...

Любимая теща

В свои 41 год Диана выглядела великолепно. Высокая, крутобедрая, длинноногая, с объемной грудью и тонкой талией она до сих пор всегда и везде привлекала мужское внимание. А если учесть красивое лицо с правильными чертами, густые каштановые волосы, волной ниспадающие ниже лопаток, то становилось понятно, что штабеля мужчин у ног с возрастом не стали меньше. Впрочем, холодность и строгость, которыми веяло от нее, распугивали любителей клубнички. И ее это устраивало – муж вполне удовлетворял все потребности, хотя и был несколько чересчур мягок. Может быть от того, что слегка побаивался твердого характера жены.

Муж Николай был видным мужчиной: высокий, широкоплечий, с рано появившейся благообразной сединой на висках. Выносливый в постели, с прекрасной потенцией. Изменять такому – все равно, что пересаживаться с Мерседеса S-класса на Solaris. Вот до недавнего времени она и помыслить об этом не могла. И не хотела.

Истоки истории берут начало в далеком прошлом. В свое время, будучи молоденькой, она ушла к будущему мужу от его друга. Супруги неплохо раскрутились: в своем городке они владели сетью заправок, несколькими кафешками и кинотеатром. Впрочем, тот самый бывший друг мужа и ее просто бывший, раскрутился еще больше, но в Москве. И вот недавно в разгар ковидного кризиса в городе появился его сын — Тарас. Дела шли неважно, можно было потерять всё, а Тарас так и заявил, настояв на встрече: он прибыл, чтобы разорить их. Впрочем, едва он увидел их дочь, Женю, как тут же переменил решение. Теперь ему была нужна 20-летняя красотка, полностью пошедшая в мать. Что же, пришлось «продать», как уничижительно по отношению к себе говорил муж, дочь. Впрочем, сама Диана была довольна – дочь прислонена к успешному мужчине, а бизнес за счет значительных вливаний процветает.

Зять внешностью был неплох, но по сравнению с мужем выглядел, конечно, неказисто: едва выше нее без каблуков, жилистый, с крупными чертами лица, колючим взглядом. Впрочем, в этом взгляде иногда читалась жесткость и непреклонность, которые частенько хотелось видеть в муже… К тому же он не пьянствовал, не курил, по ночным клубам не шатался…

И вроде все было в порядке, но однажды… Супруги, как обычно по пятницам, заехали в гости к «детям». Дом был огромным и роскошным, но, как правило, они сидели на кухне – очень, очень просторной. Технологичной. И с балконом. И с затемняющимися стеклами.

Женя повела отца смотреть какую-то новую картину, а зять сел на диван рядом с ней. И вдруг сдвинул край шелковой юбки. «О, моя любимая теща носит чулки? Какая прелесть!». Диана в шоке захлопала длинными ресницами. Да, возможно, присаживаясь на диван, она не обратила внимания, что юбка задралась чуть выше приличий, открыв часть ажурной резинки, но это же не повод задирать ее и вовсе непристойно! Да еще зятю – теще! А тот пошел еще дальше и положил ладонь туда, где заканчивались кружева и начиналась нежная кожа. Она возмущенно отбросила руку и собиралась разродиться гневной отповедью, но тут послышались голоса мужа и дочери, подходящих к кухне. А этот мерзавец спокойно одернул юбку и встал, пробормотав: «Будем знать, будем знать…».

Тогда она ничего не сказала ни мужу, ни дочери, хотя происшествие было за гранью добра и зла. Но не хотелось разрушать уютный мирок: и дочь могла сотворить что-то необратимое, и обычно рассудительный муж мог взбрыкнуть, и где тогда будет финансовая лояльность зятя?

Однако в следующий раз, когда Диана устроилась на балконе на диване с чашечкой кофе, зять зашел сзади и засунув руку в декольте, нащупал сосок! «Ох, какие у моей любимой тещи крупные соски! Будем знать», — промурлыкал он, когда она вскочила, увы, пролив кофе себе на брюки. Пока она холодно и с презрением (обычно мужчинам это хватало, чтобы прекратить домогательства) рассказывала, что она думает о зяте, тот невозмутимо обогнул диван и, скучно произнеся: «Вы брюки залили. Вот здесь. Примерно…», вдруг схватил ее за промежность! Ей даже пришлось, неверяще распахнув глаза, привстать на носочки: рука Тараса была жесткой и сразу отскочить не удалось… Да и на какое-то мгновение не захотелось: это (когда мужчина без разговоров хватает за пизду) вдруг показалось таким сладким… Впрочем, только на мгновение! Между тем, зять подмигнул хватающей воздух и тянущейся вверх теще и как ни в чем ни бывало направился к двери…

Мужу она опять ничего не сказала, но с дочерью состоялся серьезный разговор. Ничего, впрочем, не принёсший. Та все твердила с улыбкой: «Он просто придуривается!», хотя было видно, что она ревнует мужа к матери. Поразившись прагматичности дочери, не желавшей даже малейшего скандала (развода она и сама не желала, но ведь дочь могла почаще давать мужу, чтобы он не засматривался на тещу), она направилась из гостиной, бросив: «А если он меня в следующий раз трахнет?». И вдруг услышала в спину, вроде бы с веселой ухмылкой, вроде бы в шутку: «От тебя убудет, что ли?».

