сторону, тёрлась о него грудью. Она положила руки на затылок Серёжи и притянула его к себе, спрятав его лицо между своими сиськами, укрывая его там между ними. Тёплая, гладкая плоть прижалась к лицу. Июля отстранилась, обхватив грудь ладонью и поднося её ко рту Серёжи. Она направила свой застывший красный сосок к его губам. Он обернул их вокруг её соска и стал сосать.

— Ооо, даа, Серёжа! — вздохнула Июля, прижимая его голову к своей груди и лаская его волосы, пока он ласкал её сосок. Пока он сосал, она протянула руку между его ног и сомкнула свой кулачок вокруг его твёрдого члена. Она почувствовала, как он пульсирует в ее хватке, и застонала от возбуждения. Пусть диаметр был не такой, как у папы, у папы она не обхватывала, но от Серёжиного она всегда достигала оргазма и испытывала во время секса всегда наслаждения. Сейчас, поддразнивая, она погладила его член, проводя кончиками пальцев по стволу, который становился все более горячим и толстым.

— Ухх, Июлечка! — простонал Серёжа, когда его девушка слегка провела ногтями по его члену. Затем она начала нежно перебирать его яйца. Они были твёрдыми и тугими в своем мешке. Острые сладостные ощущения пульсировали в её напряженных сосках, пока его губы жадно их сосали. Её соки текли в её киску, и её половые губы дрожали. Серёжа застонал, когда она отстранилась, убирая свою грудь от его рта. Слюна блестела на соске и Июля опустила голову к ногам Серёжи.

— О, Июлечка! — выдохнул Серёжа, испытывая удовольствие, от того, что Июля ласкала своими волосами член и яйца, улыбаясь Серёже, а потом взялась за ствол члена и направила его к своему открытому рту, облизала губы, смачивая их, поцеловала гладкую головку члена, прежде чем взять её в рот. Серёжа задрожал всем телом, когда его твёрдый член был окружён горячим, влажным ртом Июли. Он закрыл глаза от удовольствия и откинул голову на изголовье кровати. Язык Июли ласкал его головку, дразняще облизывая её. Она провела ею по гладкому, скользкому нёбу своего влажного рта. Затем она ещё больше опустила голову, забирая его член глубже в рот, в горло. Папин толстый член Июля не могла впустить в своё горло, а вот Серёжин член она заглатывала, впуская головку член в колечко горла. Её щёки впали, когда она сосала его. Её голова моталась вверх и вниз. Серёжа стонал и ласкал волосы Июли, её лицо, её плечи. Он коснулся её груди, проведя пальцами по мягкой плоти и твёрдым соскам. Июля влажно прихлёбывала и сосала член Серёжи, который дрожал у неё во рту. Она так гордилась им за то, что он научился сдерживаться. Всегда раньше, до их разговора той ночью, парень кончал сразу же, как только она брала его в рот. Её голова раскачивалась всё быстрее и быстрее, её сморщенные губы ласкали член, когда они скользили по нему вверх и вниз. Его член теперь был таким горячим на её языке, что она почувствовала, как будто он обжигает её. Июля вбирала член одноклассника, как можно глубже в рот, так что он оказался глубоко в её горле. Она сжала его яйца, желая отвлечь его сейчас. И она это сделала, она сжала рот вокруг его пульсирующего члена, когда его сперма брызнула из его набухшей головки члена. Она жадно сосала его, пока он брызгал, глотая вкусную сперму и она тёплая, вязкая, успокаивающе скользнула вниз по её горлу. Июля проглотила сперму своего парня, и её сосущий рот высасывал его досуха, вбирая в себя каждую каплю. Она держала его твердый член во рту ещё долго после того, как он перестал кончать. Он оставался твердым после того, как исчезли последние толчки его оргазма. Она подняла голову и потерлась губами о его разгоряченный член, а его красный ствол с пульсирующими голубыми венами блестел от спермы и слюны. Июля держала выпуклую головку члена во рту, вращая вокруг неё языком, слизывая последние капли, прежде чем вынуть ее изо рта. Девушка улыбнулась своему однокласснику, положив руки ему на плечи и толкнув его вниз, так что он лежал ровно на этой спинке на кровати. Его член оставался твёрдым, сильным и красным. Его грудь вздымалась и опускалась от тяжелого дыхания, и он боролся за глоток воздуха, не сводя глаз с прекрасной девушки. Ладонь Июли сомкнулась на его члене, так что красная головка с вздутыми венами торчала из кончика её кулака. Сергей вздохнул от удовольствия, когда Июля сжала его член, отчего из его красного кончика вытекла единственная капля спермы. Она лизнула его, жадно проглотив. Затем она зажала палец между мокрыми дрожащими половыми губами и скользнула им вверх, до клитора, потеребила его, приближая палец к входу во влагалище, и тут Июля оседлала бёдра парня, всё ещё держа его член в вертикальном положении в своей руке. Её скрещенные ноги прижались к его бокам, её киска замерла над членом. Она стояла на коленях и медленно опускалась до тех пор, пока его плоть не коснулась её, а его член прижался к её влажной киске. Она провела головкой члена по своим влажным половым губам.

