...

Изнасилование по договору

Теперь уж и не вспомнить, да не особенно это и важно, по какой причине Мишаня расстался со своей подругой. Вроде бы всё было прилично, всё нормально. Со стороны так вовсе идеальная пара. Всегда вместе, всегда под ручку, всегда улыбка на лице. И вдруг — Бац! — и расстались. Поселковые посудачили какое-то время, а там другие новости сделали тему не актуальной, забыли. Светка недолго оставалась одна. Через некоторое время замуж выскочила. А Мишке куда спешить, когда в посёлке на пяток особей женского пола один мужик. Как в стаде: коров полно, а бык один. Пересекались в посёлке, как без этого. Не Москва, чай, где народищу мильёны. Тут все знакомы, все привычны. Если не близкая родня, то кумовья-сватовья. Увидятся Мишка со светкой, кивнут друг другу, изредка парой слов перебросятся. На этом всё. Народ в посёлке глазастый, всё подметят, от себя добавят и мигом донесут до адресата нужную информацию. А оно надо? Не приведи Господи выяснять отношения со Светкиным мужем, который к тому же какая-то дальняя родня навроде седьмой воде на киселе. Да и Светка не заслужила того, чтобы скандалы переживать. Что случилось, то и получилось, а зла к ней, либо ещё какого негатива у Мишки не было.

Муж Светкин завербовался на промыслы куда-то то ли в Сургут, то ли в Стрежевой. За длинным рублём рванул. Там вахта шесть месяцев, зато посулили чуть ли не мильёны. По идее ему бы надо было у Светки колготки старые испросить, чтобы было куда деньги складывать. Или сумку купить «мечта оккупанта, » с какими наши челноки по Китаям да Турциям разъезжали. Ну да чего в чужую семью с советами лезть, особливо когда тебя не просят. Страна советов канула в небытие, так что и советчики стали не в моде. Прям закон джунглей по Табаки: Каждый сам за себя. Так что осталась Светка кем-то навроде соломенной вдовы. По крайней мере на эти полгода.

Гулял Мишаня вечером, на природы любовался, кушал пончик, смотрел на местных девушек и молодаек, раскланивался со знакомыми. Да со всеми встречными, почитай, потому как все знакомы. И встретил Светку. Та с подругами куда-то шла. Была бы одна, так и прошёл бы Мишаня мимо, дабы женщин не вводить в конфуз, а при подругах можно и остановиться, поговорить. Подруги вроде дуэньи. То есть обеспечивают нравственность женщины. В случае всего завсегда подтвердят невинные разговоры при встрече. А у Мишани вдруг вспыхнули вроде бы давно угасшие чувства. Вспомнил горячие ночи, пьяные от любовного угара, жаркие объятия и поцелуи, остальное тоже вспомнил всё. Вспомнил и так что-то в душе всколыхнулось, что зубы заскрипели от усилия сдержать стоны от этой внезапно вспыхнувшей страсти.

Поговорил Мишаня со светкой и с подругами, пока шли по улице. В какой-то момент подруги отстали, встретив других девчат, испарились, оставив Мишку со Светкой наедине. И тут они замолчали, не зная, что сказать друг другу. Нет, слов, скорее всего, было полно, да никак с языка не могли слететь те слова. Были бы хотя бы слегка поддатые. Алкоголь из самого молчаливого молчуна делает оратора. Тут Мишаня вспомнил, что есть у него дома бутылочка. А вот матери дома нет, умчалась к сестре своей, к Мишкиной тётке на несколько дней. Вспомнил и пригласил бывшую подругу посетить его холостяцкую на данный момент берлогу. Неожиданно легко Светлана приняла это приглашение.

Зашли в дом, Светка осмотрелась. С момента её последнего посещения Мишкиного дома столько времени прошло,, а в доме ничего не изменилось. Пока осматривалась, Мишка на стол собрал, водочку по стаканчикам разлил, предложил тост

— За встречу!