Она поежилась при этих словах… И в следующую пятницу была как на иголках: каких непристойностей ждать от зятя на этот раз??? Муж, сидевший рядом, даже предложил сменить ее за рулем, слишком она была невнимательна к дорожной обстановке.

Конечно, она сегодня подготовилась получше – застегнутая до горла блузка, миди-юбка, правда с разрезом, но все же не коротенькая, как давеча…

Дочери дома еще не было, и мужчины сели смотреть футбол – на кухне была здоровенная панель, побольше даже, чем у них дома в гостиной. И тут она совершила ошибку. Начался второй тайм, и снова поселись экспрессивные реплики, от которых она жутко устала еще перед перерывом… И она сбежала на балкон…

Зять появился тотчас! И не размениваясь на слова и обходные маневры, сразу притиснул ее к стене!

— Как ты смеешь?! – зарычала Диана, безуспешно отбиваясь от мужских рук, которые, казалось, были везде – ее потискали за попку, сдавили грудь и даже попытались проникнуть между ног, чему, к счастью, воспрепятствовали крепко сжатые бедра. – Сейчас муж увидит, он тебе выдаст люлей.

Продолжая грязные домогательства, Тарас безмятежно ответил:

— Я затемнил окна…

Впрочем, она отбивалась довольно успешно – между бедер зятю было не забраться, за задницу не ухватить, когда она ею как следует прижалась к стене, а груди удавалось сжать ненадолго – теща не была слабосильной женщиной, отрывая жадные пальцы от своего тела…

— Ну, всё, любимая теща, — разозлился он. – Руки подняла над головой и застыла!

— А то — что? – усмехнулась Диана, если еще не чувствуя свою победу, то, уж точно, сведя противостояние к ничье.

— А то — «Любовь ушла, завяли помидоры, и тапки жмут, и нам с тобой не по пути»…

Это был удар. Она прекрасно поняла, что стоит за шутливой детской фразочкой. Ситуация была дичайшей и без этого, но теперь, когда зять поставил на кон всё их благополучие, а именно так его поняла она, стала к тому же и безвыходной.

— Извращенец! – презрительно скривив губы, выдохнула женщина в лицо зятю. – Ну, потискай-потискай, раз умеешь заводить романы только с помощью денег папочки и насилия.

Увы, несмотря на сочащиеся ядом слова, она понимала, что проиграла, и репарациями зятя послужит покладистость тещи… В данный момент послушно поднявшей руки над головой и с отчаянием наблюдающей, как Тарас, совершенно не отреагировав на оскорбление, расстегивает блузку.

— Ох, какие сиськи! — восхищенно вздохнул он, когда, распахнув блузку, стянул вниз чашки тонкого кружевного бюстгальтера. – У твоей дочери, любимая теща, таких нет!

— Мог бы и не напоминать матери о дочери в таком ракурсе, — зло прошипела она.

Но затем закусила губу – мужские пальцы пробежались по упругим округлостям, затем жестко защемив соски, и это было так будоражаще, что стон едва не сорвался с полных губ. С ней еще никто не обращался так бесцеремонно и грубо, но это и завораживало, заставляя чувствовать себя принцессой из сказки, выкраденной из дворца разбойником с большой дороги.

Внешне же Диана оставалась холодной и равнодушной:

— Натискался, кобелина? Доволен? А теперь пойдем на кухню, а то муж выйдет проверить, почему мы тут так долго.

— Там очень напряженный матч, ему не оторваться еще минут 40-45.

Зять к ее отчаянию даже не подумал забеспокоиться или прислушаться к ее словам и прекратить развратные извращенные домогательства. Наоборот, он сначала приподнял груди в ладонях, затем сдавил с боков, пошлепав друг о друга, в конце взявшись за соски и вытянув их так, что округлости превратились в своего рода конусы. И ее уже всерьез напрягало, что хамские по сути, непродолжительные ласки возбуждают так, как мужу не удавалось возбудить даже с помощью 10-минутного куни. Но самое хреновое, что соски под неумолимыми пальцами затвердели, и стало страшно, что мерзавец поймет – она доведена чуть ли не до оргазма.

Немного запаниковав, она пропустила момент, когда зять расстегнул пуговичку и молнию на юбке, и она упала на пол, бессмысленной тряпочкой обернувшись вокруг ступней! Глаза мужчины, чуть отстранившегося, с одобрением скользнули по ее совершенному телу, заставив его затрепетать — когда мозг представил картинку, как великолепно сложенную зрелую женщину, без малейших следов увядания, в ажурных чулочках с поясом, в тонких крохотных трусиках и с обнаженными сиськами бесцеремонно разглядывают.