— О, Боже, как приятно! — выдохнула Июля, а потом замерла, приоткрывая рот и смотря на Сергея.

— О, давай, садись! — со стоном попросил Сергей, ожидая удовольствие, потом наслаждение и кульминационное сладостное облегчение. Июля улыбнулась, направляя член между губами своей киски и опускаясь на него. Красная головка его набухшего члена раздвинула её половые губки, раздвинув их в стороны и мягко, медленно вошла в её киску. Ее влагалище было ярко-розовым, из него капала влага, и оно пульсировало, смыкаясь вокруг члена. И Июля и Сергей, ахнули и задрожали, когда головка члена наполнила её киску, пульсируя в её тугих стенках влагалища. Она опустилась ещё ниже, принимая его член глубоко внутрь себя. Стенки её киски послушно растянулись, освобождая место для члена. Сергей был потрясён возбуждением от того, что его член медленно скользил по мокрой киске его девушки. Раньше он всегда эгоистично входил в неё так быстро, что не замечал этого иногда немного болезненно — дразнящего ощущения для Июли, и впервые он начал понимать, что обманывал себя так же сильно, как и Июлю. Сейчас он стал понимать, что киска Июли была похожа на горячий, влажный бархат для его члена. Июля всегда полностью принимала его член внутрь себя, и головка члена и сам ствол члена всегда сжимались мышцами стенок её влагалища, отчего Сергей всегда стонал от наслаждения. Её половые губки плотно обхватывали полностью диаметр ствола члена и Сергей любовался сейчас этой картиной, а Июля наклонилась вперёд, заставляя его заполнить её ещё глубже. Она растянулась на теле Сергея, как она любила это делать на теле своего папы. Её груди с напряжёнными сосками коснулись его раскрасневшегося лица, и она засунула сосок в его открытый рот. Она двигалась, покачивая бёдрами взад-вперёд и в стороны. Эротическое мокрое трение взволновало обоих, когда член скользил по её мокрой киске — вагине. Её попа покачивалась, когда она поднималась и опускалась. Когда её бёдра двинулись вверх, из-под половых губ показался красный член с потёками беленького сока киски. Затем она снова опускалась, принимая его глубоко внутрь себя, прижимая свои бёдра к его, так что её половые губы прижимались к нему. Матрас прогнулся, и пружины заскрипели, когда девушка и парень корчились вместе в экстазе, всё быстрее и сильнее. Сиськи Июли заполнили сосущий рот Сергея, заглушая его крики, когда он начал кончать. Его тело напряглось, сильно трясясь, а Июля еще несколько раз яростно извивалась бёдрами, яростно впиваясь в твёрдый член Сергея, чтобы кончить.

— Ооо! — вскричала Июля, когда достигла кульминации. Она села прямо на член своего мужа, дрожа и стеная от сладостного экстаза.

Её киска конвульсивно задрожала, она ритмично сжимала член, пока она кончала, сжимая оргазмирующий член, «выдаивая» сперму.

Июля рухнула на вздрагивающее тело своего молодого человека и томно продолжая стонать, когда они кончили кончать вместе. Они долго лежали неподвижно, приходя в себя после самой захватывающей сессии их секса, который они когда-либо вместе испытывали. Член Сергея всё ещё был твёрд внутри неё, и она всё ещё чувствовала, как он пульсирует на стенках её киски — вагины.

Через несколько мгновений Июля скатилась с него. Её киску приятно покалывало, когда твёрдый член скользнул по её мокрой киске — вагине и, наконец, выскочил из её половых губ. Теперь она лежала рядом с ним, на боку, и счастливо улыбалась ему. Сергей благодарно прижался к ней так, что его член прижался к её спелым ягодицам. Он потянулся, сжимая её сиськи, по одной в каждой руке.

— Как классно! — вздохнула Июля, лаская бёдра Сергея.

— Да, это было здорово! — сказал Сергей, удовлетворенно улыбаясь, — Скажи мне! Как ты научилась так красиво заниматься любовью в эти последние несколько недель? — с любопытством спросил Сергей.

— Это просто всё интуитивно, Серёжа! — ответила Июля. Под утро, Серёжа ушёл, а Июля, проводив его тут же уснула.

Глава 7.