Выпили, заговорили, вспоминая прошлое, но е касаясь темы разлада.и расставания. Всё больше об общих знакомых. А что их обсуждать, когда едва ли не каждый день с ними встречаешься. И как-то плавно разговор перетёк на их прошлые отношения. Вспоминали, что, по большому счёту, им было хорошо. Теперь, правда, прошлое не вернёшь, но кое-что исправить можно. Можно, к примеру, встречаться тайно, коли возникнет такое желание. Светка сказала

— Миша, не трави душу. Не надо об этом. Ты же знаешь, мне было с тобой хорошо. Мне не хватает с мужем того, что было у нас с тобой. Но, прошу тебя, не надо нам это делать. Не хочу изменять мужу, он, всё таки, не заслужил этого.

— Свет, но ты же меня хочешь?

— Хочу, Миш, хочу. До мокрых трусов хочу, но не буду. Не дам я тебе, и не надейся. Не хочу мужу изменять.

А ведь видно, что держится Светка на последних каплях воли. Тогда Мишка налил стопарики, кивнул Светке

— Выпьем за наше прошлое без будущего.

Светка подняла стаканчик

— Грустный тост. Но у нас с тобой нет будущего. Разводиться я не буду, а становиться блядью тоже не хочу. Так что сама я никогда тебе не дам, Мишаня, и не жди от меня такого. Пьём?

А вот тут прозвучал вполне себе толстый намёк на тонкие обстоятельства. То есть сама Светка не даст, а вот в остальном открываются разные перспективы. Можно, к примеру, напоить. Но драть пьяную в драбаган бабу удовольствие ещё то. Точнее сказать, никакого удовольствия. Почти то же самое, что дрочить, используя вместо руки пизду пьяной бабы. Есть ещё вариант, вот его Мишаня и озвучил

— Свет, а вот если тебя изнасилуют? Это измена или как? И обязательно об этом мужу докладывать?

Светка задумалась

— Миш, а как не рассказать? Он же сам всё увидит.

— Откуда?

— Ну так насильники же обязательно бьют. А синяки куда спрятать?

— Так это дурные насильники. А если насильник галантный? А?

Светка засомневалась, ео, вроде как, соглашается.

— А ты какой?

Вместо ответа Мишаня подошёл к подруге, прижал к себе, прошептал

— Я сама нежность. — И тут же добавил, доставая из приспущенных штанов член. — Вспомнишь? В ротик возьмёшь?

Светка упирается

— Не надо, миш. Не хочу. Я у мужа несосу. Ну, Мишшшаааа…

У мужа ты можешь сосать, можешь не сосать, а у Мишки сосала да ещё как. Вот и пришла пора вспомнить. Мишка ткнул головкой в Светкины губы и она, слегка сопротивляясь, открыла рот. А дальше дело техники. Мишка даже не совал член, Светка сама всосала его и, держа головку во рту, обрабатывала ту языком. Приятно!

Мишаня решил не спешить. Раз уж Светлана в ротик взяла, никуда она теперь не денется. Ну да, будут попытки оправдать саму себя: я не такая, не виноватая я, это всё змей-искуситель. И далее по списку. А закончится тем, что снимет трусы и даст. Нет, не так. Раз уж есть насильник и жертва, то и снимать с женщины одежду надлежит насильнику. Так будет правдоподобнее. И неважно, что жертве самой не терпится раздвинуть ноги. Приличия должны быть соблюдены. Поэтому Мишка высвободил член из плена мягких Светкиных губ, не заправляя его в штаны, чтобы Светка видела, разлил по стаканчикам спиртное.

— Ну, с почином!

Светка выпила, поморщилась

— Мишка, ты хам! Я не хотела, ты меня заставил! Ты…

Она не договорила, потому что Мишка крепко поцеловал её губы, поиграл языком во рту. Светка выдохнула

— Мишшшааа, ты такой же. Тебе не противно меня целовать.