— Ты что задумал, зятек? – прошипела женщина, немного сбитая с толку – она почему-то решила, что зять сегодня только потискает сиськи, оставив дальнейшее на следующую пятницу. А там можно что-нибудь придумать, например, не отходить ни на шаг от мужа. Или заставить Женьку прикупить несколько развратных вещиц в стиле горничная или стюардесса… А тут, что, ее и между ног хотят приласкать? Но это уже ни в какие ворота не лезет – не может уважающая себя женщина позволить собственному зятю забраться к себе в трусики… Особенно если он к ее стыду обнаружит там неконтролируемое увлажнение!

Но зять переплюнул все самые худшие предположения: он расстегнул молнию и достал полностью эрегированный член. Несколько мгновений теща, непроизвольно облизнувшись («Надеюсь он примет это за облизывание пересохших от ужаса и негодования губ»), завороженно смотрела на подрагивающий словно в нетерпении эрегированный половой орган… Он не был больше, чем у ее мужа. Но был красивее, что ли… Отчетливо вылепленная сизая головка, небольшая хищная кривизна…

Опомнившись, Диана взвизгнула и попыталась проскочить мимо зятя, уже не думая о том, как воспримет явление жены с голыми сиськами и без юбки. Однако зять успел поймать ее в последний момент за волосы. Она снова взвизгнула и была грубейшим образом возращена на исходную.

— Тварь! Ты не посмеешь! – зарычала она с опаской, посматривая на член, торчащий из ширинки в полной боевой готовности с, увы, изрядной толикой вожделения.

— Теща моя любимая, — изуверски ухмыльнулся зять, — мы же, кажется, договорились – руки — над собой и застыла. Или хочешь, мы расстанемся? Полюбовно, конечно, не получится, зато ты останешься верной мужу и не наставишь рога, гы, дочери.

— Сволочь! – бросила она, но снова прислонилась к стене и подняла руки над головой.

А зять подошел и попытался забраться ладонью между бедер. Не тут-то было, она держала их крепко сжатыми.

— Ну, что такое, любимая теща?

— Ты же сам сказал: «застыла», — торжествующе ухмыльнулась она.

Но улыбка быстро стерлась с лица – зять покачал головой:

— Теща моя любимая, зря ты тянешь время. Я все равно тебя трахну, а у мужа футбол может и кончиться, если ты будешь кочевряжиться каждый раз.

Женщина тяжко вздохнула и отвела одну ногу в сторону, поставив ее на пальчики. К ее удивлению, он даже не приласкал ее между бедер, а сдвинув трусики в сторону попросту запихнул член в текущее влагалище. Она ахнула и от удивления (Вот так вот! Пару минут потискал сиськи, а потом взял без всяких сантиментов), и от удовольствия (Неожиданное, грубое и резкое проникновение оказалось очень сладким), и от нового витка возбуждения (Иногда ей жутко хотелось вот такого секса – без объятий, без ласковых комплиментов, без нежности)… «Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться!»… За что боролась, на то и напоролась. А напоролась она хорошо – на жесткий, словно деревяшка, член, который заталкивали в нее с такой силой, что ее тело иногда повисало только на нем, да на пальцах, вцепившихся в мужчину – руки она все же опустила и теперь длинными ногтями впивалась в широкие плечи в надежде, что зять примет это не за признаки обуявшей ее страсти, а — злости и желания причинить боль насильнику. С той же целью она прикрыла глаза длинными ресницами и морщилась при каждом ударе, как ей казалось, жалобно. На самом деле, она едва сдерживала оргазм – одним усилием воли, сама уже вполне любовно обнимая зятя одной ножкой. Но тут Тарас вдруг согнулся и припал к соску ртом, и в тот же момент женщина мощно, ярко и сочно кончила, забившись на глубоко задвинутом члене, тихонько вскрикивая при каждом толчке внизу живота и вжимая грудь в лицо мужчины…

— Сдается мне, ты кончила, любимая теща, — зять был до омерзения доволен и немного удивлен.

— И что? – скривилась Диана, опуская взгляд – от своей несдержанности было ужасно стыдно смотреть мужчине в глаза. – Эка невидаль – женский оргазм…

— Но не в течении 5 минут полового акта… Ты – горячая штучка! Просто самая лучшая теща на свете.

На самом деле, никакой горячей штучкой она не была, обычно требовалось довольно много времени, да и кончала она далеко не каждый раз. Но не признаваться же зятю, что он неимоверно, как зеленую девчонку, возбудил ее хамством, напором и безаппеляционностью…

— А сейчас я хочу промочить горло, — между тем Тарас продолжал, уже без экспрессии, задвигать член во влажное влагалище. — Сделай коктейль, моя любимая теща, у тебя это хорошо получается. Буду попивать, любоваться закатом, а ты будешь мне сосать.

— Ты вообще охренел, зятек? Да я тебе скорее откушу, чем…

— Не зарывайся, теща, — его глаза опасно сузились, — а то быстро перестанешь быть любимой тещей.

— Ладно, — она опустила ресницы и голову, признавая свое полное поражение.