Проснувшись, Июля сходила в магазин и возвращаясь, очень хотела увидеть кого то из своих родителей, но больше всего своего папу, чтобы сообщить ему, как чудесно она потрахалась с Серёжей. Ей хотелось рассказать папе, по одной причине, что от её рассказа, папа обязательно возбудится и её трахнет. Конечно же, больше всего на свете она хотела потрахаться с папочкой. Июля спустилась к кухне, попила чаю и смотря на часы, подумала, что в это время по — любому кто то должен быть уже дома и направляясь в спальню родителей, обнаружила, что мама дома и Июля уже возбуждённая подошла и несколько минут стояла рядом с кроватью, глядя на свою красивую маму, вспоминая, как она смотрела подходя, на секс родителей и бывало, пока шла к их кровати, уже себя на ходу ласкала и сейчас она желала, чтобы она и её папочка с мамочкой лежали на кровати обнаженными и занимались их семейный сексом втроём. Со вздохом Июля прилегла рядом с мамой, юная и прекрасная, лениво потянулась, надеясь, что папа скоро будет дома. И, прежде чем она это осознала, она посмотрела на маму, а мама вдруг открыла глаза стала смотреть на дочку со странным выражением на её красивом лице.

— О, мамочка, приветик! — покраснев, сказала Июля, прижимаясь к Лидии, — Я, сильно соскучилась за тобой, мам!

— Я, тоже, доченька! — ласково пробормотала Лидия, и её глаза, восторженным блеском от красоты тела, заскользили по телу дочери, — Боже мой, дочка, какая же ты у нас с папой ладненькая! — сказала Лидия с улыбкой и обняла дочь, и Июля стало так хорошо от того, что прижимается своим тёплым телом к телу мамы. Июля немного отстранилась от мамы назад, приподняла голову, чтобы увидеть выражение лица мамы, и, к её изумлению, мама поцеловала её в губы. Губы мамы были мягкими и тёплыми, и, прежде чем Июля успела осознать, что происходит, она почувствовала, как язык мамы проникает ей в рот, исследуя, пробуя на вкус. Сначала Июля ахнула от неожиданности и подумала о том, чтобы вырваться из объятий мамы и самой взять всю инициативу их ласк, но затем она поддалась возбужденной пульсации в своей киске и прижалась губами к губам мамы, страстно отвечая на её поцелуи. Мама и дочь крепко обняли друг друга. Рука Лидии лежала на спине Июли. Сквозь ткань своего платья Лидия чувствовала тепло тела своей дочери. Она опустила руку на ягодицы, погладила по изогнутой попке, сжала одну из дрожащих ягодиц, заставив дочь тихо застонать. Лидия ночью на дежурстве, так хотела увидеть свою дочь голой, вспоминая дочь. Она нежно прервала их запретный поцелуй. Июля почувствовала себя ошеломленной. Её соски покалывали и становились твёрдыми. Она смотрела на красавицу маму как загипнотизированная, не в силах больше думать самостоятельно.

— Хочешь поебаться по — нашему? — дрожащим голосом спросила Лидия и сжала сиськи дочери, а Июля застонала от желания.

— Да, мама, по — нашему! — тихо ответила Июля и её киска сладко «зачесалась» от страсти к маме. Сняв быстро рубашку и оказавшись в белоснежном лифчике, который соблазнительно смотрелся на её кремово — смугло — розовой плоти сисек, Июля, как всегда покраснела. Обтягивающий лифчик увеличил её грудь, создавая глубокую впадину между ними и заставляя их казаться больше, чем они были на самом деле. Видно было, как её напряжённые соски прижимаются к кружевным белым чашечкам лифчика. Лидия, задрав юбку, стала снимать колготки с округлых бёдер 18 — летней дочери, она опустилась на колени, чтобы скатывать колготки с икр дочери, а Июля подняла сначала одну ногу, потом другую, чтобы мама могла снять колготки. Белые трусики были низкими спереди, настолько низкими, что густая полоска чёрных курчавых волосиков, виднелась из-за эластичного пояса. Когда Лидия смотрела на промежность своей дочери, её сердце бешено заколотилось, заставляя женщину чувствовать головокружение и лёгкое опьянение. Обняв дочь, она потянулась к её спине и быстро расстегнула её лифчик, затем спустила бретельки с её рук. Сиськи Июли вывалились из чашечек, соски напряглись, превратившись в пульсирующие стояки. Лифчик сидел на ней немного туговато, потому что Лидия увидела, что бретельки несколько врезались в её тело, оставив небольшие красноватые следы. Лидия ласкала сиськи дочери, обхватывала их, поднимала, сжимала вместе. Она стонала, когда держала твёрдые девичьи груди.

— Ох, мамочка! — простонала Июля, её глаза сияли, а рот был красиво приоткрыт.

