...

Грабительница

Двое мужчин неторопливо шли по берегу моря. Один из них, тот, что повыше ростом, громко что-то рассказывал, второй, приземистый и мощный, как борец, хохотал во всю глотку и перебивал рассказчика короткими вопросами. Оба были в прекрасном настроении.

Вдруг высокий прервал сам себя, вгляделся в какую-то точку и кивком указал туда же спутнику. У здоровяка зрение было, видно, похуже, он щурился и морщился, но все равно пришлось подойти поближе.

На огромном полотенце, постеленном на гальку, лежала девушка. Сказать, что ее фигура словно сошла с обложки журнала мод — не сказать ничего. Густой ровный загар усиливал впечатление стройности линий и гладкости кожи…

Мужчины, подойдя к девушке, нагло, в упор, долго рассматривали это сокровище, это произведение природы, это совершенство. Тело было прикрыто темно-синим, почти черным купальником типа бикини, который мало что скрывал. Лица видно не было, оно было защищено от солнца большой соломенной шляпой. Девушка, видно, спала — ее грудь вздымалась размеренно и спокойно.

— Ты смотри, какая цыпочка, — восхищенно сказал высокий.

— Прелесть.

— Как думаешь, какой размер? Троечка?

— Да ты что? Уверенная четверка!

— А кожа-то, погляди! Гладкая, как шелк! Потрогать бы!

— Так потрогай, — ухмыльнулся здоровяк.

Собеседник замолк, словно пораженный догадкой, и оглянулся. Берег был пуст, лишь в полукилометре, через небольшой залив, можно было различить фигурки людей на другом пляже, над которым яркими пятнами выделялись разноцветные палатки. Мимо этого лагеря приятели прошли полчаса назад.

Высокий кивнул на девушку и, изобразив руками общепринятый жест, вопросительно посмотрел на приятеля. Тот сделал головой движение типа «А почем бы нет?».

Не то чтобы эти двое были профессиональными насильниками. Просто вид совершенного тела породил в них вполне ожидаемую мысль: «Такая девочка — и не моя?!». А вокруг, как нарочно, ни души. А их, как нарочно, двое. Каждый из них в одиночку, поди, и не решился бы. Поглазел бы, попускал слюни, помечтал, и пошел бы своей дорогой — словно на улице обернуться на мини-юбку или смелое декольте. Но теперь каждый из них будет выделываться и показывать свою крутизну не перед девочкой даже, а перед другом. И у девочки, попробуй она возразить, нет шансов…

— Эй, красотка, просыпайся, — сказал высокий, ногой грубо подталкивая руку девушки. Но она не отреагировала.

— Подъем! — заорал здоровяк. Но и это не произвело на нее никакого впечатления. Тогда мужчина присел, несколько секунд размышлял, а потом положил руку на ее бедро. Она по-прежнему не просыпалась. Сильная рука поползла выше, к промежности, и прикоснулись к трусикам. Девушка вроде начала шевелиться, но он решил довести начатое до конца и приспустил трусики. Открылся лобок, пухлый, гладкий и аппетитный, как у школьницы, и ярко-белый — так казалось на фоне загорелой кожи.

— Ух ты! — не сдержался второй.

В этот момент девушка, видимо, все же проснулась и медленно села, стаскивая с лица шляпу. Здоровяк распрямился, словно испугавшись.

Лицо, показавшееся из-под шляпы, несколько разочаровало. Слишком широко расставленные глаза, курносый нос, тяжелая нижняя челюсть. Стало понятно, почему ее обходят вниманием фотографы глянцевых журналов. Хотя выразительные глаза, густые волосы и длинная красивая шея вполне гармонировали с безупречным телом.

— Привет, красотка! — весело крикнул высокий.

Девушка, щурясь от солнца, бившего в глаза, постепенно приходя в себя. Ее заспанные глаза ошалело смотрели на мужчин.

— Что? — пробормотала она.

— Привет, говорю!

— Здравствуйте, — все еще не понимая, что происходит, автоматически ответила она.

— Ты откуда?

— Вон оттуда, — после паузы она показала рукой на берег, где копошились люди, — из того лагеря… А что?

— Ничего. Тело у тебя классное.

— Спасибо, — она даже попыталась улыбнуться, но как-то жалобно.

— Лобок бреешь? — цинично оборвал ее высокий.