Диана подошла к бару, физически ощущая мужской взгляд. Н-да, зрелище еще то – эффектная женщина в чулочках, расстегнутой блузке, признавшая себя рабыней, безропотно делает коктейли своему хозяину. Да еще она как-то не удосужилась поправить лифчик и трусики, а теперь, боясь, что зятю это не понравится, не спешила это делать, загоняя поглубже мысль о том, что ей и самой нравится находиться перед ним в таком развратном виде…

Самолюбие правда немного взбрыкнуло, когда она, пихнув коктейль расположившемуся в вольготной позе на диване зятю, опустилась перед ним на колени. Но деваться было некуда, да и как отступить, если она уже – в унизительной позе перед мужчиной, а в его неторопливая рука поглаживает крупный член… Прикрыв глаза от стыда, она перехватила член в свои пальчики и принялась покрывать головку поцелуями. Мягкие губы прикасались к жесткому навершию, язычок запорхал по уздечке. А потом ей приказали: «Достаточно нежностей, соси!», и ей ничего не оставалось делать, как накрыть член ртом. Зажмурилась, поморщилась, но самоотверженно стала отсасывать зятю… И вдруг, (не прошло и минуты!) почувствовалось определенное напряжение между бедер. Да что же это такое? Как можно возбуждаться от унизительного минета мужчине, самодовольно наслаждающегося коктейлем, закатом и между делом — ее губами? Ко всему прочему, ею руководили, словно марионеткой на ниточках: «Глубже!», «Быстрее!», «Плотнее!»… Так почему она к тому моменту, когда ее остановили, текла не меньше, чем в самом начале?

— Попку любимая теща для меня приготовила? – вкрадчиво поинтересовался Тарас, слегка наклонившись.

Диана оторвалась от члена, отчего между губами и дырочкой на навершии повисла ниточка смазки с серебристой капелькой посередине.

— Нет, ни за что, — довольно обреченно пролепетала она, с неким внутренним трепетом осознавая, что несмотря на нелюбовь к аналу, даже и не против такого развития событий. Да и то сказать – куда она денется с подводной лодки?

— Да! А за что – сама придумаешь…

Зять расположил лишенную блузки тещу поперек дивана и сказал:

— Знаю по соцсетям, что моя любимая теща садится на шпагат. Ну-ка продемонстрируй!

Пришлось вытянуть раздвинутые ноги в струнку – так, что ступни составляли одну линию с голенью. Мужчина с видимым удовольствием обозрел результат своего распоряжения… а потом резким движением разорвал трусики и вновь цинично-неторопливо прошелся взглядом по предельно раскрытому перед ним телу, вздрогнувшему то ли от унижения, то ли вожделения:

— Просто Волочкова! Вру! Моя любимая теща – гораздо более красивая и совсем не противная… Сначала смочим…

С последними словами он загнал член в услужливо предоставленное влагалище сразу на всю длину. Теща сладострастно вскрикнула, плюнув на приличия – мужской орган остановился где-то глубоко-глубоко, едва не проткнув живот. Сделав несколько фрикций, выбив из груди женщины пару благодарных стонов, зять приставил головку к попке и начал медленно вдавливать, внимательно наблюдая, как навершие медленно и постепенно растягивает беззащитный и покорный силе анус.

Она кусала губы, но стоически терпела боль (не такую уж сильную, надо признать) пока член, преодолев первоначальное сопротивление, вдруг не провалился внутрь одним движением.

— Ох, какая же моя теща тесная! – простонал зять и принялся неторопливо трахать ее в попку.

И вскоре эти движения стали приносить определенное удовольствие. Было какое-то извращенное вожделение — предоставлять мужчине любую дырочку по первому требованию, и женщина через пять минут стонала уже не от боли, а от сладких ощущений. А потом Тарас утопил большой палец в текущем влагалище, и Диана, улетая от наслаждения, почувствовала, как трутся через тонкую перегородку половой орган и палец зятя. Сколько продолжалась эта трепка, очень скоро ставшая достаточно жесткой (ее давно не имели в попку, а вполне себе ебали), женщина даже не представляла, но в конце концов поняла: ужасно хочется снова кончить, теперь с членом в анусе. Не хватало лишь немного, и она впилась длинными ногтями в твердющие соски… И тут же забилась в сладких судорогах, ощущая, как сокращается тугое колечко на задвинутом в нее жестком коле…

Зять не выдержал тещиного оргазма, он зарычал и, стащив ее на пол, направил член ей в лицо. На данный момент благодарная за два великолепнейших оргазма женщина была готова на все, и, преданно глядя на мужчину снизу-вверх, открыла рот, далеко высунув язык лопаткой. Впрочем, сперма далеко не вся попала в рот – зять ничтоже сумняшеся окатил все ее лицо: белесая жидкость густо покрыла щечку, повисла на брови и ресницах, заставив прикрыть один глаз, потекла по подбородку, полоской пересекла носик…

Теща немного ошалела от такого обращения, но стоически перенесла и это, втайне даже от себя восхитившись тем, что предстала перед мужчиной в образе развратной порнозвезды. Она даже приподняла груди, сдавив их, и сперма стекала в уютную ложбинку, скапливаясь там густой лужицей…

И тут Диана увидела в окне ошарашенного мужа. По всей видимости, он убрал поляризацию окон и теперь наблюдал за женой во всей красе – в голом чулочном безобразии, с лицом, забрызганном спермой, и с приподнятыми сиськами, на которые она собирала остатки семени зятя…

Женщина пожала плечами, мол: «А что я могла сделать?», и нахмурила брови, давая знать, что мужу лучше не вмешиваться, а сама подняла взгляд и, томно улыбаясь, принялась вылизывать член широким язычком.