— Ты такая красивая у меня, девочка моя! — промурлыкала Лидия, наконец, отпустив грудь дочери и медленно сняла с Июли трусики, и её лицо выразило восторг похоти, пока она снимала трусики и смотрела на выделения на ластовице трусиков. Трусики соскользнули с ног Июли и упали ей на лодыжки. Она вышла из них, теперь совершенно голая, смуглая, гладкая и тёплая. Лидия уставилась на половые губы дочкиной киски. Они были набухшими от желания и влажными от соков.

— Хочу раздеть тебя, мама! — застенчиво сказала Июля.

— Иди ложись дочка! Я хочу, чтобы ты смотрела, как я раздеваюсь, а ты ласкала себя! — сказала Лидия и её голос зазвучал волнующе от сильного влечения к телу дочери. Июля послушно легла и вытянувшись на спине, она слегка раздвинула ноги, чувствуя возбужденный взгляд мамы на каждом своём участке тела. Лидия быстро разделась. Затем, стоя рядом с кроватью, всё ещё глядя на дочь, она подмигнула и улыбнувшись попросила:

— Покажи мне, как ты играешь со своей киской! — сказала Лидия, и слова мамы невероятно возбудили Июлю. Она сдвинула свои сиськи вместе, затем раздвинула их. Её руки блуждали по её плоскому животу. Она положила руку на свою обнажённую, влажную киску и потерла её сильно и быстро. Наслаждение выражалось на её красивом молодом лице. Июля смотрела на обнажённое тело мамы, продолжая ласкать свою киску. Сиськи мамы слегка покачивались, когда она переминалась с одной ноги на другую. Чёрненькая полоска волосиков на лобке, как и у Июли хорошо виднелась на венерином холмике, половые губы раздвинулись от желания, обнажая внутреннюю влажную плоть похотливого взгляда её дочери. Широкие бёдра были пышными и женственными, но не толстыми.

— О, мамочка, ты красива! — вздохнула Июля, любуясь мамой, а Лидия улыбнувшись своей девочке, тихо прошептала, взмахивая своими ногами, вскарабкавшись на голову дочери, как будто взбиралась в седло:

— Лижи дочка! Я на работе только и думала об этом! — сказала Лидия и оседлала голову дочери и оказалась лицом к её ногам. Она согнула ноги вдвое, её киска нависла над ртом Июли. Дразняще, она опустила губы, пока её киска не оказалась прямо над губами дочери.

Когда Июля застонала и поцеловала вагину мамы, а затем и лизнула её, Лидия застонала от охватившего блаженства. Соски её сисек напряглись и сладостно затвердели.

— Мам, как же я хочу лизать твою киску! — прошептала Июля. Это были слова, сказанные дочерью, которые Лидия всегда ждала услышать, а именно, что её дочь хочет лизать киску из которой 18 лет назад родилась. А ещё Лидия знала, что пришло время позволить дочери получить то, чего она хочет, получать то самое божественное наслаждение, которое хотят они обе. Половые губы киски Лидии были тёплыми, мягкими и влажными, когда коснулись лица Июли. Её набухшие половые губы встретились со ртом дочери. Они призывно раздвинулись и густые соки капали с них на открытый рот дочери и она застонала, почувствовав, как её лицо сладко обволакивают горячие, влажные и пахучие розовые складки влагалища, гладкие и блестящие от сока, размазавшего её лицо. Она застонала и просунула язык внутрь маминой вагины. Её соки были густыми и горячими, и они белели на языке Июли.

— Девочка моя, Июлечка, доченька! — вздохнула Лидия, — Лижи киску своей мамочки! Лижи мамину пизду из которой родилась! Ооо! Да, да! — стонала Лидия. Она наклонилась вперёд, заставляя свою киску ещё сильнее прижаться ко рту дочери. Лидия положила руки на мягкие внутренние поверхности бёдер дочери, опустила голову, её большие сиськи прижались к животу Июли, а затем Лидия засунула голову между ног дочки, а рот прижался к её киске. Её лицо красиво выражало истому наслаждения. Она целовала и лизала половые губы дочкиной писечки, которые широко раскрылись, обнажая блестящие розовые мембраны нежных складок внутри. Лидия глубоко проникла в киску дочери своим языком, облизывая и любовно вылизывая вкусные соки и застонала, смакуя уже во рту вкус «соуса» дочкиной вагины.

— Ухх, как классно! — простонала Июля в зияющую вагину мамы. Она держала язык прямо, его кончик прижался к клитору мамы. Она чувствовала, как твердеет, утолщается и пульсирует мамин клитор под её языком, и ощущение того, что маме очень хорошо от её языка и губ, полностью возбудило Июлю, заставляя собственную киску сочиться всё большим и большим соком. Лидия в одном темпе покачивала бёдрами взад-вперёд на губах дочери. В какую бы сторону она ни двигалась вперёд, назад или в сторону, язык Июли ловко находил горошинку головочки клитора и продолжал прижиматься к нему.