Мишка ответил

— Слаще твоих губ не встречал. И других тоже.

Светка улыбнулась

— Не врёшь? А докажи.

Опьянела, кураж попёр.

Мишаня, подхватил Светкины ноги, задирая вверх, потянул колготки, снимая их с любимой попы. Светка приподняла зад, помогая насильнику. Не стерпела, сказала

— Осторожно, порвёшь

Для женщины колготки статусная вещь. Если они какие-то редкостные, то наденет их женщина в любую погоду. Будет терпеть неудобство, но покажет всем заинтересованным: Смотрите, что у меня есть. Помнится вошли в моду колготки вроде рыбачьей сети. Так модницы их и в мороз носили, даром, что те дырки не грели. Не про то вы подумали. Дырки на колготках в сеточку. Так что колготки Мишаня снимал осторожно. И правда бы не порвать, греха не оберёшься. А самое главное, что это запросто могло испортить настроение Светке и тогда прости — прощай все надежды на секс.

Снял колготки, на корточки присел и ножки Светкины гладит, целует Мишаня, вспоминая забытое. Точно так же ласкал её в своё время. И Светка вспомнила судя по всему. Молчит и лишь сопит. А Мишаня до верха, до самого того места, откуда ноги растут или где соединяются, добрался, сдвинул трусики в сторону. И пахнуло на него давно забытым запахом, Светкиным неповторимым ароматом. Аж голова закружилась. И поцеловал Мишаня раскрывшиеся лепестки.

— Аааа! Мишшшаааа!

Светка, прижав Мишкину голову к своему животику, плачет, всхлипывает.

— Мишка, ты сволочь! Ты гад! Нет, ты хуже. Ты зач-ч -чем это сделал?

— Ты же сама попросила доказать.

— Я!? — Светка удивилась. — Когда? Миш, да я же пошутила. Я и подумать не могла, что ты меня после мужа будешь там целовать.

— А что муж? Ты с ним только что была?

— Нет. Откуда? Он на вахте уже давно.

— Ну вот. А для меня ты всегда желанна и чиста, как непорочная дева Мария. Хочешь выпить?

Светка засмеялась

— Споить хочешь? Так я тебе и так дам. Нет, ты сам возьмёшь. Насилуй давай, чего размяк?

— Так ты же кончила.

— А ты забыл, что я всегда голодная, когда с тобой.

— А с мужем?

— А с мужем у нас не так. С мужем у нас вроде работы. Норму выполнили и спать.

— Мишка! Ты что делаешь?! — Светка заорала, как потерпевшая. — Ты зачем трусы режешь? Сдурел? Ты хоть знаешь, сколько они стоят? Придурок! Дай я сама сниму.

Так Светка прореагировала на то, что Мишаня для правдоподобия изнасилования связал ей руки её же колготками и намеревался разрезать трусы. Типа снимать некогда, шляпа дымит. Ну точно дурак. Не подумал, что хорошее бельё для женщины ещё более значительно, чем колготки. Это в городе женщина может в любой момент пойти в эти их бутики и купить то, что понравилось. А в посёлке пойди поищи. Разве что в сельпо купишь панталоны конца девятнадцатого века. Или начала двадцатого. А что, всякие есть. И просто трикотажные, и с начёсом, чтобы зимой задница не мёрзла.

Чтобы сама сняла трусы, надо руки развязывать. Так что Мишаня сам, нежно и можно даже сказать с трепетно стянул со Светкиной попочки трусики, зачем-то их понюхал и отложил в сторону. Развёл подругины ножки, приставил головку ко входу в сокровищницу. Как же давно он её не посещал, не пересчитывал свои богатства. Светка ахнула и подалась навстречу.

— Миша! Мишенька! Миленький! Не спеши! Долго хочу, как раньше!