Николай еще какое-то время постоял со все так же вытаращенными глазами и открытым ртом, а потом нажал кнопку и, так и не пошевелившись, истаял за потемневшим стеклом…

Тарасу привести себя в порядок было очень просто – застегнул ширинку, и словно ничего и не было. Диане же пришлось постараться, хорошо еще, что на балконе были салфетки.

— Сука! Тварь! Извращенец! – пыхтела теща, одеваясь и стараясь игнорировать довольный взгляд зятя на свои прелести, пока они не скрылись под одеждой.

— Я тебя тоже люблю, теща, — улыбчиво отвечал зять. – Но, не видя благодарности за доставленное удовольствие, думаю всё это повторить в следующую пятницу. Может, тогда услышу комплименты?

— Не дождешься, скот, — подытожила Диана, нервно сглотнув слюну, в которой еще чувствовался привкус спермы… И почувствовала к собственному стыду, что совсем не против «повторить»…

Но в прошлую пятницу ее поимел зять, угрожая материальному и финансовому благополучию семьи. Да еще финал – залитое спермой зятя лицо, — увидел муж. К счастью, лезть в бочку Николай не стал. Он был умным человеком и мгновенно просчитал всю ситуацию и спросил потом только: «Отвертеться было никак?»…

Всю неделю душа Дианы металась между двумя состояниями: от «Да пошел этот кобель в жопу!» до «Как же хочется, чтобы он выебал до потери сознания». Во время второго состояния они с мужем даже занялись любовью. Увы, Николай, был чрезмерно деликатен и невыносимо нежен, и Диана даже не смогла кончить – во-первых, хотелось, чтобы ее драли, а не занимались любовью; а во-вторых, стало жутко стыдно – мужу она не решилась сказать, что получила с зятем два ошеломительно ярких оргазма.

Тут еще с утра пришло сообщение от Тараса: «Чулочки надень, а вот трусиков и лифчика – не надо. Одежда должна быть такой, чтобы у меня был легкий доступ к телу любимой тещи».

В результате к вечеру Диана подошла в полностью раздраенных чувствах: с одной стороны, она решила препятствовать зятю в любых поползновениях к сексуальному контакту, с другой — подчинилась требованиям из сообщения. К тому же, когда она одевалась, зашел Николай, приподнявший бровь, когда увидел, что короткая плиссированная юбку натягивается на бедра, на которых не наблюдается трусиков. Да и свободный удлиненный топ, упруго колыхающийся на грудях, не скрывал, что на ней нет бюстгальтера.

— Он так приказал, — смущенно опустила Диана ресницы в ответ на вопросительный взгляд мужа.

Сначала всё шло по стандартному распорядку: поужинали, выпили по бокалу вина. Женька что-то жизнерадостно непрерывно трещала, муж нашел в себе силы степенно обсудить с зятем международную обстановку… Диана же сидела как на иголках, пока Тарас, направившийся из кухни, не кивнул ей мимоходом. Женщина зло закусила губу: так кивают проститутке у барной стойки, походя приглашая ту в «номера». Впрочем, выбора у нее не было. Она пожала плечами на взгляд мужа, заигравшего желваками, и поднялась.

— И чего тебе надо, сучонок? – прищурилась теща, когда дошла до гостиной, где ее поджидал зять. – Ты же понимаешь, что в любой момент может появиться Женька, чтобы позвать нас к чаю?

Тот только лучезарно улыбнулся:

— Я тебя тоже люблю, Дианочка. Просто хочу проверить, как моя любимая теща выполнила мою маленькую просьбу.

И он, шагнув навстречу, вдруг вздернул топ к самому горлу, с удовольствием уставившись на оголенные груди. Решимость противиться зятю в сексуальных домогательствах мгновенно растаяла, как только он восхищенно уставился на тяжелые, правильной формы округлости и принялся играть с ними, то приподнимая в ладонях, то стискивая с боков. Впрочем, она устремила взгляд в никуда, приняв вид гордой и независимой женщины, подчиняющейся обстоятельствам, но не сломленной. Увы, внутри уже бушевал пожар – хамские, недопустимые с точки зрения морали приставания зятя мгновенно вызвали увлажнение между бедер. Особенно тяжело было сдержать стон, когда зять выкрутил соски винтом, сжав их неумолимыми пальцами.

Но это было еще не всё! Тарас, оставив наконец в покое груди, чуть отстранился и приподнял юбку!

— Подержи! – приказал он и отступил на шаг, обозревая получившуюся картину.

Поначалу Диана, автоматически взявшая край юбки, онемела от бесцеремонности зятя и собственного унижения – она стояла с голой грудью, сама, собственными руками задрав юбку, чтобы мужчина мог оценить ее прелести и стати, словно клиент – покупаемую на час шлюху! Сходство добавляли и чулки, делающие картину полностью аутентичной… Но хамский взгляд, жадно пробежавший по телу, заставил задрожать и выпустить капельку, скользнувшую по внутренней стороне бедра.