Лидия решила отплатить тем же. Она обернула языком твёрдый клитор дочери, потирая его, лаская его, и была вознаграждена длинной серией похотливых стонов изо рта Июли. Комната наполнилась мускусным запахом вагин мамы и дочери, наполнилась мягкими влажными звуками чмоканий ртов, лакомящихся двумя мокрыми кисками. Это был не первый раз, секс мамы и дочери и обе знали, как доводить друг друга до прихода божественного оргазма, и Лидия хорошо знала, что могла быстро и сразу довести свою дочь до оргазма. Но она решила сдержаться, желая довести девушку до апогея возбуждения. Она знала, что будет лучше медленно стимулировать дочь, так сказать, разжигать огонь. И чем больше Лидия возбуждала свою малышку, тем больше усилий она вкладывала в свои движения языком, и тем больше возбуждалась её собственная киска.

— Ааа, мамочка! Да, да, как сладко и вкусно, мама! — простонала Июля, любуясь розовым влагалищем мамы. Девушка с трудом мог поверить, что она принимает участие в этом лесбийском акте, на что она никогда не думала, что способна. Но по мере того, как она ласкала языком мокрую киску своей мамы, и по мере того, как её собственное влагалище становилось все более влажным и горячим на фоне сосущего и облизывающего рта мамы. Июля должна была признаться себе, что это было одно из самых захватывающих переживаний в её жизни, а самое первое было конечно, когда папа на маминых глазах дочь девственности. И она наслаждалась каждым горячим, покалывающим ощущением, которое рот мамы производил в ее киске. Она снова застонала, чувствуя, как язык мамы теребит её твёрдый клитор в течение нескольких головокружительных минут, прежде чем вернуться в её очко и глубоко войти двумя пальцами.

Словно прочитав мысли дочери, Лидия вдруг решила пойти на это, заставить дочку кончить. Она ускорила ритм лизания языком, сводя девушку под собой с ума от похоти и удовольствия. Снова и снова, используя быстрые движения, Лидия водила языком по всей длине в пизду дочки и обратно. Следуя примеру своей мамы, Июля начала трахать языком тугую киску мамы быстрее, сильнее и глубже. Она напрягла свои сильные мышцы киски вокруг вторгающегося языка мамы, в то же время она чувствовала, как мышцы пизды мамы смыкаются вокруг её собственного языка. После страстной ласки языком своей мамы в течение нескольких моментов, затаив дыхание, девушка вытащила свой язык из мокрого влагалища мамы, чтобы потеребить очень быстро языком клитор мамы.

— Ууу! — простонала Лидия, уткнувшись в мокрую пизду своей дочери, взволнованная тем, как нетерпеливо её вылизывала дочка. Июля стонала снова и снова, чувствуя, как мама ещё больше ускоряет движения языком. Она выгнула спину, приподняла ягодицы с кровати и прижала их к лицу мамы. Она знала, что вот-вот кончит, и была взволнована, осознав, что если она и ее мать будут продолжать в том же интенсивном, быстром темпе, когда они пожирают друг друга, они, скорее всего, сойдутся. Но потом Лидия решила, что дочка должна подождать еще немного, прежде чем прийти. Июля зависла по эту сторону оргазма. Каждый раз, когда она чувствовала, что ещё несколько проникновений языка мамы доведут её до крайности, мама успокаивалась и позволяла дочке на время остыть.