Она долго молчала. Видимо, лицо ее покраснело, но из-за загара этого не было заметно.

— Я пойду, пожалуй, — наконец сказала она и попыталась подняться, но здоровяк ступней прижал ее ногу к гальке:

— Сидеть!

— Что… Что вы себе позволяете? — она вновь попробовала встать, но он только сильнее надавил на ногу, и она вскрикнула: — Больно!

— Сиди и слушай, тогда больно не будет, — вступил высокий.

Оглянувшись, девушка поняла, что помощи ждать неоткуда.

— Что вам нужно?

— А ты не догадываешься?

— Пожалуйста, отпустите меня, — ее подбородок задрожал, на глаза навернулись слезы.

— Отпустим. Только ты нам отсосешь, и отпустим.

— Отсосу?

— А ты что, целка, что ли? Или в рот никогда не брала?

Она помолчала, потом тихо сказала:

— Пожалуйста, не надо.

— Надо, подруга, еще как надо! Такая красота валяется без дела! Такие губы без работы простаивают!

— Будь хорошей девочкой, поработай языком, и вали отсюда. Если сделаешь все хорошо, мы тебя не тронем.

Девушка зарыдала, закрыв лицо ладонями (правда, выглядело это как-то театрально) . Здоровяк присел и сильно ударил ее по щеке. Она испуганно отшатнулась.

— Ну-ка прекратить истерику!

— Сама виновата, — наставительно сказал высокий, — надо было загорать где живешь. А то ушла в безлюдное место и выставила свои прелести на всеобщее обозрение! Типа: эй, посмотрите, какая я красивая, и трахните меня поскорей!

Она плакала, глотая слезы. Лишь потом мужчины заподозрили, что этот плач был искусственным.

— Если не прекратишь реветь, стукну, — грозно сказал здоровяк и отвел руку, — Ну!

Она торопливо стерла с лица слезы, но губы продолжали дрожать.

— Вот видишь, какая ты послушная девочка. Будешь сосать?

Она обреченно кивнула.

— Молодец. Держи. С зубами только поосторожней, — и высокий, подойдя к ней вплотную, спустил шорты. Его член был под стать хозяину — длинный и тонкий.

Девушка несколько секунд разглядывала его, иногда бросая быстрые взгляды на лицо владельца, словно решаясь.

— Давай, давай, — и он ткнул головкой в ее щеку, хотя целился в губы. Девушка отдернула голову.

— Веселей, открывай ротик, — вступил второй.

Но она все еще колебалась. Тогда он сжал ее щеки. Она попыталась вырваться, и он несильно, чтобы не осталось следов, ударил ее кулаком в лицо.

— Ты что, думаешь, мы тут шутим? — заорал он, — А ну соси, дрянь!

— Не надо, не бейте меня, — прошептала она.

— Соси уже, и уйдешь отсюда как была.

На этот раз высокий прицелился лучше, и головка ткнулась точно в губы. Зажмурив глаза, девушка приоткрыла рот, и член скользнул внутрь. По лицу пробежала гримаса омерзения.

Взяв ее за затылок, высокий стал двигать ее головой по своему члену. Через несколько десятков движений он почувствовал, что она полностью подчинилась, и убрал руку. Аккуратные губы красавицы медленно двигались туда-сюда, собирая кожу складками.

Здоровяк встал, дрожащими руками спустил шорты и, взяв руку девушки, положил на свой член. Тот тоже был под стать ему самому — волосатый, короткий и толстый.

Голова девушки и ее рука стали двигаться в одном ритме. Мужчины стояли, выпятив животы, охали и стонали от удовольствия.

— Теперь его соси, а меня дрочи, — задыхаясь, произнес высокий.

Она послушно поменяла рот и руку местами. Теперь, почувствовав ее покорность, мужчины стали командовать:

— Яйца полижи… Так, хорошо, умница… Теперь в рот возьми и покатай там… О, хорошо! Ну-ка, головку языком пощекочи! Да, да, так! Ай да соска!

Время шло, девушка уже почти без подсказок применяла все известные приема минета, пока наконец высокий не стал дергаться, кричать и испускать из члена потоки спермы.

— Высоси из него все! — заорал здоровяк.

Она начала проводить по члену от мошонки к головке, плотно сжимая ладонь, и слизывала текущее семя.

Кончив, высокий устало сел на гальку рядом с ней.