— От тебя, моя любимая теща, просто сносит крышу! – восхищенно цыкнул Тарас.

— А от тебя, зятёк, трясет от отвращения!

Диана постаралась, чтобы голос звучал презрительно и отстраненно, но все установки на внешнюю холодность рухнули, когда мужчина без всяких сантиментов просунул руку между бедер и грубо впился пальцами в промежность, сразу, без объявления войны, запихнув палец во влагалище. Женщина айкнула, но потом сладострастно застонала, не в силах совладать с пронзившим ее наслаждением.

Зять глумливо посмотрел в глаза смутившейся теще: своим вскриком, а тем более обильной влагой между ног она дала понять ему явно и отчетливо, насколько возбудилась от нескольких грубых прикосновений. Более того, Диана только через несколько мгновений поняла, что даже не подумала воспротивиться хамскому обращению. Наоборот! Она по-прежнему высоко удерживала подол и даже чуть отставила ножку, чтобы мужчине было вольготнее распоряжаться ею между бедер!

— Да ты вовсю течешь в преддверии моего члена! – мужские пальцы не унимались, грубо сминая нежные лепестки или невозбранно втискиваясь внутрь.

— Не льсти себе, гопник, — стараясь говорить ровно, без постанываний и взволнованного дыхания, бросила она. — Просто мне было так противно после прошлого раза, что я не спала с мужем всю неделю. Любой бы на твоем месте мог бы запросто возбудить меня…

Она слегка соврала, конечно. Но не признаваться же зятю, что именно он своими безаппеляционностью и грубым напором доводит ее чуть ли не до оргазма, даже не приступая к коитусу.

— Я же и говорю: моя любимая теща – горячая женщина!

Диана никогда не считала себя горячей женщиной… Не считала до прошлой пятницы. Да и сегодняшняя полностью подтверждала слова зятя – его пальцы буквально купались в смазке.

— Да пошел ты в задницу… ааах…

Ей все-таки не удалось сдержать восклицания, когда во влагалище протиснулись уже два пальца…

— Чуть позже – обязательно, — хмыкнул зять, глядя на скривившуюся от провокационной оговорки тёщу. – А теперь соси.

Диана, шокированная тем, что ей предложили, отступила на шаг. В любой момент могла появиться дочь (муж, она надеялась, смирился с новыми сексуальными обязанностями жены). Если юбку и топ еще можно быстро оправить, заслышав открывающееся двери, то быстро вскочить с колен перед мужчиной вряд ли получится.

— Нет! Не сейчас… И вообще никогда! Я ухожу! – при мысли о Евгении взбрыкнул стыд.

Впрочем, ретироваться ей не позволили – Тарас схватил за волосы и буквально бросил перед собой на колени.

— Я уже устал повторять тебе, любимая теща, — удерживая женщину в коленопреклоненном положении, он расстегнул ширинку, — что ты можешь перестать быть любимой тещей. Соси!

После последних слов зять ткнул крепким, полностью эрегированным членом теще в лицо, сминая щечку и точеный носик. На данный момент всё финансовое благополучие семьи базировалось на денежных вливаниях Тараса и его отца. Если он заберет свою долю, то фирма пойдет по ветру, а значит… А значит придется открывать рот и покорно вбирать член… Ох, но как же это сладко: скользить колечком чувствительных губ по жесткому внутри и такому бархатистому снаружи стволу! Уже не задумываясь о моральных нормах, теща принялась усердно отсасывать зятю, как вдруг издалека раздался голос Женьки. Дом был огромным, двери закрыты, но все же они услышали: «Тарас, мама! Ну где вы ходите? Мы с папой уже хотим десерта с чаем!».

Голос дочери мгновенно отрезвил Диану, увлеченно обслуживающую зятя ртом. Она вскочила и буквально побежала в сторону выхода из гостиной:

— Всё, зятёк! Всё! На сегодня извращений достаточно!

Увы, соки, текущие по внутренней стороне бедер, не оставляли сомнений – стоит зятю только щелкнуть пальцами, как тёща тут же раздвинет перед ним ноги…

Когда она приземлилась на диван, только трепещущие крылья точеного носика говорили о тех чувствах, которые Диана испытывала. К счастью Николай воспринял это не за дичайшее возбуждение, а за гнев.

Он бережно погладил жену по плечу, сказав тихонько (дочь резала торт, кухня была огромной, что-то бормотал телевизор, никто безусловно не мог его услышать):

— Ты как? Этот извращенец опять тебя доставал?

— Потискал немного, — рыкнула жена, злясь на мужа за то, что он не довел ее до оргазма в среду. Может быть тогда она была бы сдержаннее, не дав понять зятю, насколько он возбудил ее несколькими незамысловатыми грубыми движениями. И добавила после паузы: — И забрался под юбку!.. – И припечатала в конце: — И еще я немного пососала ему…

А дальше они пили чай, и Диана с радостью и одновременно с щемящим отчаянием смотрела экран лежащего рядом смартфона – время, когда супруги должны были отправиться домой, неумолимо приближались. Только одно беспокоило: под ней образовалась чуть ли не лужа выделений! И на юбке, и на обивке, едва стоит подняться, явственно проступит по мокрому пятну, которое не объяснишь дочери, а тем более мужу…

И тут Тарас хлопнул в ладоши:

— Так! Коля, Диана! Сегодня вы остаетесь у нас ночевать. Завтра во дворике устроим шашлык, барбекю и прочую коптильню. И это не обсуждается!