— Ааа, мамочка, мама! — простонала Июля, и вибрации от её открытого рта на половых губах маминой вагины, доставляли наслаждение, вызывая у мамы дополнительный трепет сладкого наслаждения. Этот трепет был началом её кульминации, несмотря на её план сдерживаться подольше. Когда Лидия начала кончать, она поняла, что пришло время заставить её дочку кончить, чтобы они могли быть вместе в экстазе. Июля почувствовала, как стенки влагалища её мамы сжались под её языком, и она знала, что мама кончает. Свежие струи сока хлынули из вагины Лидии в рот Июли, и она жадно проглотила их. Июля тоже хотела кончить, и у неё возникло искушение оторвать лицо от киски мамы и умолять заставить её кончить, но так как мамина киска была такой вкусной, и было так волнительно ощущать оргазмические спазмы у её рта, что она просто не могла заставить себя оторвать рот. Поэтому вместо этого она стонала и стонала лаская вагину мамы, надеясь, что мама понимает, что дочка просто хочет «пить» сок маминой вагины. Лидия сделала губы трубочкой и потёрлась их гладкой влажной внутренней стороной о пульсирующий клитор дочери. Она сомкнула губы вокруг основания дрожащей горошинке клитора и всосала изо всех сил. Её губы удерживали клитор между собой, пока она сосала. Затем она провела языком по горошинке клитора, чувствуя, как дочь начинает дрожать и ускорила ласки языка быстрыми движениями. И Июля приплыла! Она вскричала, когда начала кончать. Её стоны экстаза были приглушены киской мамы. Лидия прижала свою вагину ко рту дочери. Обе, мама и дочь содрогнулись от удовольствия, когда они сошлись. Жар излучался из их кисок, хлюпая и издавая аромат влагалищного «соуса». Они сильно тряслись и дрожали, страстно обнимая друг друга. Густой, вкусный сок их вагин вытекал в рот друг другу, и они непрерывно стонали и глотали его. Их тела напряглись, каждый мускул напрягся, когда они кончали. Их влагалища судорожно дёрнулись друг у друга во рту. Они прижались бёдрами к головкам клитора друг друга так, что их рты и ноздри наполнились горячей, влажной мякотью киски. 18 — летняя девушка была немного шокирована силой пережитого ею оргазма. До сих пор она думала, что только папа может доставить ей такое пьянящее девичье блаженство. Из девушки вырвался вскрик и именно вскрик наслаждения, вырванный из неё мощным оргазмом. Теперь её голова была высоко поднята, а глаза смотрели на вагину мамы. Лидия встала на колени, её киска пульсировала, отрываясь от влажного тепла рта дочери. Июля излучала радость, её сиськи вздымались, её лицо было красным и ещё немного мокрым кисло — сладким «соусом» маминой вагины. Лидия скатилась с дочери и плюхнулась на большую кровать рядом с ней. Она смотрела на свою маленькую дочку, довольная тем, сколько удовольствия та, очевидно, доставила ей. А Июля схватилась за свои сиськи, постанывая и слегка извиваясь на кровати, пока, наконец, конвульсивная сила её волнообразного оргазма не угасла. Его сменило восхитительное настроение свободы и лёгкости, согревавшее каждую фибру её молодого девичьего тела. В то же мгновение мама и дочь повернулись на бок лицом друг к другу. Они улыбнулись друг другу в глаза и потянулись, чтобы коснуться и погладить сиськи друг друга.

— Мама, я хочу, чтобы ты знала, что я никогда раньше не чувствовал себя так близко к тебе и то, что мы только что испытали вместе, заставило меня почувствовать себя такой особенной для тебя! — сказала Июля.

— Ты особенная дочка, очень даже особенная, как для меня, так и для папы! Ты уже знаешь, что сколько времени мы упустили! Я ж говорила, что надо было нам начинать семейный наш секс, когда у тебя в 13 лет прошли первые твои месячные! — сказала Лидия, нежно целуя дочь в приоткрытые губы. Когда Июля начала засыпать в мягких объятиях мамы, она подумала о словах, сказанные мамой о том, что секс надо было им начинать, когда Июле было 13 лет, а ведь именно в этом возрасте Июля и начала, при своих мастурбациях, грезить сексом с родителями. А спустя два часа Июля проснулась от того, что папа нежно вобрал клитор вместе с его «капюшоном» в рот и засосал и вот в это время Июля и проснулась.

— О, папка, хулиган! — восторженно от охватившего наслаждения произнесла Июля, — А мама где! — спросила Июля, прижимая голову папы к своей киске.

— А маму срочно на работу вызвали! — ответил Виктор, уже аппетитно лаская киску дочери.

— О, пап, ты меня так уже разгорячил и возбудил, что я так думаю, что мы будем ебаться скоро, да? — и Июля, аж, задохнулась от наслаждения, а про себя подумала: «какой у меня сегодня ебливый день, и была ебливая ночь!»

— Так, а ты не думай! Ты, просто сейчас чувствуй себя, а всё остальное конечно же приложится! — с восторженной улыбкой сказал Виктор, неохотно отрываясь от лизания киски дочери. Папа похоже играл с киской дочери, дразня языком то половые губки, то сам клитор, то начинал теребить языком клитор одновременно вводя два пальца в киску и искусно ими трахая и лаская клитор до прихода дочкиного волнообразного оргазма, и теперь Июля просила папу:

— Боже, папочка, ты ещё никогда так быстро не доводил меня до оргазма! Я так сейчас возбуждена! Ты возбудил меня сразу, как только начал лизать и я проснулась! — сказала Июля и всё её тело было возбуждено до лихорадочной степени влечения искусными руками и ртом папы, что Июля не выдержала и томным голосом прошептала, — Папа, папочка, я хочу ебаться!