Второй, видимо, тоже был близок. Он улегся на спину и приказал ей расположиться сверху. Раздражая член одновременно языком и руками, она через минуту добилась цели, и сама, уже без указаний, высосала сперму.

Потом распрямилась, стоя на коленях, и стала краем полотенца вытирать рот.

— Молодец, первый экзамен сдала, — произнес высокий, успевший придти в себя, — А теперь давай раздевайся.

— Но вы же обещали!

— Мы передумали. Давай, показывай себя.

— Ребята, пожалуйста, не надо…

— Без разговоров. Или тебе еще треснуть?

Вновь заплакав, она встала на ноги и вдруг пустилась наутек с криками «Помогите!». Но высокий в три прыжка догнал ее, свалил с ног и пнул ногой в живот, стараясь ничего не отбить.

Она лежала на гальке, свернувшись калачиком, закрыв лицо руками, и рыдала.

Вразвалочку подошел здоровяк. Несколько секунд он наблюдал ее истерику и снова заорал:

— Встать, шлюха! А то живого места не оставим!

Она медленно поднялась на ноги.

— Вытри сопли! Так, хорошо. Слушай сюда. Еще раз побежишь — изуродуем. Будешь делать то, что мы тебе скажем, понятно! Не слышу!

— Понятно.

— Раздевайся.

Девушка закинула руки за голову, развязала узелок и сняла лифчик. Ее тело била крупная дрожь.

Возглас восхищения вырвался из обеих глоток при виде великолепнейшего бюста.

— Ты прав, это четверка! — воскликнул высокий, — Эй, мой друг угадал?

Девушка кивнула.

Несколько минут они молча наслаждались видом, когда наконец высокий подошел и прикоснулся к ее груди. Девушка, продолжавшая стоять с закрытыми глазами, вздрогнула и отшатнулась.

— Стоять! Слушай, да они налитые просто! Потрогай!

— Да, как гандбольный мяч! И размером похожи!

Они долго трогали, тискали, сжимали, мяли, гладили эти восхитительные полушария, дергали и крутили соски. Члены, помимо их воли, синхронно поднимались. Девушка тоже, видимо, завелась. Она уже не плакала, и по лицу пробегала мелкая судорога, но с оттенком удовольствия.

Заметив это, высокий быстро сунул ладонь ей в трусики. Девушка опять отшатнулась, но крепкие руки удержали ее.

— Потекла?

— Как сучка!

— Ну-ка, — и здоровяк тоже погрузил руку в промежность, вынул и с наслаждение втянул в себя запах.

— Теперь снимай трусы, — задыхаясь, прошептал его друг.

Через минуту перед мужчинами предстало тело, в котором не было ни единого изъяна. Они снова, медленно раздражая свои члены, обшаривали глазами это великолепие.

— Ну-ка, повернись спиной. Наклонись. Ниже! Еще ниже! Ноги шире! Отлично. Теперь руками раздвинь зад! … Вот это да!

А что еще можно было сказать при виде красивейшей влажной промежности с пухлыми гладкими губками и маленьким анусом в виде звездочки!

Вновь повисла тишина, только прибой шуршал за спиной, да девушка негромко всхлипывала.

— Стой так, — наконец прошептал высокий и, подойдя, сразу, без подготовки, погрузил член во влагалище. Девушка уперлась руками в землю, переживая удары мужского лобка по своим ягодицам. Через минуту ей в губы ткнулся член второго, и она привычно стала его сосать.

Спустя минут пять ей приказали повернуться, и мужчины поменялись ролями. Только высокий, нагнувшись, стал опять хватать ее за груди, которые слегка отвисли и казались еще больше.

Потом позиция поменялась. Здоровяк улегся на спину, девушка скакала на нем, отсасывая высокому. Потом она лежала на спине, делая минет здоровяку, сидевшему у нее на груди, а высокий вгонял в ее влагалище член. Потом здоровяк кончил, забрызгав ее лицо спермой, и она с брезгливостью уворачивалась от вязких струй. Потом высокий навалился на нее всем телом и тоже кончил через несколько минут.

— Я пойду умоюсь, — успокаивая дыхание, сказала девушка. Насильники даже не заметили, что она не спрашивает, а ставит их перед фактом.

Она зашла в море по пояс, ополоснула лицо и грудь, а потом подмыла промежность.