Мишаня старался растянуть удовольствие подольше, насколько можно. Не срослось. Застонав, выплеснул сперму в сокровищницу. Светка разочаровано вздохнула. Но с понятием женщина, не стала попрекать. Она точно знала, что сейчас её, хотя уже не её, Мишаня отдохнёт самую малость и повторит и раз, и два, и три раза. Какая горькая насмешка: Близко Мишенька, а не её.

Она сидела, не в силах сдвинуться куда-то в сторону. Мишка, сволочь, связал так, будто правда хотел изнасиловать. Сидела и ощущала, как из неё вытекает Мишкино семя, как собирается в капли и эти капли звонко шлёпаются на пол.

— Пить будешь? — Мишка налил две стопки, одну подвинул Светлане.- Нет? А я выпью.

Выпил, закурил, пыхнув дымком сигареты. Светка подёргала руки.

— Развяжи. Покурить хочу.

— Ты же не куришь! — Мишка сильно удивился. — Или начала? Давно?

— Как с тобой расстались. Змей ты подколодный. И зачем я согласилась к тебе пойти. Разбередил душу, старое всколыхнул. Теперь уж до конца насилуй. Если уж и огребу звездюлей, так чтобы было за что.

Покурили. Молча покурили. Каждый думал о своём. Светка затушила окурок в пепельнице, встала, повернулась к Мишке задом, наклонилась.

— Ну, насильник! Силы-то накопил? — В её голосе сквозил явный смех. — Тогда давай, дама ждёт. Миш, ты же помнишь, что я тебе не туда редко давала?

— Помню. И что?

— И ничего. Полижи и можешь и туда, и не туда. Куда попадёшь. Только если не туда, то потихоньку.

— Я буду осторожно. Если что, ты только скажи.

— Угумммм! Ммммм!

Мишка лизнул анус, провёл языком от ануса до клитора и снова вверх. Свернул язык трубочкой и вначале попытался засунуть его в пизду, потом в попу. Светка дёргалась, двигала задом, прижимаясь к Мишкиному лицу.

— Миш! Миша! Я так кончу! Давай не туда.

— Ты так хочешь?

Мишка так и сидел на корточках. Светка взвизгнула

— Дурак! Ты чего ждёшь? Выеби уже меня в жопу! Да, я так хочу! Мишка, сволота, пришибуууу…Мамаааа!

Светка не стала ни одеваться, ни подмываться, так и сидела на стуле, размазав ягодицами всё, что из неё вытекло. Курили, молчали. Наконец Светка спросила

— Миш, и как мы теперь? Как нам дальше быть? Разводиться я не буду, но и тебя теперь не смогу забыть. Встречаться часто мы тоже не сможем, в посёлке все на виду. И что нам теперь делать?

Мишка помолчал.

— А не знаю. Разводись, сойдёмся, жить вместе станем. Нет? А встречаться…Так не обо мне слава пойдёт, о тебе.

— Да я и без того себя блядью чувствую. Муж едва за порог, я уже другому подставила.

— Жалеешь?

Светка фыркнула

— Ни капли. И почему у нас нет такого, как я где-то читала.

— Ты о чём?

— Да читала. Где-то есть обычай, что женщина имеет несколько мужей. Вот бы мне так. Только у нас такого нет и не будет. Ладно, Миш, чего голову ломать о том, что да как, если ничего изменить не можем. Давай радоваться моменту: сегодня, здесь и сейчас. Миш, а ты меня неподмытую там поцеловать сможешь?

И улыбается.

Мишка вздохнул

— Ты сегодня никуда не пойдёшь. И хватит уже сиротками на кухне ютиться. В спальню пошли.

В спальне Мишка скомандовал

— Раздевайся совсем. Ложись. — И когда Светка выполнила приказ, добавил.- Ноги раздвинь и задери.

— Мишшшааааа!!!

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Серафинит - АкселераторОптимизировано Серафинит - Акселератор
Включает высокую скорость сайта, чтобы быть привлекательным для людей и поисковых систем.