— Да, дочка, да! И я хочу поебать тебя! — сказал Виктор и быстро начал раздеваться. А когда совсем голый, приблизился к голове дочери, Июля поняла папу и обнажив головку члена, взяла её в рот и держа губами начала теребить головку языком не размыкая губ.

— О, да, дочка, немного пососи его! Да! — застонал Виктор и потом спросил, — Может сейчас хочешь как то по особенному поебаться, а, дочка?

— Хочу в попу, пап! Давай! — попросила Июля и добавила, — Хочу в попу поебаться!

— Конечно, дочка, с удовольствием! — сказал Виктор, переворачивая дочку так, что теперь она лежала лицом вниз на кровати. Он протянул руку и сильно шлепнул ее по лилейно-белым ягодицам, оставив большой красный отпечаток ладони на нежной плоти.

— О, Боже, я люблю это! — взвизгнула Июля, чувствуя, как из киски вытекает сок и дотянувшись до ящика тумбочки, открыла его и достала лубрикант, — Пап, на, смажь! — и Июля подала смазку папе.

— Мама с работы принесла? — спросил Виктор, намазывая на головку члена смазку.

— Да, — ответила Июля, — Зачем покупать, если у мамы есть на работе! — сказала Июля и тихо взвизгнула, — Ай, холодный! — имея в виду смазку для анального секса.

— Сейчас немного потерпи, ладно? — сказал Виктор, прижимая головку члена к тугому анусу дочки.

— Да, папочка! — прошептала Июля и почувствовала, как папа ещё шире сам раздвинул её ягодицы, а это уже она собиралась сделать, и папа медленно начал всовывать член пройдя сфинктер, Виктор стал ждать, пока он привыкнет в диаметру члена. Из — за смазки, головка хорошо и мягко входила в анус дочери. И с самого начала Июля простонала:

— Ай, папочка, родной мой! — она почувствовала знакомый прилив боли и удовольствия, который никогда не переставал волновать её с самого первого раза, когда папа самый первый раз потрахал её в попу, но тогда мама была и мама подлезла под неё и лизала клитор, а сейчас Июля сама себе его ласкала.

— Тебе сейчас нравится, дочка? — спросил Виктор, позволив своему толстому члену на секунду задержаться в попе, когда он склонился над её спиной.

— Даа, папа! Немного больно было! А сейчас это так здорово! Твой хуй так хорош в моём анусе! Давай, поеби! — и как только Июля попросила папу, Виктор начал двигаться в попе дочери медленными, чувственными движениями, пока она извивалась под ним, а теперь сама начала подталкивать свою попу к нему, чтобы глубже его чувствовать в попе и это подмазывание Виктору понравилось тем, что значит дочке хорошо, и что он был осторожен и не торопился. А её влагалище текло густым соком и как Июле самой хотелось сейчас испить свой влагалищный сок. Она сжала член своими тугими мышцами попы, пока папа плавно скользил в неё и наружу, до головки, опять в неё и наружу. Теперь Виктор трахал попу быстрее, искусно оценивая растущее возбуждение в самой попе дочери. Через какое то время Июля начинала свои движения попой, а папа замирал и эти её движения ещё больше вдохнули эрекции в член Виктора. Он чувствовал, как сильные ягодичные мускулы сжимаются и разжимаются вокруг его члена с каждым толчком, и он стонал от этих дочкиных сжиманий.

— Пап, так уже приятно! Мне сейчас лучше, чем прошлые разы, когда ебал в попу! Сейчас просто класс! Хорошо, папочка! Ммм, хорошо! — стонала Июля и она сейчас так гордилась своим папой за то, что он научил её получать её девичьи удовольствия. И она уже затаив дыхание предвкушала тот момент, когда он выстрелит спермой в ее попу. Она сжимала член мускулами попы и была готова использовать их, чтобы высосать все «сливки» из его яиц, пока он продолжал трахать её. Июля стонала, наслаждаясь захватывающим ощущением прикосновения её чувствительных сосков к простыне, когда её сиськи покачивались и тёрлись о простынь. Каждый раз, когда она отталкивала свою попу, чтобы встретить член папы, сила её движений заставляла сиськи подпрыгивать вверх, вниз и в стороны, и ей нравилось, как это приятно ощущалось. Яйца Виктора влажно шлёпались по ягодицам попы его красавицы дочери, пока он продолжал вонзать свой член в анус быстрыми, глубокими ударами. Взглянув вниз, он увидел, как его толстый, пульсирующий член выталкивается и снова входит в попку и Виктор улыбнулся, наблюдая, как бедра дочери непристойно покачивались в ответ на его толчки члена.