Когда через несколько минут, она, свежая и чистая, вышла из пены на берег, как Афродита, мужчины уже почти восстановились, хотя вся их удаль и агрессия куда-то ушли. Они лежали на гальке, возбуждая члены, потому что вид подмывающейся красотки был невероятно возбуждающим.

— Ты в попу даешь? — вдруг спросил высокий.

Девушка пожала плечами.

— А бутербродом? — вкрадчиво произнес здоровяк.

— Давайте как угодно, лишь бы отстали, — громко сказала она.

Мужчины даже не одернули ее за внезапную дерзость.

Сначала высокий лег на спину, она сосала его, пока второй трахал ее сзади. Потом, добившись стояка, она повернулась к нему спиной, долго пристраивала его член к своей дырочке, морщилась, стонала и кряхтела. Наконец, когда член проник в попу, второй вставил ей спереди, и началось! Вся троица совершала не очень ритмичные рывки, члены с разной частотой и амплитудой ходили в ее отверстиях, мужчины кричали, охали, матерились и подбадривали сами себя, и лишь она двигалась молча, со стиснутыми зубами и опять же — закрытыми глазами.

Вскоре группа распалась, но только чтобы она перевернулась лицом к нижнему. Разработанный анус принял толстенный член здоровяка неожиданно легко. На этот раз движения стали более синхронными и глубокими, а сношение — более долгим и страстным.

Первым кончил тот, что был сверху. Схватив девушку за таз, он стал содрогаться, и из тонкого зазора между его членом и краями отверстия прямой кишки потекла сперма. Выхолостившись, он с трудом извлек опавший член и рухнул наземь. Перед его глазами плавали круги.

Девушка соскочила с члена высокого и вцепилась в него губами. Всего через несколько десятков секунд он тоже стал биться в конвульсиях, и она медленно, глубоко погружая в рот член, высосала из него все до капли.

Оба мужчины находились на грани обморока, а девушка с неожиданной легкостью встала на ноги. Да, по ее лицу катился пот, грудь быстро вздымалась, руки дрожали, но она была весьма далека от упадка сил.

Неторопливо надев купальник, она вытрясла из шортов обоих мужчин все содержимое: деньги, ключи от машин, пухлые кошельки, мобильники.

— Эй, ты что делаешь! — заорал пришедший в себя высокий и попытался встать, но ослабевшая рука подогнулась, и он опять упал на спину.

Здоровяк тоже стал приподниматься, и тут красотка быстрым и точным движением ударила его в лицо своей миниатюрной твердой пяткой. Насильник, катаясь по гальке, вопил от боли.

— Ты мне нос сломала!

— Вернула должок. Лежать на месте, оба!

Тут, с невесть откуда взявшимися силами, высокий вскочил, но не успел как следует встать на ноги, как девушка схватила его за вялый член, еще покрытый ее собственными соками.

— Дернешься — оторву, — прошипела она, с ненавистью глядя ему в глаза.

Мужчина застыл. Он вдруг понял, что ее накопленной злости хватит, чтобы выполнить угрозу. А яростный секс, казалось, нисколько не обессилел ее, в отличие от него самого. И, чувствуя невероятную слабость во всем теле, он мешком осел на землю. Невыносимо хотелось спать. Его окровавленный друг лежал, запрокинув голову, и тоже чувствовал, что ноги и руки стали словно ватными. Голова его кружилась от удара и усталости.

Девушка вытрясла денежную мелочь прямо в гальку, аккуратно уложила все остальные вещи в полотенце, завязала узелки и со вздохом сказала:

— Вот что, слабаки. Спасибо за время, проведенное вместе. Приятно было потрахаться. А затрещины — это ерунда, я вообще обожаю жесткий секс. Шмотки ваши возьму себе — на память. Не пытайтесь меня искать — там, в лагере, сотни людей, все друг друга знают, на чужаков смотрят искоса. А если все же найдете, я подниму такой крик, что вас с удовольствием отметелят наши ребята. Скажите еще спасибо, что я не буду подавать заявление об изнасиловании. И знайте впредь, как приставать к девушкам.

Она повернулась и, элегантно качая безупречными бедрами, стала удаляться в сторону лагеря.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Серафинит - АкселераторОптимизировано Серафинит - Акселератор
Включает высокую скорость сайта, чтобы быть привлекательным для людей и поисковых систем.