Диана вздрогнула, весьма натурально пролив на бедра остывший чай. Ее наконец отпустило – уж зять придумает, как устроить ей дикую еблю, которую она, увы, надо признать, ждала всю неделю…

Супруги лежали в постели, копаясь каждый в своем гаджете, когда телефон Дианы брякнул: «Жду мою любимую тещу в гостиной через пять минут. И без одежды».

Сердце екнуло, а между бедер опять почувствовалось увлажнение (Прохладный душ и разбор документов фирмы немного притушил желание. Жаль, совсем ненадолго). Диана встала и стала снимать пижаму дочери, маловатую в бедрах и груди.

— Что? Он? – сочувственно спросил муж

— Да, — женщина старалась не поднимать заблестевших глаз, стыдясь своей покорности и желания наконец оказаться с зятем. – Приказал без одежды…

Когда она появилась в гостиной, там никого не было, хотя и горели неяркие светильники по стенам, давая достаточно много света и одновременно создавая уют. Диана вполне отдавала себе отчет, что окончательно сломлена и готова хоть на голове стоять, лишь бы в этот момент зять ее трахал, поэтому расположилась в сексуальной (очень хотелось, чтобы Тарас хорошенько рассмотрел ее совершенное тело, восхитился им, захотел еще больше) позе на диване…

И тут из-за двери (несмотря на всё хваленое шумоподавление) послышались приглушенные женские стоны. Диана захлопала длинными ресницами. Это, что же, зять в этот момент трахает ее дочь?! И она, судя по экспрессии в голосе, кончает?!

Не успела теща до конца осознать происходящее, как в дверях возник ее зять… с крупным эрегированным членом. Мозг отказывался просчитать ситуацию, но рот открылся сам собой, когда в губы ткнулся жесткий член… Мокрый член! Только тут пришло осмысление того, что она сосет член, который только что был во влагалище дочери! Весь в ее выделениях!

Женщина протестующе замычала, в шоке от запредельной извращенности зятя, но как только почувствовала его руку между бедер, тут же сдалась и предельно раздвинула ноги, лишь бы ему было вольготно ласкать набухшие влажные губки. И, когда Тарас возжелал ее взять, так же покорно направила в себя член, который несколько минут назад был в дочери. И загнанный сразу на всю длину в изнывающее влагалище кол вырвал благодарный стон… И стоны, когда зять принялся размашисто трахать тещу, старающуюся максимально перед ним раскрыться, чтобы заполучить член глубже… Глубже!.. Глубже!..

И тут, как гром среди ясного неба, раздался голос Жени:

— Вот как! А я-то думаю, кому муж посылает сообщения, поставив меня раком; почему он не кончил; почему не полилась вода в душе… А тебе, мамочка, нигде не жмет, когда ты так яростно стонешь под моим мужем?

Диана до этого с восторгом следившая, как показывается за лобком толстый ствол, как подпрыгивают груди от резких ударов, со стоном (на этот раз досады и стыда) зажмурилась и откинула голову на обивку… Что характерно, Тарас даже не подумал прекратить фрикции, лишь уменьшив амплитуду и частоту. Но даже удовольствие, доставляемое им, не могло заглушить глухой тоски. Всё было зря! Безумный запретный секс, пусть и принес несколько десятков минут счастья, но был зря – перед мужем стыдно, отношения с дочерью наверняка испорчены окончательно и бесповоротно, ее развод толкнет семью к финансовой пропасти…

Однако всё оказалось не так страшно, как показалось женщине, продолжающей несмотря ни на что получать свою толику наслаждения… Она вдруг услышала слова Тараса:

— Ну, если уж ты нас спалила, девочка моя, то снимай халатик и иди сюда…

Диана удивленно распахнула глаза: «Что происходит? Что задумал этот извращенец?».

Между тем ее стащили на ковер и поставили раком. Мельком она встретилась глазами с Женей и смущенно опустила взгляд – было жутко стыдно, что она продолжает послушно выполнять распоряжения мужа дочери и даже не думает воспрепятствовать сексу с ним на ее глазах – но уж больно хотелось быть напоследок быть как следует отодранной. А ей как раз в этот момент заправили на всю длину, так резко и сильно, что колени оторвались от пушистого ковра, а из горла вырвался сладострастный стон.

— Хорошо тебе, мамочка? Хоть бы стыд поимела так наслаждаться моим мужем в моем присутствии! – ступни дочери остановились рядом.

Диана кротко, словно побитая собака, взглянула на нее снизу-вверх. Внешностью Евгения была копией матери в молодые годы – спортивная фигура, высокая, длинноногая; красивое лицо с классическими чертами. Сейчас бедра были не так широки, как у Дианы, но вполне женственны, а грудь – словно две весьма объемные перевернутые чаши, прилепленные к грудной клетке.

— Девочка моя, не обижайся, — чуть задыхаясь, пророкотал зять, продолжая наяривать тещу на глазах жены, — я тебя тоже очень хочу, а особенно твой ротик.

Диана только в последний момент поняла, что задумал Тарас, и прошипела:

— Дочь! Не смей!

— Да-а? Теще можно, а жене законно… м-мном… аарргх…

Диана с ужасом поняла, что Женю прижали к ее попке нежной щечкой и вставили в рот! Это было уже какое-то извращение за гранью! Она даже дернулась, чтобы прекратить это издевательство – когда дочь кладут головой на задницу матери и трахают в рот тем же членом, которым трахали мать! Зять легко и непринужденно поменял их ролями – то она сосала после влагалища Женьки, а теперь та – после ее…

Впрочем, освободиться ей не позволили – Тарас впился железными пальцами одной руки в бедро так, что ретироваться можно было только оставив в руке мужчины кусок мяса.

А потом член вновь ворвался в текущую дырочку. После рта дочери он казался таким горячим, таким огромным, что Диана сдалась, послушно затянув мелодию восхищенных стонов в такт резким ударам, чувствуя только как вздрагивающие ягодицы бьют Женю по щечке. Еще несколько раз член зятя поменял услужливые дырочки. Поначалу, едва половой орган зятя покидал влагалище, начинались самокопания: «Как она дошла до такой жизни, что ее трахают попеременно с дочерью? Да еще зять ей и муж – дочке». Но постепенно все эмоции свелись к нетерпеливому ожиданию, когда же ей снова заправят, и дикая трепка возобновится…

И очень скоро она кончила, ярко, мощно, захлебываясь восторженными криками. Она еще услышала голосок дочери, рот которой в этот момент был свободен: «Ну, ты и даешь, мамочка! Постыдилась бы так орать при мне!», но потом яростный поток сладострастных толчков смыл всё, кроме всепоглощающего наслаждения…

Пришла Диана в себя лежа на спине. Соки буквально вытекали из уделанного влагалища, стекая по анусу на ковер, а рядом постанывала Женька. Ее длинные ноги с вытянутыми ступнями были широко расставлены и вздернуты вверх, а зять с нутряным хеканьем забивал член в предоставленное к его услугам влагалище.

— Ну, что, попка любимой тещи готова? — обратился он к Диане.

— Ты… аах… и в попку… оуххх… даешь, мамочкааааууох?

Как в голоске дочери сочетается удовольствие и яд, было непонятно, но ей это удалось… Диана же немного разозлилась. И на себя – за то, что совсем не против такого продолжения, и на дочь – за то, что, упрекая мать, ни слова не скажет настоящему виновнику, и на зятя – за то, что довел ситуацию до откровенного извращения.

— Да пошла ты, Женька…

— Не ссорьтесь, девочки, — улыбнулся зять, пристраивая ногу тещи вертикально — так, чтобы она касалась ноги жены бедром и голенью, и огладывая получившуюся композицию: две женщины с симметрично отведенной ногой далеко в сторону, а второй, прижатой к оппонентке – устремленной пальчиками в потолок, — если бы вы знали, какое визуальное наслаждение мне доставляете. Что одна, что вторая, что обе вместе.

И Диана благодарно застонала, когда член раздвинул тугой анус и начал резко в нем двигаться.

Тарас снова принялся обрабатывать мать и дочь попеременно. Причем тещу он трахал исключительно в попку. И каждая терпеливо ожидала своей очереди, пока мужчина задавал трепку другой, иногда впиваясь в груди железными пальцами. А иногда безжалостно трепля ими соски. Каждая выгибалась на ковре, благодарно стонала, открывая ротик в наслаждении – когда член был в ней. Каждая ревниво посматривала на совокупляющуюся рядом пару, когда член был не в ней.

И когда Тарас в очередной раз обрабатывал Женю, забивая в не член так, что яйца шлепали по попке, а из влагалища чуть ли не брызгало, та кончила. Не менее громко, продолжительно и страстно, чем мать.

Диану этот факт возбудил еще больше, хотя это и казалось невозможным – все же женщина, бьющаяся в пароксизме удовольствия под яростно наяривающим ее мужчиной, не может оставить равнодушной… Даже если это дочь…

И едва зять снова пронзил уже не закрывающийся зев ануса тещи, как она снова кончила, забившись в сладких судорогах точно так же как только что – ее дочь…

А потом они вместе, стоя перед Тарасом на коленях, отсасывали, спеша побыстрее перехватить член одна у другой, и благодарно подставляя лица, широкие языки под струю спермы, когда зять и муж кончил…

И долго вылизывали половой орган, который доставил им сегодня столько удовольствия…

Утром Диану разбудил звонок. В трубке послышался рокочущий голос зятя:

— Твоя дочь уже сосет. Присоединяйся, моя любимая теща…

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Серафинит - АкселераторОптимизировано Серафинит - Акселератор
Включает высокую скорость сайта, чтобы быть привлекательным для людей и поисковых систем.