— О, доченька, ты у меня такая сексуальная! Как мне хорошо, дочка! — простонал Виктор от сладостной хватки тугого ануса дочери, когда она страстно двигала попой. Все ее тело было наполнено удовольствием и похотью, когда снова и снова член папы скользил вверх по ее горящей попе, полностью заполняя маленький туннель. Её ягодицы непристойно тряслись, когда член папы вонзался в неё. Это была их самая захватывающая сессия секса, и Июля могла видеть, что если папа продолжит свои сеансы консультирования, она скоро в свои 18 лет станет искусной любовницей. Ну, а пока яйца папы отбивали равномерный эротический ритм по обнаженной попке дочери, пока он продолжал входить и выходить из неё со всей своей юной мышечной силой её попы. Она протянула руку и начала поглаживать свою киску, засунув два пальца в её отверстие и используя большой палец, чтобы погладить её клитор.

— Ммм, как хорошо, папочка! — вздохнула Июля и мышцы её задницы сжимались и разжимались вокруг члена папы, когда её бёдра двигались вперёд и назад. Виктор простонал, радуясь тому, что теперь дочери от его толстого члена хорошо и он получил её разрешение трахнуть её ещё быстрее, а до этого он сдерживался, как просила дочка, чтобы он не так быстро двигался. И для того, чтобы ускориться, как попросила дочь, Виктор полностью вытащил свой член из ануса дочки, и с мягким толчком снова вогнал весь член в попу дочери. Июля вскрикнула, продолжая ласкать свою киску, а папа снова и снова таранил тугую дырочку ануса дочки. И каждый раз он засовывал свой член на всю длину в её дырочку. И каждый дочка вскрикивала от удовольствия, когда он глубоко погружался в неё. Когда он вонзил в неё свой член, она подняла свою попку, чтобы встретить его, помогая ему проникнуть в неё с каждым разом всё глубже. Она корчилась и стонала от удовольствия и знала, что скоро кончит.

— О, папа, ты так хорошо меня ебёшь в попу! Мне это нравится! Папочка! Папочка! Ммм! Мне это так нравится! — стонала Июля.

В то время, как папа продолжал вонзать свой член в упругую попу дочки, она продолжала напрягать и расслаблять свои сильные ягодичные мышцы, доставляя папе такое же пьянящее, приятное удовольствие, как и он ей.

— О, дочка, попка такая тугая! — Виктор застонал, пот струился с его лица и падал на спину дочери. Июля сжала мускулы попы сильнее и сильнее вокруг его расширяющегося члена и тут почувствовала приход оргазма и он пронзил её. Казалось, что это началось глубоко в её анусе, распространилось к её киске, на головочке клитора и вскоре каждый нерв, заканчивающийся в её теле, почувствовал его мощное воздействие. Она подбрасывала свою задницу вверх и вниз по кровати, когда дикая дрожь оргазмического экстаза разрывала её.

У Июли это был первый анально — вагинально — клиторальный оргазм. Когда она кончила, она продолжала сжимать член папы тугими стенками своей попы, а Виктор с каждым погружением вонзал свой член всё глубже в гладкую попу дочери, готовясь кончить сам.

— О, папочка, родненький мой! — застонала Июля, когда стала чувствовать, как член папы дёргается о стенки её попы. Она знала, что это означало, что папа вот-вот кончит, и ей не терпелось почувствовать, как его сперма хлынет в её попу. Виктор всунул свой член в сжимающейся анус, а затем начал тереть свой член плотным кругом внутри неё и яйца сжались у основания члена. Июля напрягая мышцы вокруг члена, сжала его и расслабила, снова сжала и расслабила и вот густая, тёплая струя спермы вырвалась из члена папы и излилась внутри попы дочери. Виктор откинул голову назад и крепко стиснул зубы, застонав от наслаждения, когда сперма вырывалась из его члена и заполняла анус дочки. Густая сперма перелилась через край, вытекая из коричневой дырочки ануса и стекала по бёдрам. Июля была счастлива началом её частых сексуальных наслаждений с родителями.

Есть ли реальные признания в инцесте? Есть! Вот когда стал возможен интернет, то появилась возможность рассказать и показать другим, что как прекрасен секс в семье, когда полная идиллия семейных сексуальных отношений. Сейчас, у кого инцестуальные отношения, обычно имеет две вещи, это необходимость держать в секрете, потому что это было насильно, а это незаконно, и это неправильно, и их молчание, это не только для защиты себя, но и для защиты других, а другие хотят рассказать, что секс в семье прекрасен, когда секс происходит по обоюдному согласию от взаимной симпатии к друг другу. Вот одна из таких семейных тайн, которую я описала и я люблю описывать свой секс с родителями и с родными мне людьми. И действительно, после Пандемии, времена настают инцестуальные. Контрацепция в наше время стала разнообразная и инцестуальный секс становится безусловно ради удовольствия и даже более, ради божественного ни с чем не сравнимого блаженства.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии